В комнате-кабинете стоял огромный письменный стол, кожаный диван образца 1929 года с полочками для слоников и круглым зеркалом на спинке. Стеновые дубовые панели на уровне плеча человека среднего роста. Одна из панелей имела углубление для руки. Потянул на себя. Открылась дверь. Туалетная комната. Не надо будет спрашивать, куда идти для отправления естественных надобностей.
В кабинет за мной никто не зашел. Дверь осталась открытой. Похоже на ловушку. Приманка - свобода.
Осмотрелся в кабинете. На столе на жестяной с ржавчиной бирочке инвентарный номер и надпись - ХОЗУ НКВД. Приподнял коврик перед столом. Так и есть, это была или есть комната для допросов. На полу видны свежие следы от болтов, которыми прикручивался табурет для подследственного. Под крышкой стола справа кнопка для вызова конвоя. Интересная Москва, здесь в любом доме может быть внутренняя тюрьма или кабинеты для производства следствия, как в старых, так и в новых районах. Россия большая, на всех места в тюрьмах и изоляторах не хватит, а кое кого и не нужно официально в тюрьму сажать, посидит годик в укромном месте, исчезнет, о нем забудут, а потом он появится, если выживет, никому не нужный и не интересный.
Сел на диван. Посижу, отдохну. Раз привезли, то без внимания не оставят.
Глава 8
– Вы понимаете в чем вас обвиняют?
– Нет.
– Что вы дурочку перед нами ломаете. Вы обвиняетесь по статье 58 за контрреволюционную и подрывную деятельность и шпионаж.
– Какой шпионаж? Какая контрреволюционная деятельность? Какая 58 статья? Ее уже давно отменили.
– Это для дураков отменили. Она никуда не девалась. Она стояла в готовности и ждала, когда вы нажретесь долбаной демократии, чтобы пересажать вас всех и сгноить в лагерях во имя торжества нового коммунизма и идей лидера нации.
– Какого лидера нации?
– Ты что с луны свалился? Человек, бывший нашим Президентом, был избран генеральным секретарем единой партии СССР, а сейчас стал лидером великой нации, вождем и учителем всех народов.
– Кто же такой лидер нации? Это новый Бог?
– Ах ты сволочь, ты еще смеешь издеваться над нашим лидером нации? Да он наш отец родной? Да мы за него тебя сейчас изувечим, как Бог черепаху.
Меня сбили с привинченной табуретки и стали пинать хромовыми сапогам, приговаривая - сука, шпион, морда жидовская, пидорас…
Я не уворачивался. Пусть быстрее меня забьют и кончится этот страшный сон, пришедший из далекого 1937 года и дремавший в каждом поборнике неограниченной власти и поклонения одному Идолу.
Почему меня назвали мордой жидовской? Потому что я не антисемит? Хотя мои скитания по издательствам подспудно воспитывали из меня антисемита. Но махровый антисемитизм всегда возникает в период усиления диктатуры и классовой борьбы. Это только повод, чтобы расправиться с несогласными. И XXI век не является индульгенцией от повторения цветного (красного, коричневого, желтого, белого, синего, зеленого) террора в России. Это как герпес. Если он поселился в нации, то никакими антибиотиками его не искоренить. Нужно только внимательно следить за его появлением и своевременно прижигать зеленкой. Другого способа не придумано. А русскому человеку без Бога или другого объекта поклонения живется скучно. Если каждому гарантированы нары и ежедневная пайка, то за это государство они будут бесплатно отдавать свои жизни и перегрызать горло тому, кто посмеет заикнуться о какой-то свободе, на которой каждому придется добывать себе пропитание и жилище, переезжать с места на место в поисках лучших условий жизни.
Внезапно в дверь постучали. Мой инквизитор в мундире с васильковыми погонами и в звании подполковника пошел открывать.
Глава 9
В дверь вошла красивая девушка с подносиком в руках.
– Здравствуйте, меня зовут Лена. Я принесла вам обед, - и она стала ловко сервировать письменный стол.
Я ощупал свое тело, лицо. Тело болело, но кроме меня и Лены в кабинете никого не было. Не было и привинченной табуретки напротив стола. Вероятно, фантомы кабинета никак не могут примириться с тем, что они стали такими же людьми как все и принадлежность к органами безопасности вызывает у других людей лишь чувство беспокойства, а не уважения.
– Присаживайтесь, - с улыбкой сказала Лена, - у нас сегодня на обед семга с оливками на закуску, солянка по московски, мясо по-купечески с грибами, кофе. Или вы предпочитаете чай?
– Спасибо, спасибо, я с удовольствием выпью кофе.
– И я с вами тоже выпью кофе и расскажу, кто я и зачем здесь нахожусь. Я офицер госбезопасности и мне поставлена задача обеспечить вам возможность познакомиться с жизнью столицы. В других городах живут так же. На эти дни я буду вашей тенью, - улыбнулась Елена.
– И если ночью я включу ночник, то эта тень тоже будет рядом, - пошутил я.
– Если вы пожелаете, то будет, - улыбнулась дама.
– Когда же мы начнем знакомство с городом?
– Командуете вы. Скажите и можем пойти прямо сейчас. Чем раньше вы посчитаете знакомство с городом законченным, тем раньше мы расстанемся.
– И что будет после расставания?
–Ничего особенного. Я снова вернусь к исполнению своих служебных обязанностей.
– А я?
– Не знаю.
– А кто знает?
– Тот, к кому вы приехали.
– Ладно, мы оба не знаем, что с нами будет завтра или послезавтра. Я - объект наблюдения, вы - мой куратор. Москва - потемкинская деревня, которую показывают всем, чтобы убедить всех сомневающихся в том, что они заблуждаются. Вы не боитесь, что я пойду по пивным и по самым злачным местам?
– Ну, таких мест практически и не осталось. Москва - это город высочайшего уровня культуры, труда и быта. Вы сами будете смотреть и я не собираюсь устраивать просмотра по программе. Просто Москва очень изменилась и я буду просто вашей подругой на время пребывания здесь. Считайте, что мы с вами сегодня случайно познакомились, - снова улыбнулась Елена.
– Не будете против, если мы после обеда прогуляемся с вами до Красной площади, как я понимаю, отсюда до нее минут двадцать-двадцать пять ходьбы.
– С удовольствием, а сейчас займитесь обедом.
Приготовлено было действительно вкусно. Все-таки КГБ остался верен себе - в буфетах и в столовых всегда кормили качественно, сытно и недорого.
Глава 10
Лубянская площадь не изменилась. Она, вероятно, не изменится никогда. Если изменится Лубянка, то вслед за ней изменится вся Россия.
Феликс Дзержинский в незастегнутой шинели приветствовал всех проезжающих по площади: «Добро пожаловать в наши подвалы!»
Я шел и чувствовал, что Москва какая-то не такая. Все вроде бы на месте, но что-то не то. Точно, «Детский мир» перестроили. И скажу, неплохо смотрится и вписывается в архитектурный ансамбль. Многие дома отремонтированы, но кажется, что это был не ремонт, а перестройка. Всюду чистенько. У магазинчиков урны и около них нет окурков. Курить что ли меньше стали?
Москвичам для заметки. Не ищите на чем меня подловить, я специально не буду называть улицы, номера домов, названия ресторанов и других заведений, чтобы по происшествии определенного времени вы не могли сравнить, так ли все это на самом деле было.
Улицы, ведущие к Кремлю, вообще невозможно расширить, но за счет переноса строений с места на места определенные места стали более просторнее.
Народ встречный прилично одет, даже молодежь не носит вызывающих нарядов и причесок. Пробежали несколько подростков двенадцати-тринадцати лет в белых рубашках с галстуками-триколорами с обилием звездочек на них.
– Кто это такие?
– При вас такие дети назывались пионерами и у нас они тоже называются пионерами. Пионеры - первые. Сами примерные дети и подают положительный пример другим детям.
– Наверное, и в пионерские лагеря ездят?
– Да, ездят. И пионерские сборы у костра. И металлом собирают, и макулатуру, и пенсионерам помогают. И песни пионерские поют.
– Наверное, песня «Взвейтесь кострами синие ночи»?
– Точно.
Взвейтесь кострами синие ночи,Мы пионеры - зоркие очи,Близится эра счастливых веков,Клич пионера - всегда будь готов!
– При нас пионерская организация носила имя Ленина.
– И у нас пионерская организация носит имя лидера нации.
– С детства любите лидера нации?
– Пожалуй, так. У нас в школах есть еще сентябрята. Лидер нации родился в сентябре и учебный год начинается в сентябре. Школьников собирают в пятерки, по числу концов звездочки и они в составе пятерки вместе гуляют, играют, занимаются внеклассной работой. Каждому сентябренку выдают золотую звездочку с портретом лидера нации в молодости.
– Да, вы много достигли в деле совершенствования воспитательной работы с молодым поколением.
– Не пойму, вы это говорите с издевкой или действительно хвалите работу с подрастающим поколением?
– Почему же я должен издеваться?
