Гомон голосов растерявшихся драконов вновь перекрыл мелодичный звук, предшествующий объявлениям, и сразу после него я услышала усиленный и слегка искажённый динамиками голос Вол'ли:
— Леди и лорды, советую сохранять спокойствие и выполнять наши указания и команды. Ваша магия блокирована, а мы вооружены сингуляторами…
— Приг'гирх! — пробормотал папочка, и я услышала явный звук подзатыльника.
— Не ругайся при ребёнке!
— Что такое сингулятор?
— Это плохая вещь, девочка, — как-то устало ответил дед. — Им уничтожают материю.
Тем временем моя бывшая помощница продолжала вещать:
— Сейчас мы откроем двери и включим свет, чтобы император мог подписать отречение в пользу признанца Мак'кия…
«А это кто?» — ментально спросила отца.
«Помнишь, обед нам накрывали? Распорядителя зовут Мак'кий».
«…» — подумала я и присела, чтобы не получить подзатыльник.
Двери открыли и даже включили свет до полусумрака — смутьянам комфортно, а мнение драконов, похоже, их больше не интересует. В зал начали заходить мятежники с устройствами, похожими на большие фонарики. Они окружили зал по периметру, направляя на нас оружие. Меня удивляло поведение драконов — повстанцев было меньше, физически они слабее, но никто в зале не сделал попытки броситься в бой. Похоже, вечная жизнь исключает самопожертвование и героизм. Человеческий век короток, но сколько людей отдавали его во имя благих и не очень целей. И на память пришли слова:
«Призрачно все в этом мире бушующем,
Есть только миг, за него и держись.
Есть только миг между прошлым и будущим,
Именно он называется жизнь.
Вечный покой сердце вряд ли обрадует,
Вечный покой для седых пирамид.
А для звезды, что сорвалась и падает,
Есть только миг, ослепительный миг». (Леонид Дербенёв)
Метеорами сгорают жизни избранных, освещая путь идущих следом… Освещая? Свет!!! Признанцы не любят яркий свет, а внезапная вспышка их ослепит и дезорганизует. Я передала эту идею новоявленным родичам: давайте, парни!
«Девочка, наша магия блокирована. Мы сейчас не драконы, а беспомощные летучие мыши. Даже обратиться не можем», — ответил дед.
Но я не хотела сдаваться. Вон уже вносят столик, а следом несут папку. В ней явно документ об отречении деда. Сейчас или никогда! Как там старая ведьма показывала? Пальцы согнуть, переплести, вдох, резкий выдох, выброс руки вверх…
«Дед, а ты можешь ментально приказать всем драконам глаза закрыть?»
«Могу, а зачем?»
«Потом поймешь. Давай, на счет три».
Три! Вспышка получилась ярче, чем ожидала. Хорошо, что я тоже крепко зажмурилась, иначе сейчас не смогла бы увидеть, как повстанцы катаются по полу, прикрывая обожжённые глаза шестипалыми руками, вопя от боли. Неактивированные сингуляторы валяются никому не нужным хламом. Отец быстро организовал мужскую часть семьи для продолжения борьбы с мятежниками. Собрав брошенное оружие, они за шкирку поднимали ослеплённых признанцев, обыскивали, отбирая амулеты связи и еще какое-то оружие, не столь опасное, как разрушители материи.
— Девочка моя, — приобнял меня дед за плечи. — Как тебе удалось?
— Они блокировали магию драконов, а я ведьма. Меня не учли.
Глава 6
— Филипп, ты мне ноги отлежал! Места больше нет, что ли? — проворчала я, пытаясь досмотреть сладкий сон. Какой — не помню, но знаю, что ночное видение было чудесным. В сознании раздалось знакомое ехидное хихиканье.
«Кот?» — приподняла я голову и встретилась с хитрющим взглядом жёлтых глазищ довольно жмурящегося кота.
Выскочила из-под одеяла и вцепилась в зверя:
«Ой, как же рада тебе, пушистый. Дай чмокну в нос, — я возбужденно тараторила и одновременно тискала его за шкурку, чесала за ушами, тыкалась своим носом в его. — Счастлива тебя видеть, морда хитрая!»
Кот терпел недолго, потом толкнул меня на спину и придавил лапой.
«Ты изменилась. Очень изменилась. На тебе знак сильного ведовства, и в тебе кровь драконов. Как это возможно?»
«Как оказалось, котенька, чудес на свете больше, чем мы думаем», — еще раз чмокнула кота в нос и пошла в ванную.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вчера я не стала дожидаться окончания отлова всех причастных к мятежу и с позволения деда пошла спать, получив его благословение в виде поцелуя в лоб. До покоев меня провожали два молодых дракона. Они, спросив разрешения, раньше меня зашли в комнату, тщательно её просканировали, перепрограммировали магозамок на двери и только после этого, традиционно поклонившись, удалились.
«Кот, а как ты проник через закрытую магией дверь?»
«Так же, как хожу по мирам».
«А меня как нашёл?»
Развалившийся на постели кот лениво приподнял голову, фыркнул и сделал вид, что спит. Значит, пока мы шли по пещерам, поставил на меня свою метку. Хитрован!
Натянув джинсы с дизайнерскими прорехами, миленькую майку с изображением дерева, свободный кардиган и сунув ноги в мягкие мокасины, я пошла добывать себе еду. В отцовском доме меня не кормили уже больше суток. И как у них драконята выживают до ста двадцати лет при таком уходе?
Мои покои были расположены вдали от сутолоки служебных помещений, поэтому, пока я добиралась до кабинета отца, по дороге никого не встретила. Перед дверью остановилась и ментально вежливо спросила:
«Высоких полётов. Можно к тебе?»
На пороге стоял папочка в полной своей красе, только очень хмурый и явно не выспавшийся. Оглядев меня с ног до головы, за руку втащил в кабинет:
— Леди дочь, извольте объясниться, что это за вид?
— Нормальный вид молодой женщины моего мира. И вот… — из-за спины достала вчерашнюю бархатную шкатулку с бриллиантовым набором Шехерезады. — Спасибо.
Теперь руки за спину спрятал дракон, наверное, испугался, что я силой заставлю взять драгоценности.
— Почему возвращаешь, не понравились?
— Очень красивые украшения. Видела вчера на приёме, с каким восхищением и завистью на них смотрели некоторые дамы. Но зачем мне бриллианты? Дома такое не ношу, да и хранить негде. Разве что ячейку в вашем банке на Земле заказать.
Подойдя к рабочему столу, чтобы поставить шкатулку, увидела деда, который занимал кресло отца и посмеивался, наблюдая нашу перепалку.
— Высоких полётов, дедушка! — обрадованно поздоровалась и от души чмокнула императора в щеку.
Папочка закатил глаза. Он никак не хотел принимать такого отношения к своему отцу — глава клана, император, алый дракон и мой дед. Из всех титулов мне важнее всего был последний. У меня никогда не было дедушки. Оба полегли в адской бойне Великой войны и покоятся в братских могилах с такими же солдатами Родины, светлая им всем память. Не дам Рактию лишить меня радости побыть внучкой. Пусть я сама в возрасте бабушки, но что мои пятьдесят пять против его тысячи трёхсот?
— Дедушка, я есть хочу, — изобразила я девочку-девочку и, видя, что такая ситуация деду нравится, окончательно разошлась, ябедничая на отца: — Не кормит, горничной нет, бриллианты носить заставляет! Как жить?
— А куда делась Вол'ли? — удивился отец. — Она должна была и завтрак тебе подать, и одежду подобрать.
— Разве её не арестовали?
— Задерживали только причастных, а не всех признанных.
— Вол'ли была инициатором восстания. Это она командовала всеми. Я же говорила тебе в таверне.
Но, вспомнив, как он был тогда расстроен и сколько выпил «легкого вина», я поняла, что обвинять его в невнимательности не стоит.
В кабинете после моего сообщения о Вол'ли началась сутолока. Девчонку проморгали, решив, что зачинщиком был Мак'кий. Недооценила служба безопасности признанку и теперь не знают, где искать. Император, свалив текущие дела на сына, предложил мне пообедать.
— Дедушка, а пойдём в мои покои? Хочу познакомить тебя кое с кем.
Первыми в комнату вошли телохранители деда и замерли на пороге, разглядывая мирно развалившегося на моей постели кота. Я с трудом протиснулась следом за ними:
