Читаем без скачивания Охота на шакала - Сергей Зверев

В-третьих, легендированные под кришнаитов российские спецназовцы могут безнаказанно путешествовать на круизере хоть по всему архипелагу. И никаких нареканий от местных, никаких возмущенных жалоб в полицию: ведь даже в Танзании официально провозглашена «свобода вероисповедания»!

В-четвертых, оранжевые балахоны кришнаитов делают их обладателей почти неотличимыми друг от друга. Кроме того, под этой широкой и просторной спецодеждой можно спрятать что угодно – от видеокамеры до автомата.

А ведь были, к тому же, еще и «в-пятых», и «в-шестых», и даже «в-седьмых»…

Поделившись этими соображениями с Федором Ильичом Нагибиным и получив «добро», Боцман перешел к технической стороне вопроса. Отыскав в Интернете нужную информацию, он отправил Катю Сабурову в ближайшую текстильную лавочку за оранжевой материей, а Колю Зиганиди усадил за ноутбук – «изучать материальную часть кришнаитского культа».

– Виталик, а это кто еще такой? – Старший лейтенант Зиганиди кивком головы указал на странное четырехрукое существо. – Мутант из Чернобыля? Или персонаж из компьютерного шутера?

– Сам ты мутант, – хмыкнул Саблин. – Это и есть их верховное божество Кришна. А бык с дубинкой – злой демон Хиранъякша, его идейный оппонент. Ты давай, не отвлекайся, учи… Особое внимание – на название их богов и терминологию.

– Бхагавата. Пурана. Ваишнав, – с отвращением вымолвил Коля и с трудом удержался от замысловатого ругательства. – Там ведь под тысячу богов и святых. Нам с Катей что – всех этих пятируких семиху… то есть семиглазов и семикрылов, в лицо надо знать? С подробными биографиями, родственными связями и личными делами? Виталик, да ты мне лучше Корабельный устав Военно-морского флота дай, лучше его на память!

– Ничего на память учить не надо, – с улыбкой успокоил Боцман. – Просмотри хотя бы по вертикали, чтобы, так сказать, быть в теме и войти в образ. Единственное, что вам следует выучить – их главное заклинание: «Харе Кришна, харе Кришна, Кришна Кришна харе харе, харе Рама харе Рама, Рама Рама харе харе!» Называется – Махамантра. Повторяется без перерыва, нараспев, и чем больше – тем лучше. Вопросы есть?

– Считаешь, этого достаточно? – Зиганиди недоверчиво взглянул на Виталика.

– Для местных туристов – да. Главное тут – картинка и соответствующий антураж. Ну, бубен какой-нибудь тебе купим, будешь бить и подвывать.

– А бубен-то зачем?

– Для убедительности. Все без исключения кришнаиты – меломаны, большинство ходит по улицам с бубном, стучат и поют Махамантру. Коля, а африканский тамтам, обтянутый кожей антилопы, не хочешь? Я видел сегодня на рынке…

– Пусть лучше Катя поет, она у нас голосистая. – Зиганиди брезгливо взглянул в ноутбук, отвернулся от монитора. – Ладно, выучу. Больше от меня ничего не надо?

– Нет. Ты приставать к людям умеешь?

– То есть? – насупился Коля. – В каком это смысле – приставать?

– Втюхивать на набережной… и особенно на катерах в порту благовония, разные там амулеты, атрибутику и прочее.

Зиганиди недобро прищурился.

– Сегодня ты меня к людям пошлешь приставать. А завтра… даже говорить не хочу. Я российский военно-морской офицер, а не торгаш! – В голосе старшего лейтенанта Балтфлота зазвенели пафосные нотки.

– Коля, я твой коллега, если забыл, – мягко напомнил Виталик. – Но ведь мы с тобой не просто офицеры, а офицеры элитного спецподразделения. И вообще: считай, что мы все участвуем в уличном спектакле. Если бы тебе предложили сыграть роль Бармалея – ты бы тоже возмущался? Нет? Так вот: от убедительности вашей игры зависит успех или неуспех будущей операции.

– Ладно. Уговорил, – почти согласился Зиганиди и, вновь взглянув в ноутбук, уточнил опасливо: – Слушай, Боцман, там ведь на фотографии все эти кришнаиты бритые наголо. Там нам с Катькой что… тоже головы брить?

– Думаю, обойдемся, – обнадежил Саблин.

– Можно нарваться, – упрямо возразил Николай.

– Ну, уж если нарветесь на не в меру дотошных знатоков, поясните, что вы – Калькуттская секция, элитное ответвление культа, и что ваш духовный гуру разрешил вам в знак вашей высокой духовности сохранить уставные прически…

…На следующий день небольшой круизер на подводных крыльях, раскрашенный в цвета фруктового салата, неторопливо шел в сторону международного порта. Стоя за штурвалом, Боцман давал последние инструкции Зиганиди и Сабуровой. Те послушно кивали, однако по лицам офицеров Балтфлота было заметно, что им явно не хочется исполнять роли индуистских сектантов.

Причалы яхт-клуба угадывались издали по целому лесу мачт, пронзавших безоблачное занзибарское небо. Нарядные яхты, пришвартованные бок о бок, радовали взгляд.

Подойдя поближе, Виталик замедлил скорость круизера до минимальной. Огромный репродуктор на носу судна, очень похожий на те, что вешают на плацах военных институтов, поперхнулся и выплюнул кришнаитскую Махамантру. Коля Зиганиди и Катя Сабурова, одетые в самопальные бесформенные сари ярко-апельсинового цвета, уже стояли на корме. При этом Зиганиди несмело бил в бубен, а Катя стыдливо тянула мантру, не в силах заставить себя даже поднять глаза.

– Смелей! – скомандовал из рулевой рубки Боцман и, выцелив роскошную миллионерскую яхту под кипрским флагом, положил руль в ее направлении. – Старший лейтенант Зиганиди! Слушай команду. Сейчас я подхожу к этой яхте вплотную. Ты берешь пакет с благовониями, нагло пристаешь к экипажу и пассажирам, требуешь, чтобы у тебя все это немедленно купили. В случае отказа обвиняешь всех в бездуховности, непонимании сущности гаудия-вайшнавизма и обещаешь, что в ближайшее время их сожрет злой индейский демон Хиранъякша. С потрохами, костями, ногтями и дерьмом. Все это, естественно, по-английски. Но предельно доброжелательно по форме. Я же при помощи звуковых вибраций из этого громкоговорителя довожу их до белого каления… Главное, чтобы нас и наш катер запомнили. Вопросы есть?

– А мне что делать? – Катя аж покраснела от стыда за предстоящее унижение.

– А тебе петь Махамантру про «харе Кришну» и улыбаться… Если не будут покупать, помочь Коле втюхать товар этому буржую.

Едва заметив приближающуюся посудину кришнаитов, капитан кипрской яхты поспешно спустился в свою каюту и закрылся изнутри. Боцман, пришвартовавшись к яхте бок о бок, врубил громкоговоритель с Махамантрой на полную мощность – мол, пока не купишь у нас хоть чего-нибудь, не отвалим, будешь до вечера слушать! Угроза подействовала: капитан выбежал на палубу и замахал руками – мол, куплю у вас все, что только хотите, только поскорее отваливайте!

На следующей яхте, уже под французским флагом, публика оказалась не столь доброжелательной: владелец, эдакий добрый шевалье, при появлении кришнаитов сразу изменился в лице, сбегал в каюту, вернулся с ружьем для подводной охоты и угрожающе выставил его перед собой: мол, я вас сейчас всех изрешечу, если не отойдете подальше вместе со своими мантрами, благовониями и сувенирами!

А ведь у причалов международного яхт-клуба стояло не менее четырех десятков роскошных яхт – не считая туристических и прокатных катеров. Устраивать скандал их владельцам явно не хотелось. Но слушать восточные песнопения из мощного репродуктора хотелось еще меньше. А потому большинство предпочитали приобрести несколько десятков ароматических палочек, чтобы побыстрей откупиться…

Спустя полчаса к кришнаитскому круизеру приблизился полицейский катерок. Чернокожие правоохранители тщательно проверили документы всех троих. Документы, естественно, оказались в полном порядке: выписанные на граждан Канады, лучше настоящих! Ничего предосудительного канадские кришнаиты не совершали, однако полицейские не спешили возвращать паспорта – видимо, рассчитывали на небольшую взятку. И тут Коля Зиганиди, который явно вошел в роль, застучал в бубен, затянула мантру Катя, и правоохранители, явно не ожидавшие подобного поворота событий, посчитали за лучшее вернуть документы и быстренько ретироваться…

…По мнению Саблина, все прошло просто блестяще. Ни богатые зарубежные яхтсмены, ни портовая обслуга из местных, ни даже танзанийские полицейские и в мыслях не могли допустить, что пришлые кришнаиты – вовсе не те, за кого себя выдают. Зато они наверняка составили о себе мнение как о людях хотя по-своему и безобидных, но при этом – предельно надоедливых…

Попугайской расцветки круизер неспешно переваливался с волны на волну, отходя от яхт-клуба с издевательской медлительностью. Через открытый световой люк машинного отделения донеслись глубокие вздохи двигателя. Искусно сманеврировав в защищенной от ветра бухточке, Боцман поставил судно на якорь. Волны ритмично зашлепали в скулу, рассыпаясь мельчайшими брызгами.

Зиганиди с облегчением снял ненавистный оранжевый балахон, бросил его на палубу. Сабурова, с трудом подавив в себе вздох облегчения, ушла переодеваться в каюту.