которые еще не успели убрать. Рантар посмотрел на то место, где видел мальчишку. Мысли, которые так и не могли обрести форму, бились, как загнанный в клетку зверь. «Что я должен вспомнить? Что?» Увы, лучше не становилось. Рантар упускал что-то важное и даже не мог понять, что. Досадливо почесав бороду, он вернулся к созерцанию королевы.
Доротея, так он иногда находил в себе смелость называть ее, с любопытством рассматривала тело баронессы. Она поставила свой сапог на грудь покойной, и на королевских губах появилась мечтательная улыбка.
– Ах, как жаль, что меня здесь не было… Рантар, ты молодец. Я уверена, что всегда могу на тебя положиться.
Духу хватило только на то, чтобы покорно склонить голову, заглядывать в глаза он уже не посмел. Сейчас в них промелькнуло нечто знакомое, отчего его бросило в жар.
– Делов-то, обычная резня, – Ванесса презрительно морщилась, стоя в дверях зала. – Нам обязательно ходить туда, пока их не убрали? Не люблю вида крови.
– Это кровь наших врагов. Она должна поднимать тебе настроение, – пожала плечами королева.
– Меня сейчас вырвет.
– Можешь пока подняться и остановиться в одной из комнат.
– С таким же успехом можно было остановиться в хлеву. Зачем мы вообще здесь, мама? – Себастьян пинком ноги отшвырнул отрубленную голову одного из стражников, и та послушно покатилась в другой конец зала.
– Ты прекрасно знаешь.
– Но зачем мы тут? Всего в дне пути отсюда замок Хальваров. Они наши друзья, и там хоть что-то похоже на цивилизацию. А тут мы все даже поместиться не сможем.
– Ничего страшного, слуги будут ночевать в коридоре или на улице, а нам комнат хватит. Если бы мы остановились у Хальваров, пришлось бы делать крюк, а это место как раз подходит… для нашей цели. Верно, Феликс?
– Конечно, Ваша Милость.
– Я полагаю, мы можем начинать наше собрание, Феликс. Позови остальных.
– Ваше Величество, сначала надо убрать тела, и потом…
– Начнем немедленно. Рантар, ты тоже к нам присоединишься.
– А ему что тут делать? Может, еще Усина позовем? – скривился Себестьян.
– Разве ты забыл, дорогой братец, что мама любит держать свои игрушки под рукой?
– Ванесса!
– Прости, мама, у меня просто кружится голова от этих запахов. Пойду полежу наверху. Если там найдется на чем, – принцесса зажала нос платком и быстро вышла наружу.
– Рантар – великий герой нашего королевства. Он отразил атаку амеванов, бился во многих сражениях и является верным слугой короны. И у него куда больше мозгов, чем у Усина. Рантар остается.
Рантара словно и не было здесь, и реплики всех людей не имели какого-либо значения. Но ему льстило, что королева так печется о нем. Выделяет из общего числа. И какая разница, пусть кривятся, если хотят.
Постепенно в зале стали прибавляться люди. Роскошных одеяний и сильных запахов становилось все больше, и от этой пестроты было не по себе. Рантар ощущал, как кружится голова. Если бы королева дала больше времени, то все люди должны были бы явиться в одежде одной гаммы, но они были одеты по-походному, и лишь желтые розы, приколотые к манжетам, могли извинить их. Безукоризненно выбритые мужчины отталкивали белизной кожи. Все они странно косились на Рантара, но ни один не рискнул как-то прокомментировать его присутствие на собрании. Воля королевы-матери была законом.
Слуги убрали тела, оставив лишь кровавые разводы на полу, которые вельможи пренебрежительно обходили. На небольшом столе, за которым еще не так давно сидел барон и его супруга, разложили карту.
– Говори, Феликс.
Командующий армиями прочистил глотку и сдвинул брови, оглядывая присутствующих.
– Войско Семéра разбито. Целиком и полностью. Армия во главе со мной и Валентином перебила оставшийся жалкий сброд, практически не оставив никого в живых.
– Я слышал, что пленных не брали. Валентин не был замечен в излишней жалости, – сказал мужчина с высоким голосом.
– Так говорят для красоты, Ваше Сиятельство. В бою трудно заметить, кто сбежал, а кто нет. Те, что сражались на поле, на нем и останутся. По большому счету это не так важно. В основном это были крестьяне, несколько наемников да пара отчаянных голов. Войско разбито, вот только… Семер смог сбежать. Так мы думаем.
Командующий обдал Рантара презрительным взглядом, будто это был лично он виноват в произошедшем.
– Мерзкая крыса! Уже в третий раз! – Себастьян ударил кулаком по столу.
– Да, Ваше Высочество, к сожалению. Я предупреждал Валентина быть бдительнее, но он горячая голова, а Семер – хитрый лис.
– Тогда все это не важно, – вмешался все тот же мужчина с высоким, почти женским голосом. – Раз Семер жив – мятеж не закончится. Он вновь соберет доходяг или еще кого и обязательно покажется через пару лет. Нам известно, куда он делся, или все как обычно? Провалился сквозь землю?
– Как обычно.
– Прекрасно.
Присутствующие покачали головами и начали шептаться. Мужчина, по положению не ниже графа, если судить по количеству лепестков на его броши, взмахнул длинными соломенными волосами и взглянул прямо на Рантара.
– Я слышал, вы когда-то были знакомы. Быть может, вы знаете, куда он мог направиться?
Все перевели на Рантара выжидательные взгляды, и его сердце начало биться сильнее. Они хотели услышать ответ, но ведь он даже не знал, кто такой этот Семер. Или знал?
– Я не… Не думаю, что…
– Семер не настолько глуп, чтобы появляться там, где его ждут, – вмешался Феликс. – Боюсь, он засядет в очередном болоте и будет там гадко булькать.
– Тогда сожжем все проклятые болота в этой богами забытой земле, – вступилась одна из придворных дам. Пара человек одобрительно закивала.
– Мы будем действовать тоньше, – голос королевы звучал, как пение соловья, хотя ее лицо превратилось в застывшую маску. – На этот раз он не уйдет.
– Ваше Величество, а как насчет изделий главного королевского изобретателя – Мафенаса Гармского? Быть может, что-то из них поможет в поисках?
– Творения господина Мафенаса и так сильно помогли нам в бою. Однако боюсь, что среди них нет такого, что выследит этого мерзавца, – на лице Доротеи появилась слегка рассеянная улыбка, за которой Рантар смог прочитать едва сдерживаемый гнев. – Важнее другое. Среди местных нам известны и наши соратники, и потенциальные соперники. Мы напомним о своей силе и влиянии всем. Пусть не думают, что мы спокойно ждем где-то там, далеко, в Севарии. Пусть почувствуют, что мы совсем рядом. Пусть истрийцы боятся.
Она осмотрела зал и на секунду остановилась на Рантаре. От этого мимолетного взгляда у него зашевелились волосы на голове. А еще он узнал слово «истрийцы». Раньше это многое для него значило.
– От присутствующих
