– Позвони мне через пару дней, – предложила она.
– Не уверен, что выдержу так долго, – печально произнес Кейди. – Дай мне свой номер мобильного и адрес.
Они обменялись номерами, и Кейди спросил:
– Ты работаешь на дому?
– Нет. Я арендую офис в центре города совместно с партнером.
– До сих пор пытаюсь смириться с мыслью, что вы организуете людям свидания и они еще деньги вам за это платят. Странно, – сказал Кейди, потирая подбородок.
Броуди не обиделась. В глубине души она понимала, что сватовство богатых людей действительно странный способ зарабатывания денег. Особенно для специалиста международного банковского дела (кем она раньше и являлась).
– И что странного?
– Ну… у меня проблем со свиданиями никогда не было, – ответил Кейди, разминая шею.
– Ни у кого из моих клиентов не было проблем со свиданиями. Им не нужны обычные свидания. Они хотят стабильности и серьезных отношений, – парировала Броуди. Кейди поморщился, и девушка добавила: – Я так понимаю, в ближайшее время ты не станешь моим клиентом.
– Боюсь, я не стану твоим клиентом никогда.
Кейди нежно коснулся ее лица, и все мысли о работе вылетели из головы. Броуди вздрогнула. Желание и животная похоть переполняли ее. Она рукой скользнула по его груди вниз.
– Не могу дождаться, когда мы наконец окажемся вдвоем, – прошептал Кейди, наклонился и поцеловал чувствительное местечко между шеей и плечом. Затем он поднял голову и, уверенно посмотрев на Броуди, сказал: – Скоро. Это я тебе обещаю.
Броуди тяжело сглотнула.
Кейди проверил часы еще раз и тихонько выругался:
– Мне нужно в офис. И я чертовски сильно опаздываю. Не передумай, малышка, – сказал он, нежно погладив ее нижнюю губу подушечкой пальца.
– Увидимся.
Кейди резко кивнул, властно поцеловал ее в губы, развернулся и направился в сторону обеденного зала.
Броуди пробежала десять километров, приняла холодный душ и все равно четыре часа спустя чувствовала вкус губ Кейди Вебба. Ну и как ей пережить оставшиеся дни?
Броуди отправилась на пробежку. Она хотела вернуться к своей обычной размеренной жизни. Ей не нравилось находиться в таком состоянии. Как будто она вернулась в прошлое, на десять лет назад… Она ожила.
Предвкушение, страсть, жажда – все эти чувства начинали просыпаться в ней. Она не могла их контролировать. Она не хотела их испытывать. Ее семьи нет, нет друзей. Ей просто не с кем разделить свои эмоции.
«Почему я осталась в живых, когда все погибли?»
Броуди нахмурилась, положила руки на бедра и прошлась несколько раз по комнате. Она ходила к психоаналитику, читала специальную литературу. Она понимала, что чувство вины – распространенный этап процесса восстановления. Но ее восстановительный период слишком затянулся. Девушка понимала, насколько обособленно она жила. Такая жизнь не способствовала быстрому выздоровлению, не могла вернуть близких, но она никак не могла перестать думать, что недостойна счастья.
И любви.
Звонок домофона выдернул ее из невеселых мыслей. Она никого не ждала. Ее тетя Поппи, жившая этажом ниже, сейчас путешествовала. Броуди не могла представить, кто бы это мог быть.
Она подошла к двери и ответила на звонок.
– Чем могу помочь?
– У меня есть полтора часа. Я могу подняться?
Кейди. Боже мой… Во рту мгновенно пересохло, она не могла ничего ответить.
– Ну же, детка, не заставляй меня умолять, – сладко прошептал Кейди.
Броуди нажала кнопку и распахнула дверь в квартиру. Он все еще был в смокинге. Галстук развязан. В руке он нес спортивную сумку. На сгибе локтя висел чехол с одеждой.
Мускулистый, сексуальный, решительный. Броуди наблюдала за ним, прислонившись к косяку. Кейди подошел к ней, улыбнулся, но не сказал ни слова. Он просто схватил ее за руку, втолкнул внутрь, захлопнул дверь и кинул вещи на ближайший стул. Две сильных руки подхватили Броуди, и в следующее мгновение она оказалась прижатой к его широкой груди. Их губы соприкоснулись, его язык ворвался в ее рот.
Боже!
Не разрывая поцелуя, Кейди нежно опустил Броуди на ноги. Его язык эротично танцевал у нее во рту. Броуди отвечала на каждое движение умелого языка, каждое нежное поглаживание. Страсть и желание подталкивали ее.
Броуди вытащила рубашку Кейди из его брюк. Отчаянно желая почувствовать тепло его кожи, она застонала от разочарования и возмущения, когда Кейди отстранился от нее на мгновение, чтобы расстегнуть и снять рубашку.
Броуди наклонилась и проложила дорожку из поцелуев по его обнаженной груди, обвела языком затвердевшие соски, потерлась щекой о темные волосы на груди Кейди. Что это был за мужчина! Все в нем взывало к ее женской сущности. От твердых мускулов до восхитительного запаха его тела. Отказаться от такого мужчины – все равно что отказаться от самой жизни. В этот момент Броуди поняла, что никогда не могла бы предотвратить то, что должно было вот-вот случиться.
Броуди хотела его. Прямо сейчас. Она должна была обладать им. Почувствовать его в себе. Она хотела разделить с ним каждое мгновение чувственного единения.
– Кровать, – пробормотал Кейди, нежно покусывая ухо Броуди.
– Слишком далеко… за тобой стоит стол.
– Отлично.
Кейди подхватил Броуди за ягодицы и усадил на край стола. В следующую секунду все, что было на столе, полетело на пол. Броуди это абсолютно не волновало. Сейчас все, чего она хотела, – только его.
Кейди торопливо раздел ее. Броуди наблюдала за ним сквозь полуприкрытые веки. Нежно сжимая и поглаживая ее грудь, Кейди достал кошелек из кармана. Разбрасывая наличные и кредитки, он нашел презерватив и разорвал упаковку зубами. В мгновение ока скинув оставшуюся одежду, он надел презерватив. Броуди даже не успела удивиться, когда он одним резким движением сорвал с нее шелковые трусики. Его член был твердым, как скала; Кейди потерся о нее, требуя, уговаривая впустить его. Броуди не думала сопротивляться.
Внезапно Кейди отстранился и приник губами к ее лону, облизывая и покусывая его. Броуди таяла от наслаждения. Когда она уже приготовилась к разрядке, Кейди двинулся вверх по ее телу и одарил не меньшим вниманием грудь. Броуди скользнула вниз по его твердому животу и обхватила рукой член. Кейди выдохнул сквозь сжатые губы. Броуди направила член в себя. Кейди положил одну руку под голову девушке, второй сжал ягодицы.
Стол был даже лучше, чем кровать. Кейди яростно двигался внутри ее тела, она поддерживала ритм. Кейди требовал, она отдавалась. Глубже, сильнее, быстрее. Они двигались в унисон, разделяя свободу и страсть.
Броуди вскрикнула и протяжно застонала. Секундой позже Кейди резко толкнулся в нее, выгнулся дугой и рухнул на нее, словно выгоревший дотла. Его тело пылало.
– Броуди, – пробормотал он, – ты жива?
– Кажется…
– Стол выдержал?
Броуди улыбнулась. Она провела рукой по шероховатой поверхности около себя.
– Вроде да. Как ты?
Кейди поцеловал ее в шею, встал, обернулся.
– Я в порядке…
Броуди поднялась на локтях и нахмурилась: она услышала, как Кейди разразился громкой бранью.
– Что на тебя…
Кейди посмотрел на презерватив в руке, затем перевел взгляд на нее.
– Презерватив порвался. Черт. Он был новый.
Броуди соскочила со стола и огляделась в поисках рубашки. Предмет одежды обнаружился на спинке дивана. На нее словно вылили ушат ледяной воды. Одеваясь, она лихорадочно соображала, что говорить, как себя вести.
– Если хочешь… привести себя в порядок – ванная в моей комнате. Второй этаж. Дверь справа.
Кейди, совершенно не смущенный своей наготой, медленно удалился. Броуди сложила брюки, повесила рубашку на спинку стула и засунула носки в ботинки. Подобрала порванные трусики, сжала их в руках, прошла на кухню, чтобы бросить их в мусорное ведро.
Скрестив руки на груди, она начала просчитывать возможные исходы случившегося. Какова вероятность того, что она забеременеет? Она регулярно принимала противозачаточные. Был ли сейчас период овуляции? Броуди подошла к календарю, висевшему на холодильнике, и попыталась вспомнить, когда в последний раз у нее были месячные. Броуди посчитала дни и поджала губы. «Все будет в порядке», – решила она. Нет необходимости впадать в панику.
– И?..
Броуди повернулась и посмотрела на Кейди. Тот стоял в дверном проеме, все еще голый, все еще горячий.
Конец ознакомительного фрагмента.
