Дядюшка Сальве, находившийся поблизости, немедленно взял их под руки и сказал:
— Да, парни, за это стоит выпить, а потому предлагаю направиться к столу.
Не то что бы время было обеденное, на «Оффенсио» не исполнилось ещё и одиннадцати часов утра по имперскому времени, но для стиланцев день уже близился к концу и потому ни у кого не возникло желания отказаться от застолья. Все старшие офицеры, а вместе с ними пилоты-техноэмпаты чинно расселись за столами в соответствии со своими воинскими званиями, а также согласно расписания посадки за стол совместно с гостями и обед начался с тоста командира линкора, предложившего выпить за воинское братство между Империей и Республикой. За это все выпили весьма охотно, как и за многое другое, но уже через каких-то полчаса за столом завязался оживлённый разговор и поскольку основное число гостей «Оффенсио» имело отношение к военной медицине, космолётчики стали расспрашивать медиков о том, что те собираются с ними делать в самое ближайшее время. Как это уже было известно всем, через девять часов линкор должен был достичь звёздной системы Экситуса. Больше всего, однако, всех интересовали даже не то, как их будут превращать в примипилариусов, а то, как действует тэ-вакцина.
Из того, что сказал об этом профессор Стрелт Винер, получалось буквально следующее: — тэ-вакцина дока Стрелли была способна сделать прекрасным пилотом-техноэмпи каждого третьего обитателя галактики и уже через три дня после инъекции он мог иметь тэ-коэффициент равный в среднем ноль шестидесяти двум. У рианонцев, по его словам, он может доходить даже до ноль семидесяти девяти, у стиланцев и других хомо от ноль шестидесяти четырёх до ноль семидесяти трёх, у гуманоидов, кроме ронн, от ноль пятидесяти двух до ноль пятидесяти восьми и только у ронн, особенно женщин, он доходит до ноль восьмидесяти пяти и при этом почти девяносто процентов этой расы фелиноидов способны стать техноэмпи. У хомо этот процент был несколько ниже, семьдесят пять. Тэ-коэффициент хойниро составлял всего ноль сорок пять, но вся прелесть тэ-вакцины дока Стрелли в том и заключалась, что она была способна повысить и их тэ-коэффициент практически вдвое.
Николай выслушивал объяснения дока Стрелли со скучающим видом и только что не зевал, когда тот рассказывал его друзьям о всех этих чудесах. Прекрасно понимая, что ему самому тэ-вакцина уже ничего не сможет добавить в плане повышения техноэмпатии, Николай даже принялся потихоньку ворчать, а когда Дядюшка Сальве, посадивший его справа от себя цыкнул, чтобы он заткнулся, тихо сказал:
— Командир, если всё уже решилось может быть я смоюсь с «Оффенсио» и погоняю в своё удовольствие эти три месяца?
— Ты считаешь, Никки, что сможешь справиться со своим новым кораблём без тренировок на «Четвертаках»? — Спросил его космос-адмирал.
Николай пожал плечами и ответил:
— Ну, так я же буду появляться на борту «Оффенсио» время от времени, Дядюшка Сальве. К тому же я не думаю, что эти несуразные гробы смогут меня хоть чем-либо удивить. Мне и не такими железяками приходилось управлять.
Тут он нисколько не кривил душой, поскольку принимал самое активное участие в проектировании гладиусов, а их тэу-систему управления и вовсе делали под его техноэмпатические способности и потому далеко не каждый обычный пилот смог бы оторвать гладиус от взлётно-посадочной палубы и вывести его в открытый космос. Тут нужно было быть супертехноэмпатом, а именно такими обычных техноэмпи делала тэ-сыворотка, приготовленная из его собственной крови. Космос-адмирал, выслушав его объяснения, кивнул головой и сказал:
— Ладно, Ник, валяй, отправляйся на базу «Парка». Передай от меня привет Секире и не забудь, пожалуйста, сказать ему, что за ним имеется должок.
Николай вежливо попрощался со своими соседями по столу и покинул кают-компанию. Выйдя в коридор он облегчённо вздохнул. Пока что всё шло строго по его собственному плану, если не считать того, что Храмми разболтал всем о том, что он получает облатион с Республики. В том, что его тесть является правительственным чиновником и к тому же проходит по военному ведомству, никто на «Оффенсио» не ставил ему в вину, как и не косились его друзья на то, что Ник Сильвер по нескольку дней каждый месяц проводил на Стилане, в Астроурбисе. Более того, некоторые друзья даже побывали у него в гостях и считали, что ему просто несказанно повезло.
Хотя вилла и была казённой, более роскошного жилья никто из них не видел. Правда, это был всё же не его собственный дом, а так сказать парадный дворец для приёма гостей, в котором глаза ломило от роскоши. Нине из-за этого он тоже не нравился, зато их дочь вовсю эксплуатировала это роскошное здание, стоящее на участке площадью в пятьдесят с лишним гектаров, называющееся, словно в насмешку, «Стабула венаторис» — «Хижина охотника». Эта юная красавица, учившаяся на втором курсе космической академии, часто устраивала там шумные вечеринки.
В широком, просторном коридоре, все стены которого были увешаны картинами в резных золочёных рамах, среди которых было даже несколько полотен принадлежащих кисти супруга Лиу, его нагнал Суммус. Они вместе телепортировались сначала в ангар, где стоял меч и после того, как Николай забрал контейнер с Тиу, телепортом отправились к главному корабельному транс-телепорту. Неподалёку от него уже прохаживались, как обычно, космолётчики, несущие вахту, и парни из военной полиции, прикрывавшие их. Несколько минут Суммус шел рядом с ним молча, но на подходе к Пятачку спросил таки:
— Ник, как ты считаешь, я смогу стать пилотом?
— Лишь бы ты стал техноэмпи, Сумми, а уж пилотом я тебя и сам сделаю не хуже, чем когда-то это сделала Кес. — С улыбкой ответил Николай и, смущённо опустив голову, пояснил — Сумми, главная причина, по которой я покидаю «Оффенсио» в самый важный для моих друзей момент жизни это то, что у меня глаз, словно колун. Понимаешь, старина, я запросто могу это дело сглазить даже совершенно того не желая. В «Парке Тиу» это хорошо знают и поэтому когда я вхожу в чей-либо ангар не постучав костяшками пальцев по краю люка, все тут же прекращают любую работу и даже подготовку к старту, но я об этом стараюсь никогда не забывать и даже тогда, когда нахожусь на старте, не глазею по сторонам, чтобы кого-нибудь ненароком не сглазить. Да, ты и сам об этом прекрасно всё знаешь, ведь не зря же ты на второй день убрал от моего ангара бедолагу Титуса и приставил ко мне Малышку Оппи. Она мой самый счастливый талисман, Сумми, но даже при ней я не хочу находиться на борту «Оффенсио» в тот момент, когда док Стрелли будет накачивать тебя своей волшебной тэ-вакциной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
