В общем, судя по всему: дело ясное, что дело темное!.. А посему — берем в чистые руки холодную голову и начинаем поверять гармонию геометрией. Неэвклидовой… Тем более: повторение — мать учения.
Неведомым мне способом, но это не принципиально на данном жизненном отрезке, я перенесся в другое время. По всем отмеченным мною параметрам, сильно напоминающее средневековье. Во всяком случае, я его примерно так себе и представлял, исходя из литературы и кино. Это — раз. Дальше, учитывая видоизменения, коснувшиеся небесного тела, в моем прошлом именуемого Луной, и непринужденного упоминания Листицой эльфов, гномов и прочих нелюдей, я еще умудрился и сам мир сменить. Это — два. Теперь уж точно, и сомнению не подлежит. Осмысление третей, четвертой и прочих цифирей, в моем пухлом вопроснике, оставим на потом. Странно? Да. Страшно? Нет!.. Я бы сказал: прикольно… Можно сказать: пожаловал прямо с корабля на бал. Вот только прежде чем начать веселиться, стоит разузнать: в чью он честь? Кто оплачивает банкет? И как бы мне оказаться среди почетных гостей, а не в личине потешного скомороха? Шута горохового — проще говоря…
— Прошу к столу, Владислав Твердилыч, — напомнила о себе прикомандированная к моей персоне хозяюшка. — Кушайте, пока горячее. Оно ж, как остынет, совсем не тот вкус…
Логично. Хотя, знала бы ты красавица, что мне порой приходилось употреблять внутрь организма, для поддержания его боеспособности. Нет, лучше и ей не знать, да и мне, садясь за стол, не вспоминать о вещах, прямо скажем — малоаппетитных.
— И чем нынче потчуют, оголодавших путников? — поинтересовался я, ополоснувшись над тазом и вытирая полотенцем лицо. Как будто мой нос не сообщил мне не только качественное, но и с большой вероятностью — количественное содержание глиняной сковороды.
— Яичница, — развела руками Листица. — Староста только на рассвете о вашем возвращении сообщил, да приглянуть велел. Ничего другого не успеть было. И то, пока печь растопила, пока воды принесла… Вещи опять-таки разобрала.
Сладко же ты нынче почивал, Владислав свет Максимович, то бишь — Твердилыч. Красотка, оказывается, который час по дому толчется, а вы ни ухом, ни рылом. Не хорошо-с…
Кинув взгляд, в сторону, куда махнула рукой Листица, говоря о вещах, я опешил еще больше. Лежащая на лавке смена белья, две тельняшки: летняя и зимняя (презент отцу), носки, байковый спортивный костюм, теплый вязаный свитер (мамина работа), уставной берет — это ладно… Это — понятно. Но длинная кольчуга с зерцалом, кожаный камзол, шишак с бармицей, высокие сапоги, узкий меч, пара кинжалов и длинный, свернутый кольцом, аркан или кнут — лежащие там же, на скамейке или развешанные на стене, мне принадлежать не могли. Не тот фасончик…
Так вот что мне оттягивало руки в другом, случайно прихваченном при экстренном десантировании из автобуса, вещмешке. Случайно ли? Как там говорится, о рояле в кустах? Уж не устроил ли весь этот Диснейленд мой случайный попутчик, как там его звали — мастер Фрэвардин? Уж очень он настойчиво поиграть приглашал. Да ну, бред сивой лошади!.. Хотя, как рабочий вариант, вполне приемлем. Во всяком случае, ничем не хуже прочих, не менее логичных и научно обоснованных версий. Коих тьма и все 'правдоподобнее' друг дружки. Кстати, спасибо, ему… Если мое перемещение все-таки именно его рук дело, то хоть не позабыл об экипировке. Не забросил, как того Робинзона, с голым задом на необитаемый остров. Да прямо в благоухающие розово-белым цветом заросли шиповника…
Что-то я слишком задумался. Нельзя так надолго выпадать из реальности. Вон, вдовушка уже который раз поглядывает на меня с озабоченностью и тревогой во взоре. Высоко дыша грудью… 'Все выше, и выше, и выше стремим мы…' О чем разговор шел? Ах, да — о хлебе насущном…
— Я, Листица, в еде непривередлив, так что ты особо не хлопочи, — поспешил успокоить я молодуху, не на шутку разволновавшуюся, из-за моего непонятного молчания. — Что подашь, то и ладно будет.
— Это само собой… — кивнула Листица. — Мужчине иначе и нельзя, да только плоха та женка, которая своего хозяина вкусно попотчевать не старается.
Промолвила и быстро стрельнула крупнокалиберным дуплетом, желая понять: как я отреагирую на ее слова? Касаемо 'женки' и 'своего хозяина', естественно. Гм, а положительно… Даже и не сомневайся. Причем, в самом буквальном смысле и в самом ближайшем будущем. Вот только диспозицию уточню, а там и к рекомендуемому народной медициной противошоковому средству (это я не о водке, если кто не понял)… руки дойдут.
Прожевав с задумчивым видом очередной кусок отличной яичницы, я пристально поглядел в глубокую зелень глаз хозяюшки и… кивнул. С удовольствием отметив, как на щечках Листицы, жарким румянцем полыхнула радость. А потом, с недоумением — брызнувшие слезы. Закрыв передником лицо, она крутнулась и живо выскочила за дверь. Да уж, только женщины могут и плакать, и смеяться одновременно. Тем более, в таком простом случае.
И дело не в избытке гормонов, накопленном в рядах вооруженных сил, невзирая на бром-компот. Мне предстояло обживаться в чужом мире, так почему б не обзавестись союзником, а по возможности и другом? А где найдешь вернее помощника, чем счастливая женщина? Кстати, что тоже не маловажно, молодая и пригожая. И хоть девок тут пруд пруди, но за ними еще ухаживать надо, норов обламывать, к себе приучать. Тогда как Листица и счастье повидать успела, и горя хлебнула. А значит, доброе отношение оценит и отблагодарит всей душой. Ну, а не срастется у нас, уж не знаю по какой причине, или чего другого захочется — так многоженство, как я понял, нынче в моде, хоть и не привечается. Разберемся, одним словом… Во всяком случае брачного контракта точно никто требовать не станет и на раздел имущества глаз не положит. Хотя бы из-за отсутствия такового. Пустая хата, почти приватизированная обществом, не считается.
* * *
Дверь скрипнула, впуская в дом старосту. При дневном свете дядька Ярополк выглядел и старше, и жалостнее. Видать и впрямь беда с мужиками, коль такого калеку на должности держат.
— Здорово, воин. Отдохнул? — прогудел он с порога. — Ты, ешь, ешь… — и, не задерживаясь в дверях, шагнул к развешанной амуниции.
— Ух, хороша кольчужка, — одобрил с видом знатока. — Сразу заметно: на заказ гномами сработана. Небось, с эльфийского принца выкуп стребовал, нет? — не дожидаясь ответа, взял в руки меч. — И спрашивать не надо. Такой клинок в лавке не купишь. Одни защитные руны чего стоят. Ого, да ты, Владислав Твердилыч, я погляжу, не зря сапоги носил, до десятника Барсов выслужился! — воскликнул он потрясенно, заметив на моих доспехах нечто, пока недоступное моему разумению. — А чего ж из Легиона ушел? Ранен, может, — а я тебя беспокою, на службу зову?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
