чистой случайности.
Случай, о котором он упомянул, произошел шесть месяцев назад во время коронации Императрицы Стэнли Одиннадцатой, когда Земля подверглась массированному нападению всех тайных сил организации Леди А. Получилось так, что Пайас, оказавшийся один в космическом корабле, управлять которым он не умел, был единственным, кто мог предупредить Имперский Флот о том, что тот движется в засаду. Он совершил этот подвиг, нажимая на все кнопки подряд и пилотируя корабль в такой экстравагантной манере, что корабли Империи вынуждены были остановиться, чтобы выяснить, в чем же дело, благодаря чему и не попали в западню.
В достижении цели Пайасу помогла его необычайная самоуверенность — но впоследствии все участвовавшие в этом деле согласились, что будет лучше, если молодой господин Бейвол выучится управлять космическим кораблем. Им повезло, так как после разгрома сил заговорщиков наступил период затишья и отсутствие заданий дало Пайасу время приобрести необходимые навыки. Интенсивный курс, который он прошел под бдительным оком Жюля, сделал из него очень хорошего пилота за поразительно короткий срок.
Четверо молодых людей со смехом забрались в автомобиль и поехали в расположенный поблизости особняк. Прошедшие несколько месяцев явились долгожданными каникулами после изнурительных заданий. Вся Империя содрогнулась от дерзкого нападения на Землю, но устояла и не рухнула.
А потом наступило перемирие, позволившее всем вздохнуть с облегчением — даже несмотря на то, что агенты прекрасно понимали, что такое положение дел не продлится вечно.
Звонок, которого они опасались, раздался вечером, после ужина. Частота и используемый шифр субпространственного вызова не оставляли сомнения, что он от самого Шефа Службы. Д'Аламберы и Бейволы спешно собрались в радиокомнате особняка, чтобы разговор не достиг ушей посторонних.
Там, устроившись в кожаных креслах вокруг большого стола со встроенными компьютерными терминалами, они послали подтверждение получения вызова. Шифратор перевел принимаемый сигнал и в воздухе над серединой стола медленно материализовался образ — знакомое лицо великого герцога Цандера фон Вильменхорста, руководителя Службы Имперской Безопасности. Самой поразительной чертой во внешности великого герцога была его лысая голова, придающая своеобразный вид худому морщинистому лицу. Внимательный наблюдатель, однако, заметил бы блеск в глазах, отражающих недюжинный ум. Шеф не прекращал ни на мгновение борьбу с врагами Империи; теперь, на пятидесятом году жизни, он сочетал природный интеллект с долгим опытом и хотя относительно немногим в Империи была известна та огромная роль, которую он играл в ее делах, в высших эшелонах власти Цандера фон Вильменхорста считали лучшим "мозгом" правительства.
Агенты обрадовались встрече со своим начальником, но мрачное выражение лица Шефа дало им понять, что случилось нечто серьезное. Покончив с обычными формальностями, Жюль спросил:
— В чем дело?
— Мы гадали, какую игру затеют заговорщики после своего поражения в день коронации, — сказал фон Вильменхорст. — Кажется, Служба приготовилась к любому удару в любом месте и все же им удалось застигнуть нас врасплох. Они напали на саму Службу, применив самое дьявольское, самое изощренное оружие, какое только смогли найти.
— Очень не хочется, но я все же спрошу: какое? — произнесла Иветта.
— Вас, — ответил Шеф. Изумленные агенты молча уставились на него и он добавил: — Точнее, кого-то выдающего себя за вас.
— Но как это возможно? — спросила Вонни. — Никому не известно, как мы выглядим.
— Именно на это они и рассчитывали, — сообщил Шеф. — Пятьдесят пять дней назад в Центральное управление Службы планеты Большая поступил сигнал чрезвычайной важности, потребовавший, чтобы все имеющиеся в наличии сотрудники собрались в удаленном месте для выполнения задания. Начальник управления занес запись об этом в журнал, как и предписано и собрал всех людей согласно распоряжению. Не получая никаких сообщений с Большой несколько дней, мы послали туда людей с соседнего Реллана. Похоже, всех наших агентов на Большой заманили в ловушку и истребили — всех до одного. А это были не новички; единственной причиной, по которой они без колебания шагнули прямо в ловушку, было то, что вызов поступил от агентов Вомбата и Барвинка.
Жюль и Иветта взорвались от негодования.
— Мы не были и близко к Большой! — воскликнул Жюль, а Иветта добавила: — Последние шесть месяцев мы не покидали ДеПлейн.
— Все это мне известно, — кивнул Шеф. — Позвольте продолжить. Через двадцать шесть дней на Блоджетт все в точности повторилось. Все сотрудники, кроме одного, находившегося после операции в больнице, были завлечены в удаленное место и перебиты двумя людьми, выдающими себя за Вомбата и Барвинка. Затем, три дня назад — ровно через двадцать шесть дней после побоища на Блоджетт, — то же самое произошло на Аркте.
— Мне не нравится, что нашими именами пользуется кто попало.
Все, кто знал Жюля, по холодной ярости в его голосе могли бы понять, что кто-то сполна заплатит за это.
— А мне не нравится, что пятьдесят три здоровых, ни в чем не повинных человека были бессмысленно убиты просто ради чьих-то корыстных побуждений, — сказал Шеф.
Гнев его не был столь заметен, как гнев Жюля, но голос звучал так же решительно.
— Я знаю, что вы не имеете к этому отношения — если бы вы захотели предать Службу, вы бы придумали что-нибудь более утонченное. Но мы не можем допустить, чтобы самозванцы продолжали свою деятельность.
— Полагаю, вы хотите, чтобы мы занялись этим, — сказал Пайас.
Шеф умолк и на лице его появилась тень сомнения.
— Вот это я и хочу обсудить. Я не совсем уверен, что это будет правильно. Как мне видится, это ловушка, предназначенная специально для Жюля и Иветты.
— С чего вы так решили? — спросила Вонни.
— Нам известно, что заговорщики уже довольно давно имеют доступ к нашим сведениям. Они знают о нас многое, но не думаю, что абсолютно все. Им известно, что агенты с кодовыми именами Вомбат и Барвинок — лучшие из тех, кто у нас есть и что все сотрудники Службы должны беспрекословно оказывать им всяческое содействие. Но я не думаю, что заговорщики знают вас лично, потому что это известно только очень узкому кругу лиц; об этом нет никаких записей или данных, занесенных в компьютер. Мы считали, так будет безопаснее; это обеспечивало вам полную анонимность действий и в то же время представляло в случае необходимости доступ ко всем ресурсам Службы.
Леди А хочет уничтожить столь эффективную группу, либо существенно ограничив ваши возможности, либо попросту расправившись с вами. Выбор у нас невелик.
Мы можем вообще ничего не предпринимать;
