В этих местах не было никаких следов жизни. И не было очень давно. Ветер снес крыши и разорил пустые дома, сгладив углы, расширив проемы окон и дверей, так что следы работы человеческих рук теперь были едва заметны.
Теперь люди Валкиса молчали. Они продолжали преследовать зверя, и их ненависть нисколько не угасла, наоборот, она усилилась.
Они ступали по останкам своего мира. Земля была зеленой, голубой, богатой планетой. А здесь марсиане ступали по мрамору набережных, куда приставали корабли и галеры королей Валкиса, и даже мрамор рассыпался под каблуком времени.
А высоко на вершине холма королевский дворец смотрел на бичевание этого непрошеного гостя. И теперь во всем городе был слышен только звон колокольчиков в женских прическах, что было, казалось, единственным признаком жизни этого затухшего мира, где женщины тоже бежали в толпе, по щиколотки утопая в пыли.
В качестве обезьяны Берк пробежал по всей истории Марса. И даже теперь, когда его ум был первобытным, он испытал ужас при виде этого мрачного места, где не было никаких запахов, даже запаха смерти...
Он пересек площадь, где дома были построены в основании кораллового рифа. Он с трудом вскарабкался по остаткам рифа и увидел прямо перед собой поднимающийся вверх скалистый выступ. Он стал подниматься на него, не отдавая себе отчета, зачем он это делает.
Он оказался на довольно ровном плато, уходящем во тьму, затем пересек очередную полуразрушенную набережную, остановился и посмотрел назад.
Преследование продолжалось. Он уже полностью обессилел им овладело отчаянье. Тем не менее он продолжал продвигаться вперед по извилистым пустынным улочкам. Дома были теперь всего лишь бесформенными грудами камня. Его руки и ноги оставляли красные следы там, где касались стен или мостовой...
Наконец он пересек плато и оказался у подножия еще одного холма. Огромная масса древнего дворца смутно вырисовывалась в кромешной тьме. Примитивный инстинкт дикаря говорил Берку, что это место еще опаснее. Он пошел вдоль высокой мраморной стены, окружавшей дворец. И вдруг почувствовал запах воды.
Распухший язык уже не ворочался у него во рту. Он задыхался, горло было забито пылью. Из многочисленных ран текла кровь, его лихорадило. Его так тянуло к воде, что он даже забыл о своих врагах и смутной опасности, исходившей от этого места. Пошатываясь, он, насколько мог, ускорил шаг. Неожиданно стена кончилась, и он оказался у железных ворот. Они были открыты, и он, не раздумывая, вошел. Его разбитые ступни ощутили мягкий газон. Вокруг, при слабом свете лун, едва виднелись кусты и цветы с тяжелым, одуряющим запахом.
Ворота беззвучно захлопнулись за его спиной. Он даже не заметил эторо. Запинаясь, он с трудом побежал вперед по траве, между рядами деревьев необыкновенного вида, увлеченный запахом воды. Тут и там он замечал странные статуи из мрамора и полудрагоценных минералов. Он чувствовал, что опасность приближается, но был так изможден, так измучен жаждой, что не придал этому значения.
Наконец он оказался на месте. Перед ним было открытое пространство, в центре которого виднелась огромная каменная чаша, украшенная тонкой резьбой и барельефами. Неподвижная поверхность водной глади была черней асфальта.
Все замерло вокруг. По другую сторону бассейна возвышалась безмолвная и темная громада дворца. Казалось, там не было никакой жизни, но Берку, нервы которого были напряжены до предела, виделась в этом особая опасность. Он притаился в чаще, затаил дыхание и прислушался.
Ничего. Только мрак и тишина. Берк снова посмотрел на манившую его воду. И жажда заставила его забыть об осторожности. Он бросился к воде.
Он опустился ничком на бирюзовые плиты борта бассейна и приник ртом к ледяной жидкости. Напившись, он некоторое время оставался неподвижным, совершенно обессиленный и тяжело переводящий дыхание.
Все вокруг было по-прежнему неподвижно.
И вдруг с дальней стороны дворца в ночи раздалось грозное рычание. Берк застыл. Он опустился на четвереньки.
Ответом на рычание был странный крик, как будто издаваемый рептилией...
Теперь, утолив жажду, Берк начал различать странные запахи, которые приносил легкий ночной ветерок. Запахи были самые разнообразные и часто смешанные, поэтому было трудно установить, кому или чему они принадлежали, однако совершенно четко различалась противная мускусная вонь, и у него от инстинктивного отвращения шерсть встала дыбом. Он не знал, какое существо распространяло этот запах, однако ужас наполнил его душу, потому что ему казалось, что он знает, - но он не хотел знать...
Ему больше всего хотелось покинуть это место, где шла непонятная тайная жизнь, чувствовалась неведомая угроза и царил мрак.
Повернув назад, он углубился в чащу. Он продвигался очень медленно из-за кровоточащих ран и ужасной слабости. И в этот момент, как-то-сразу, он увидел ее.
Она бесшумно шла по поляне, выйдя из тени густых зарослей гигантских кустарников. Она была уже совсем рядом, и в неверном свете небольших лун внимательно смотрела на него. Выражение лица у нее было испуганным, глаза широко открыты, и, казалось, она была готова убежать. Длинные волосы, падавшие ей на спину, были, как и все ее тело, цвета лунного света.
Берк остановился. Дрожь пронзила все его тело. Он вспомнил о какой-то тяжелой потере, о каких-то напрасных поисках и в то же время испытал жгучее желание приблизиться к этому призрачному существу.
И имя вдруг выплыло из тьмы подсознания:
- Джил!
Она встрепенулась. Он подумал, что она сейчас убежит, и снова крикнул:
- Джил!
Тогда, очень осторожно, все еще колеблясь, она стала приближаться к нему, очаровательная, как олененок весной.
Она издала какой-то звук, похожий на вопрос, и он ответил:
- Берк.
На какой-то момент она застыла на месте, повторила это имя, потом бегом бросилась к нему, плача от охватившего ее волнения, и он почувствовал, что очень рад. Он смеялся и без конца повторял ее имя, и слезы застилали ему глаза. Он протянул к ней руки.
В этот момент в землю между ними, вибрируя, вонзилось копье.
Она предостерегающе крикнула и исчезла в густом кустарнике. Берк хотел последовать за ней, но ноги не послушались. Заревев от гнева, он обернулся.
Огромного роста охранники Кеши в блестящих доспехах внезапно появились среди деревьев, окружив его. Они были вооружены копьями и приближались к Берку с сетью из толстых волокон. Его моментально скрутили. Остриями копий его зажали со всех сторон и накинули сеть. Он рухнул и застыл, совершенно беспомощный. Когда его подняли и понесли, он еще услышал несколько звуков.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
