По прошествии полугода я отучилась стесняться, надеяться и плакать. Моему мучителю, наверное, стало со мной не интересно дальше играть, ведь какой толк от бесчувственной куклы? Я не сопротивлялась, не кричала, а просто молча выполняла очередную его прихоть. Вскоре он вообще перестал насиловать меня, приходя домой, он переставал обращать на меня внимание. Но все-таки не отпускал. Дней десять назад я заметила произошедшие в нем перемены.
Он стал возвращаться позже обычного, и был каким-то дерганым, нервным. Сидел на кухне с выпивкой и матерился, постоянно кому-то звонил, и видимо услышанное не оправдывало его ожиданий. Потому что после таких разговоров в стену летел стакан с виски, а маты становились громче и изощренней. Я старалась сидеть в своей комнате тихой мышкой, что бы ни попасть ему под горячую руку. Но он, казалось, совсем забыл о моем существовании.
В какой-то день он пришел не сам. Это было настолько необычно, что даже на какое-то мгновение вытащило меня из моей скорлупы, но ненадолго, просто мозг отметил факт необычности и дальше погрузился в состояние анабиоза. Но на этом сюрпризы не закончились. Услышав громкие голоса, раздававшиеся из кабинета, я остановилась и прислушалась.
-Рома, мне не хватает тысяч пятьдесят, что бы расплатиться с поставщиком, а этот ублюдок Влад прижал меня со всех сторон. Сука мусорская. У меня все счета заморожены, а завтра крайний срок для оплаты.
-А я тебя предупреждал, что в своем районе он не потерпит наркоты.
-Меня генерал прикрывал, поэтому я был спокоен, кто же знал, что его в область переведут. Да еще и так быстро. А меня начали теснить сразу после этого. Я было кинулся к Волку - так мол и так, ты мне обеспечиваешь прикрытие ментов, а я тебе процент с продаж. Отказался, тварь, только еще сильнее за меня их службы взялись.
-Ну, а от меня ты чего хочешь? С Владом я могу поговорить, только я же тебе объяснял, что это бесполезно, Волк на дух не переваривает наркоту.
-Рома, займи пятьдесят кусков. Мне хотя бы за предыдущую партию заплатить, а то там ребята серьезные - долго разговаривать не будут, грохнут и все.
-Серега, я же не благотворительная организация, а ты вряд ли сумеешь быстро деньги отдать.
В этот момент черт меня дернул переступить с ноги на ногу, наступив при этом на скрипящую полоску паркета. За дверью воцарилась тишина, а я стараясь больше не шуметь быстро пошла к себе в комнату. Не успела я закрыть за собой дверь, как та распахнулась, впуская чем-то обрадованного мужчину. Больно схватив меня за локоть, он потащил меня в кабинет. Роман, из услышанного я сделала вывод, что так зовут незнакомца, внимательно посмотрел на меня, и вопросительно приподняв бровь спросил:
- И что я с ней должен делать?
Мой мучитель сказал мне снять халат и показать тело гостю. Тонкая ткань соскользнула с плеч, а я крутилась и демонстрировала свое тело, как и было приказано. Они о чем-то говорили между собой, а я стояла перед ними голая, и ждала, что будет дальше. До меня доносились слова - долг, отработает, бери.
-На хрена мне этот головняк, Серега? Она умотает через день, и ищи ветра в поле, а в итоге я остаюсь ни с чем.
-Рома, не переживай, она никуда не уйдет и будет делать все, что скажешь. Правда? Этот вопрос уже относился ко мне. Мужчина тряхнул меня за плечи, больно, до синяков их сжав. Наклонился и злым голосом прошептал мне на ухо:
-Я ведь знаю, где живет твоя мать, если ты что-то учудишь, я убью ее. Поняла? Я кивнула, не смотря на все мои обиды, я все-таки любила маму и не позволила бы причинить ей боль из-за меня.
Так как когда меня привезли сюда была весна, у меня из одежды был только легкий сарафан и халатик, который мне как-то раз привез мужчина. Сказав, что бы я одела сарафан, мужчина подождал, пока я выполню приказ, а потом передал меня гостю. Тот взял меня за руку и повел на улицу, где посадив в машину, куда-то повез. Пока мы выходили из подъезда к автомобилю, я замерзла от холода, и теперь тряслась на заднем сидении. Мужчина, сидевший за рулем, передал мне свою куртку, в которую я сразу закуталась, пытаясь согреться. Ведь на улице была зима. Мы приехали в двухэтажное здание ночного клуба и, поднявшись на второй этаж, зашли в кабинет. Взгляды немногочисленного персонала, находившегося в здании, меня не волновали - хотя я их заметила, так же как и шепот у меня за спиной. Но одного взгляда сопровождавшего меня мужчины хватило для того, что бы все заткнулись и с видимым усилием принялись за работу. Наверное смена обстановки и то, что я через длительное время увидела еще что-то помимо постылой мне квартиры и ненавидимого мной насильника дало трещину в моей броне, потому что я почувствовала хоть какой-то интерес к своей судьбе и стала надеяться на то, что мои мучения закончатся. Глупые мечты маленькой девочки, которая, как оказалось, еще жива во мне. Эти ощущения настолько неожиданно ворвались в мой мирок, что я с ошарашенным видом автоматически следовала за мужчиной.
-Тебя как зовут, кукла? А то мы так быстро от Сергея уехали, что даже не познакомились.
-Катя. Только сейчас я сообразила, что даже не знаю имени моего мучителя, хотя он тоже не торопился представиться. В принципе, и я ему нужна была не для бесед.
-Что же мне с тобой делать, Катя? Такую куклу я просто не могу выпустить на сцену.
-Извините, а зачем я здесь? Что вы со мной делать будете?
-Твою мать, Сергей тебе что, ничего не объяснил? Хотя о чем я? Ты, кукла, будешь у меня в клубе работать. Серега отдал тебя в счет уплаты долга. Так, смотри сама, даю тебе выбор. Можешь танцевать, но тогда ты полгода на меня работаешь, а можешь спать с клиентами, но тогда работаешь три месяца. Выбор за тобой. Я буду высчитывать восемьдесят процентов с твоих заработков.
Я была в шоке, это получается, меня просто передали в другие руки? Как какую-то вещь? Выжидающий взгляд мужчины погасил на корню мое возмущение. Как будто говоря, что же я смогу против него сделать? Действительно, ничего. Но в то же время, он мне дает шанс на то, что моя каббала закончится, как только я отработаю чужой долг. Господи, как же тошно!
-А вы меня после этого отпустите? И я смогу уйти?
Дождавшись утвердительного кивка мужчины, я даже воспряла духом. Это мой шанс и я его не потеряю. Даже сама не ожидала, что во мне остались силы для борьбы. И хотя я не умела танцевать, а тем более стриптиз, если это нужно для моей свободы, то научусь. Как говорила моя мать - с*ать захочешь - штаны снимешь. Смешно, раньше меня бы покоробило это выражение, сейчас же оно совсем не режет слух. Стеснение из меня за шесть месяцев вытравили наглухо, поэтому моральный аспект работы меня не смущал.
