этого степняки изрядно прошлись по тем землям. Сейчас там есть несколько самостоятельных городов-государств, но они все так далеко, что мы с ними не контактируем. Хребет опасен не только тварями, что живут среди скал и в пещерах, но и сейсмической активностью. Так что торговый путь по суше нам с ними не установить. А море, вы и сами знаете, опасно. Варвары не позволят никому сунуться в те воды.
— С кем же они тогда торгуют? — недоуменно нахмурилась Тиа. — Не могут же они быть полностью независимыми.
— Про один из городов я слышал, — Тобиас снова задумчиво покивал. — Они стоят недалеко от истоков Большого Саверна, который сливается с Малым и впадает в Южное море. Так что они торгуют, сплавляясь по реке.
— И никто из пяти королевств на их пути не возражает? — сделала нехитрые вычисления Тиа и недоверчиво выгнула бровь.
— Этого мне не известно, Ваше Высочество, — засмеялся он. — Хотите, отправим гонцов, узнаем?
— Как-нибудь потом, — Тиа не удержала ответной улыбки, которая сразу же померкла. — Для начала нам надо разобраться с захватчиками.
Тобиас мрачно кивнул и повернул голову в сторону раздавшихся в дальнем конце коридора шагов. Тиа тоже замолчала и поправила пояс, платок и тиару, разгладила юбки теплого платья.
Со стороны лестницы приближались лекари в сопровождении стражников. Новоявленный маг был среди них. Его черные глаза неотрывно следили за ней, хотя он и отвечал на вопросы пожилого главного лекаря.
Тиа поежилась под таким пронзительным взглядом и первой разорвала зрительный контакт, подходя к дверям покоев отца. Пальцы дрогнули всего на мгновение, прежде чем она взяла себя в руки и спрятала переживания от приблизившегося мага.
О том, как тяжело ей было и сколько слез она пролила за закрытыми дверями своих покоев, и главный лекарь, и замковая стража прекрасно знали, но благоразумно помалкивали. Для всего остального королевства Тиа оставалась непоколебимой и уверенной в себе принцессой.
***
Руланд был не в силах оторвать взгляд от юной принцессы, как ни старался. Она стояла в дальнем конце коридора у массивной двери и о чем-то тихо беседовала со своим генералом.
Пожилой воин, казалось, ни на миг не оставлял ее, следуя попятам, куда бы она ни направилась. Единственный раз, когда Руланд не видел его рядом с ней, был вчера вечером в тронном зале, когда она принимала просителей. Однако после генерал перехватил ее в коридоре и молчаливой тенью следовал за ней повсюду. Полные недоверия взгляды, которые пожилой воин бросал на него, раздражали, но Руланд мог понять его. Юная принцесса выглядела хрупкой и беззащитной.
Заметив появление лекарей, девушка и генерал замолчали и оба напряженно уставились на приближающуюся группу.
Принцесса была одета в тяжелое теплое платье темно-коричневого цвета, полностью скрывающее ее от шеи до лодыжек. На голове черный платок прятал волосы так, что разглядеть их цвет было невозможно. Это казалось странным, ведь на севере подобные закрытые одеяния были не приняты. Этот наряд больше подходил знатным девушкам из королевств южнее, если не считать традиционного северного широкого пояса с длинным свободным концом спереди.
Руланд в составе группы лекарей приблизился к покоям короля и заметил, как дрогнули пальцы принцессы, прежде чем она толкнула тяжелую створку, не дожидаясь помощи кого-либо. Хотя никто и не попытался предложить ей свои услуги. И стража, и лекари, и даже генерал держались чуть позади нее, позволив первой войти в покои отца.
Руланд много слышал о девушке, которая управляла страной уже больше года, с тех пор как слег король. Вот только он представлял ее себе совершенно иначе. Всего несколько дней в ее землях и ночь в замке доказали, что он сильно ошибался относительно нее.
Опираясь на слухи, которыми полнились все Западные Королевства за пределами Золотогорья, Руланд считал ее избалованной принцессой, прячущейся за знатью и опытными советниками. Ему было необходимо занять место при дворе, и он ожидал, что это не станет проблемой, ведь страна уже находилась на грани краха без жесткой руки золотоволосого короля. Когда после его смерти жадные до власти лорды попытались бы разорвать королевство на части, Руланд смог бы без труда повернуть ситуацию в свою пользу и избавиться от принцессы, спихнув ее замуж за какого-нибудь южного лорда. Затем он и его друзья начали бы реализовывать их план по возвращению севера его законным владельцам.
Вот только все слухи, которые бродили по другую сторону границ, оказались ложью, стоило приехать сюда и пообщаться с золотогорцами.
Народ в деревнях и селах чуть ли не дифирамбы пел, восхваляя свою юную принцессу. Горожане отзывались о ней только с положительной стороны и никак иначе. Многие сочувствовали ее незавидной судьбе и восхищались ее стойкости. Оказалось, что за последние три года она потеряла мать, старшего брата, а теперь еще и отец находился при смерти.
При всем при этом за полтора года, как она села на трон, ситуация в королевстве практически не изменилась, народ не голодал, не задыхался от непомерных налогов, не был задавлен беспределом наместников. Золотогорье до сих пор оставалось одним из самых процветающих и богатых королевств на западе Большой Земли.
Больше всего поражало то, что все эти хвальбы лились из уст золотогорцев, несмотря на приближающееся вражеское войско. Хотя Руланд не мог не признать, что армия, стянутая к стенам столицы, впечатляла.
Придворный лекарь поинтересовался состоянием монарха у ночной прислуги. Руланд прислушался к отчету вполуха.
Принцесса тоже внимательно слушала, хотя по отчаянному выражению на ее лице было очевидно, что в медицине она не особо разбиралась. Ее полные губы задрожали, и она сильно прикусила нижнюю губу. В серо-голубых глазах появились слезы, но она их сдержала.
Судя по мешкам под
