Нет, это опять приближаются галлюцинации. Как бы ни развивались события, к рассвету он умрет. Поэтому он не имеет права на эту женщину.
– И кто же этот друг? – тем не менее спросил Таддеус.
– Вы скоро познакомитесь, – сказала Леона. – Он ждет меня в лесу.
– Что же это за друг, который позволил женщине так сильно рисковать и отпустил ее одну в опасное место? – поинтересовался Уэр.
– Его имя Адам, – ответила Леона. – И это я пришла к выводу, что одному человеку будет легче проникнуть в особняк, чем двоим. К тому же кто-то должен был присматривать за лошадьми и экипажем.
– В таком случае в особняк должен был пойти он, а вы бы приглядели за каретой, – заметил Таддеус.
– Мой друг обладает множеством талантов, но у него нет способностей, необходимых для того, чтобы почувствовать близость кристалла, – ответила Леона. – Я была единственной, кто мог надеяться найти его.
– Этот чертов кристалл не стоил того, чтобы вы так рисковали! – сердито воскликнул Уэр.
– Возможно, это и так, сэр, но сейчас не время читать мне нотации, – сказала она.
Она права. Ночные кошмары вновь подступали к нему. Краем глаза Уэр увидел вампира. В конце дорожки столпились демоны. Огромная змея со сверкающими красными глазами сползала по ветке ближайшего дерева.
Таддеус Уэр замолчал, пытаясь сосредоточиться на мысли о необходимости спасти эту женщину и довести ее в целости и сохранности до ее друга Адама, который увезет ее подальше от его ночных кошмаров.
Они свернули за угол неровной дорожки. Совсем недалеко стоял маленький, закрытый и на вид очень быстрый экипаж. На козлах никого не было. Две лошади мирно дремали, опустив головы.
Леона выступила вперед, с тревогой оглядываясь по сторонам.
– Адам! – тихо позвала она. – Где ты?
– Я здесь, Леона.
Возбуждение и незнакомое чувство восхищения охватили Таддеуса. Наконец-то он знает ее имя: Леона! Древние люли верили в то, что имя имеет определенную силу и власть над человеком. Они правы. Ее имя придало ему сил.
«Тебя преследуют галлюцинации. Осторожно! Держи себя в руках!»
Щуплый мужчина, закутанный в тяжелое кучерское пальто с капюшоном, вышел из зарослей деревьев. На глаза у него была надвинута шапка. В руке поблескивал пистолет.
– Кто это?
Произношение выдавало в нем образованного молодого человека, потому что говорил он не грубо, как обычно говорят кучеры.
– Друг, – ответила Леона. – Он в смертельной опасности да и мы тоже. Камень у меня. Мы должны как можно скорее выбраться отсюда.
– Я не понимаю, – покачал головой Адам. – Как случилось, что ты повстречала знакомого в особняке Делбриджа? Может, это один из гостей? – Когда он задавал этот вопрос, в его голосе прозвучало холодное неодобрение.
– Прошу тебя, Адам, не сейчас. – Поспешив вперед, Леона открыла дверцу кареты. – Я позже тебе все объясню.
Ее слова явно не убедили Адама, однако, похоже, он решил, что для споров время действительно было неподходящим.
– Очень хорошо. – Сунув пистолет в карман, он запрыгнул на козлы.
Леона шагнула в неосвещенную карету. Таддеус наблюдал за тем, как она исчезла в ее темном пространстве. Кошмары вновь взялись за свое черное дело, и внезапно он подумал о том, что никогда больше не увидит эту удивительную женщину, не узнает ее тайны. Она вот-вот исчезнет, а он так и не сможет подержать ее в своих объятиях.
Таддеус приблизился к открытой дверце.
– Куда вы поедете? – спросил он, испытывая необходимость в последний раз услышать ее голос.
– Разумеется, назад в Лондон, – ответила она. – Господи, что же вы там стоите? Забирайтесь в карету!
– Я же говорил, что не смогу поехать с вами. Ночные кошмары все ближе.
– А я говорила, что кое-что знаю о них, – упрямо повторила Леона.
Адам опустил на него глаза.
– Вы заставляете и нас рисковать вместе с вами, – тихо сказал он. – Садитесь в карету, сэр.
– Поезжайте без меня, – спокойно скомандовал Таддеус. – Я должен кое-что сделать до того, как потеряю над собой контроль.
– Вы это о чем? – поинтересовался Адам.
– Я должен убить Делбриджа.
– Ха! – Голос Адама неожиданно зазвучал задумчиво. – Неплохая мысль!
– Нет! – В окне экипажа появилось лицо Леоны. – Вы не можете рисковать и возвращаться в особняк, сэр! Особенно в таком состоянии, – добавила она.
– Если я не убью Делбриджа, он будет искать кристалл, – объяснил Таддеус.
– Я же сказала вам, что он никогда меня не разыщет, – напомнила ему Леона.
– Твой новый друг настроен решительно, – заметил Адам. – Предлагаю последовать его совету и оставить его тут. Он хочет убить Делбриджа, и что в этом плохого или опасного для нас? А если ему это удастся, у нас в будущем резко сократится количество проблем.
– Ты не понимаешь, – стояла на своем Леона. – Этот человек находится под действием сильнейшего яда, у него галлюцинации. Он не понимает, что говорит.
– Тем больше причин оставить его тут, – упрямился, в свою очередь, Адам. – Последнее, что нужно нам в сегодняшнем путешествии, так это компания безумца.
Таддеус посмотрел на Леону, пытаясь в последний раз разглядеть ее лицо в лунном свете.
– Он прав, – сказал Таддеус. – Вы должны ехать без меня.
– Вовсе нет, – возразила Леона. Вытянув руку, она схватила его за рукав. – Доверьтесь мне, сэр. Даю вам слово, что вы можете воспользоваться шансом и положиться на мою поддержку. И мы никуда без вас не уедем.
– Черт возьми! – пробормотал Адам. Однако в его голосе зазвучала решимость: – Вам необходимо сесть в карету, сэр. Очень трудно уговорить Леону, когда она уверена в своей правоте.
Впрочем, вовсе не упрямство Леоны заставляло его медлить, понял Таддеус. Все дело было в ее обещании спасти его.
– Думайте о хорошем, сэр, – ласково, но твердо проговорила Леона. – Невозможно достичь чего-то, думая о плохом.
– А еще она буквально помешана на силе оптимизма и позитивном мышлении, – недовольно добавил Адам. – Честно говоря, временами это чертовски раздражает.
Таддеус задумчиво посмотрел на открытую дверь экипажа: он был не в силах противиться Леоне, ведь она зажгла в нем искру надежды, пусть и совсем маленькую.
Если она спасет его, он сможет защитить ее от Делбриджа и завершить разговор о том, кому по праву принадлежит кристалл.
Доводы логики оказались весьма весомыми. Забравшись и карету, Таддеус упал на сиденье напротив Леоны.
Экипаж сорвался с места немедленно. Лошади быстро перешли на рысь. Сознание ускользало от Таддеуса, но он все же успел обратить внимание на то, что Адам не зажег внешних фонарей на карете. Он предпочел, чтобы извилистую улочку освещал только лунный свет. Чистой воды безумие, подумал Уэр, однако это вполне вязалось с чередой ночных событий.
