Нора усердно резала колбасу и хлеб, собирала толстенные аппетитные бутерброды. Охотно ела их вместе с Роном.
Из кабины грузовика предстоящая жизнь выглядела весьма неплохо. Рыжая соседка права. Юльск — клетка. А армия, корпус ведьм — жителю отравленного города именно это и даст настоящую свободу.
К обеденному времени грузовик остановился на тихой зеленой улице богатой окраины Шанта, города-спутника столицы провинции. Рон еще раз сверился с картой и указал пальцем на ворота великолепного особняка.
— Это и есть твое общежитие. Точно.
— С ума можно сойти! — испугалась Нора. — Какой парк, чудо! И цветы, и решетка кованая — небось еще до Раскола тут стояла. И сам дом, ты глянь, каменный.
— Гномья работа, — подтвердил Рон без колебаний. Помолчал, со вздохом признал очевидное: — Пора прощаться. Мне еще гнать назад, на базу, до самой ночи.
— Извини, из-за меня ты…
— Из-за твоей соседки, — подмигнул водитель, споро выгружая сумку и помогая Норе покинуть высокую кабину. — Она все оплатила. Только тихо, я обещал ничего тебе не говорить. Не хочешь передать записку Кире? Я завтра буду в вашем городке еще раз.
— Ох, не сообразила! Спасибо, — смутилась Нора. Сунув Рону почти полную бутылку воды, торопливо нацарапала пару слов на клочке бумаги. — Отдай ей воду, там много осталось. И вот записка. Спасибо еще раз.
— Пока, ведьма, — подмигнул водитель. — Расти красивой, сильной и вредной. Но не забывай тех, кто тебе помог. Вдруг да получится замолвить за меня словечко. Всякое случается, вот доберешься до столицы — и станешь смотреть на Рона сверху вниз, генеральша… Не отнекивайся, привыкай к перспективам. Но пока что выслушай совет напоследок. Учись быть настоящей стервой. Сейчас это очень понадобится.
Нора кивнула, шагнула на тротуар. Суетливо поправила кофту, вцепилась в сумку. Посторонилась к самому газону. Грузовик выпустил клуб сизого дыма, в два приема грузно и шумно развернулся — ему, огромному и неуклюжему, было тесно и на этой широкой, по сравнению с Юльском, улице.
Но Рон управился, и скоро рев цистерны, такой знакомый, выученный за долгие годы до последней нотки, удалился, растворился, погас. Навсегда? Неужели ей больше не придется платить за воду и дышать гнусным торфяным дымом?
— Документы, — резко потребовал металлический голос за спиной.
Нора вздрогнула, обернулась. Неловко выронила сумку от неожиданности. Перед ней в открытой створке ворот стояла настоящая ведьма, выглядящая куда лучше, чем на любой картинке в глупых пособиях. В полной форме. И, естественно, на шпильках. Тех самых, известных каждому — боевых, с длиной и остротой каблука, как у хорошего стилета. Сама — стройная, красивая до неправдоподобия, в ладной черной блузке и короткой юбке, буквально облизывающих каждый изгиб безупречного тела. С волосами ниже пояса, глянцево-вороными, кудрявыми, густыми.
А лицо… Холодное, неподвижное, аккуратно и в меру доведенное до совершенства косметикой, красотой не уступающее портретам Эрики. Глаза темные, глубокие, серо-зеленые.
Ведьма прищурилась с отчетливой насмешкой, шагнула вперед. Не произнеся более ни слова, ловко и звонко отвесила глазеющей деревенщине хлесткую пощечину. От боли и обиды сразу выступили слезы. Щека налилась саднящим румянцем. Нора невольно отшатнулась, споткнулась, цепляясь за сумку.
— Встань прямо, смотри в подбородок. Дура, сумку подбери. Откуда вас только берут таких… Не молчи, бумаги и адрес. Громко, внятно и без запинки. Или тебе нравится быть битой? С этим у нас нет проблем.
— Вот бумаги. Я из Юльска. Нора Смарл.
Нора закусила ноющую губу, удержала руку, готовую глупо, по-детски щупать горящую щеку. Юльск уже не казался страшным. Хотя… надо помнить о Кире и стараться. Нельзя сдаваться, даже не войдя в ворота. Голос черноволосой красавицы звучал ровно, уверенности в себе хватило бы на захват столицы и изведение до смерти всех эльфов мира. А вот прочего, внутри… Да никакая она не ведьма! Или прячет себя? Неужели возможно так замаскироваться? И заодно не ощутить, что сама Нора — как раз ведьма!
— Вызов просрочен, — лениво сообщила красавица, теряя интерес и не глядя более на Нору. — Пошла вон.
— А ты мною не распоряжайся, — разозлилась Нора, всего полчаса назад в собственных мечтах изловившая десяток эльфов и торжественно произведенная в генеральши. — Ты бездарь! А я ведьма и имею право на отбор. И пройду его.
— Ах ты…
— Не сойдешь с места, — мрачно предупредила Нора, сжимая кулаки, впиваясь ногтями в ладони. — И руки не тяни. Отнимутся.
— Неужели настоя-ащая ведьма, да-а? — Женщина заинтересованно дрогнула красиво прорисованной бровью, чуть смягчив тон. Даже опустила занесенную для новой оплеухи руку. — Занятно. Настолько, что позволяет миновать эти ворота с просроченным вызовом. Если я не сойду с места, само собой.
— Мама говорила, нельзя вредить тем, кто плохого не сделал, — жалобно сообщила Нора, теряя весь свой «генеральский» задор.
— Придется сделать тебе плохое, сахарная. Ничего иного не стоит деревенская слюнтяйка, — ласково пообещала черноволосая и отстегнула от пояса хлыст.
Пятью минутами позже Нора гордо хромала через парк. Черноволосая красавица статуей замерла у входа. Надолго. А нечего было пытаться ударить по лицу… Впрочем, она только пыталась, даже, если разобраться и быть честной перед самой собой, напоказ злила.
На шум, а скорее даже на всплеск силы, осознанный теми, кто способен его воспринять, прибежали две рыжие стервы. И снова не ведьмы, куда им… Воткнули в шею иглу, добавили еще пару — в спину. Дар угас, и тогда Нору отлупили по-настоящему, не опасаясь быть немедленно и всерьез проклятыми. Но в ворота войти разрешили. «Значит, Рон сказал правду», — злорадно и почти весело подумала девочка, облизывая разбитую в кровь губу. Красивых женщин в ладно сидящей форме, с рыжими и черными волосами — полно. Они нужны для того, чтобы обыватели жили спокойно: ведьм в стране много, и они сильны. На самом деле все не так. Она — уникальная. Может быть, одна из ничтожной дюжины настоящих, найденных за целый год во всей провинции!
Скула наливалась болью от полученного удара. Ребра жаловались на остроту локтей рыжих охранниц. Ничего. Пустяки. Зато ей, безродной нищей Норе Смарл, выделили просторную комнату с душем и даже ванной. Выдали новую красивую одежду, указали место за столом для приема пищи. Накормили сытным вкусным ужином за счет колледжа. И оставили на ночь одну. Думать, строить нелепые планы и мечтать о скором спасении семьи из грязного душного Юльска.
Роскошь, достойная древних королей: мыться под настоящей прозрачной чистой водой, хлещущей щедрыми тугими струями, бесплатной. Сколько стоило бы такое купание в Юльске? Пятьдесят руни? Сто? Нора рассмеялась и нырнула под душ вторично — изводить дорогущее пахучее мыло, восхитительный шампунь. Гулять, так гулять!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
