вооружившаяся мощным спреем от насекомых, не взяла несчастного под свою протекцию.
С одной девушкой великаншей из своего дома Бернар развил прекрасные отношения. Её звали Джессика и ей было 16 лет. Первая встреча произошла у них на кухне, когда он с одной из своих напарниц пытался отрезать кусок от головки сыра, оставленной на столе. Джессика, зайдя в комнату и включив свет, стала с интересом наблюдать за ними. Лилипутики не убежали - они привыкли к доброте своих великанов. Девушка помогла им отрезать сыр и даже дотащила его к их жилищу. Бернар поблагодарил её, они разболтались, сошлись душами и мыслями - нашли друг в друге интересных собеседников.
Сейчас, в очередной раз, он сидел в её комнате. Джессика часто приносила его сюда, чтобы поболтать. Он стал для неё кем-то вроде персонального советника, кем-то вроде сверчка для Пиноккио. Она видела, что он намного старше и опытнее ее, и ей было интересно с ним, интересней, чем со сверстниками.
- Этот Марио - непонятный тип, - посвящала она Бернара в очередную серию своей школьной Санта-Барбары, приводя себя в порядок перед зеркалом. - То мне глазки строит, то Хилари. Не буду с ним больше общаться.
- Аккуратнее с такими хитрецами, - начал поучать её наш герой, который и сам когда-то был примерно таким же хитрецом. - Им только одного надо. Получат, потом раструбят по всей школе.
- Эх, - вздохнула Джессика. - А он такой приятный и милый.
- Почему же он еще и не стабильный, - улыбнувшись, закончил за неё добывайка.
- Да, наверное, это слово подходит. Стабильный. Серьезный может ещё.
- Это не его вина - он сейчас мало соображает. Гормоны повелевают им, решают, что делать, кому звонить и куда нестись сломя голову вечером.
Джессика не ответила - она продолжала прихорашиваться. Сегодня у неё с подругами была запланирована вечеринка.
- А ты? - наконец сказала она. - Познакомился с кем-нибудь? Вам, наверное, тяжело находить себе пару.
- Нет ещё. Почему тяжело?
- Ну, вы крутитесь в узкой компании, общаетесь только с добывайками из соседних особняков. Ты еще говорил, что далеко не во всех домах вы есть. А если брать дальше, то это уже для вас огромные расстояния и опасности.
- Что правда, то правда, - согласился Бернар. - Нам и вечеринку устроить труднее. Кошки или, хуже, мальчишки услышат - целый геноцид устроят. Но я никого не ищу, мне и так неплохо.
- Жаль, - Джессика посмотрела на него своими большими синими глазами. - Ты хороший парень. Если бы ты был человеком, я бы с радостью с тобой закрутила.
Она кокетливо улыбнулась.
- А что, если бы человеком? Так что, маловат? - ответил улыбкой на улыбку добывайка.
- И как это будет выглядеть?
- Да я шучу! – отмахнулся, всё так же улыбаясь, старший. – Конечно, это невозможно. Мы разных рас, да и давила бы ты меня постоянно.
- Ты что! Я бы никогда…
- Да не специально - случайно бы наступала или ещё там чего.
- Случайно да, можно. На ноги то друг другу постоянно наступаем.
Джессика наносила последние штрихи на свой образ.
- Ну? Как я тебе? - наконец встала она перед ним во всей красе.
Перед Бернаром возвышалась прелестная девушка с красивой фигурой в облегающем красном вечернем платье, далеко не доходившим до колен.
- Ты изумительно красива, - сказал правду он, - и, конечно, если бы ты была добывайкой, («а ещё я не был бы женат, - подумал он про себя»), я непременно приударил бы за тобой.
- Спасибо, Бернар! - покраснела девушка. - Ты такой милый! Ладно, я пошла. Потом расскажу тебе, как всё прошло. Тебя домой отнести?
- Да, поужинаю и спать.
*****
Несколько раз Бернар погружался в «Волшебный мир» вместе с женой. Они управляли там самолётами, спускались на сноубордах с высочайших гор, лазили по джунглям, кишащих древними динозаврами и делали много чего другого. Но в свои постоянные миры они, хоть и приглашали друг друга из приличия, предпочитали погружаться в одиночку. Может это была их отдушина от реального мира, может там они были совсем другими, нежели в жизни. Какие-то спящие, забытые с детства грани их личности, вынуждено отвернутые лицевой стороной от всего, спрятанные от всех, по милости обстоятельств и правил реального мира и общества, расцветали в этих виртуальных мирах, и они жили по-настоящему, по полной. В реальности жило их вынужденное и сформировавшееся под напором обстоятельств «Я», в виртуальности истинное, ничем и никем не стесняемое. В подсознании их сидели трудно выразимые доступными среднему человеку мыслями и тем более словами опасения, что полюбили то они друг в друге… или просто подошли друг другу именно этими вынужденными ограниченными гранями личностями. Что если всё многогранное «Я» не получит того же или, более того, отпугнет. И не будут ли они вынуждены свернуть все свои развёрнутые в виртуальном мире прекрасные грани в присутствии второй половинки?
Может все эти подсознательные опасения были напрасны, и Бернар с Эльмирой прекрасно путешествовали бы вместе по любым мирам. Нужны были случаи, первые шаги – конечно, удачные и показательные - именно те, которые помогают обычному человеку - а наши герои именно такими и были - почувствовать что-то новое, оценить его, понять, что оно лучше, чем старое и перейти в него.
*****
Как-то вечером, Эльмира с Арманом мирно уплетали приготовленный Арчером ужин, одновременно наслаждаясь божественной музыкой Штрауса (сына). Насыщались телесно и духовно. Бернара ещё не было. В обед он звонил - сказал, что задержится. Голос у него был очень возбужденный - он чему-то радовался, что-то предвкушал.
Наконец раздался звонок. Эльмира пошла открывать, и в следующую минуту ошарашенному взору Армана предстала беспрецедентная для его памяти картина: вбегающий в гостиную и кружащийся с мамой на руках отец.
- Ура! Наконец-то! Поздравьте меня! - кричал возбуждённый Бернар. – «Альфа» приняла меня! С понедельника я выхожу туда!
- Что? - не поверил своим ушам сын.
- Как? - другим словом выразила своё неверие ушам Эльмира.
