Остановлюсь вкратце на мыслях, имеющих, как мне кажется, ключевое значение (в дальнейшем я изложу их более подробно). На пути к себе самому и к Богу (что в конечном итоге есть одно и то же) мы прежде всего должны научиться любить самих себя. Такая искренняя, идущая из сердца любовь не должна, однако, приравниваться к эгоизму и нарциссизму! Любовь к себе самоотверженна, и эта самоотверженность направлена на окружающих. Бессознательные конфликты мешают нам ощутить эту любовь, способную объединить людей, поэтому мы становимся жертвами предрассудков и проецируем наши внутренние проблемы на других. Мы, естественно, не хотим признавать свой «вклад» в собственное неблагополучие, это связано с теневой стороной конфликта – так называемым «злым духом», «злом». Мы лишь ищем удобный предлог, нам нужен козел отпущения, чтобы, как нам кажется, решить свою проблему.
Уважать и любить себя очень трудно, но рано или поздно этому должны научиться все. Не следует путать любовь к себе с эгоизмом – позицией грубого, пренебрежительного, оскорбительного отношения к другим. Напротив, если преодолеть темные стороны своего «Я», то любовь к себе приведет к социально позитивному, человечному поведению. Только когда человек видит всю неизмеримую широту своей личности, он становится терпимей к другим. Только когда человек уважает себя, он может уважать других. Только когда человек счастлив сам, он может поделиться радостью с другими. Благодаря любви к себе человек начинает трепетно и бережно обращаться как с самим собой, так и с окружающими людьми. Этому я и хотел бы содействовать с помощью своей книги.
Новый путь самопознания
Хотя многие люди увлечены всем, что касается неизведанных глубин бессознательного, мало кто из них интересуется теорией данного вопроса. Эта позиция в корне неверна и скорее навредит, чем поможет (о чем говорилось в предыдущей главе). Обязательно настанет момент, когда человек должен будет разобраться с теми законами, которые на бессознательном уровне управляют его мыслями и поступками. Нас толкает к этому сама жизнь! Мне, к примеру, мое незнание того факта, что мы с бывшей женой принадлежим к противоположным типам характера, стоило слишком дорого. Знание законов бессознательного, управляющих поведением и проявляющихся в типах характера, могло бы уберечь меня от ненужных потерь и разочарований.
Как известно, есть такие специалисты, которые изучали «руководство по эксплуатации» бессознательного. К ним относятся психологи, психоаналитики и психиатры. Можно было бы принять соломоново решение и отдать им всю работу по изучению бессознательного. Действительно, обращение за помощью к психологу часто оказывается неизбежным, особенно для действительно больных людей. Но нужно учесть, что таковые составляют относительно небольшой процент. Для большинства же «простых смертных» я считаю отнюдь не лучшим средством привлечение специалиста, который должен, как уполномоченный представитель, исследовать, что творится у пациента в голове, и разъяснить ему это.
Долгое время в мире (особенно в США) бытовало мнение, что каждый человек должен иметь личного психоаналитика, которого нужно регулярно посещать, как мы посещаем автосервис. Между тем, сейчас все больше укрепляется другая точка зрения, в соответствии с которой для большинства психически нормальных людей обращение к психоаналитику – это ложный путь. И дело здесь, к сожалению, не только в дороговизне консультаций. Часто я как врач наблюдаю, что люди попадают в зависимость, и что копания в бессознательном нередко приводят пациентов в замешательство и становятся поэтому причиной их душевных страданий. Безусловно, я осознаю, что при определенных психических нарушениях психотерапия незаменима, но необходима она лишь некоторым, а не всем.
При этом даже с теми пациентами, которым психотерапия нужна, дела обстоят не так просто. После психотерапевтического курса они могут вполне осознанно говорить о своих проблемах, но во множестве случаев сами-то проблемы никуда не уходят. По поводу этого хорошо известного феномена есть даже расхожая фраза, в которой выражается недоверие методу психотерапии: «Да, у меня есть проблемы, но больше вы от меня ничего не добьетесь!» С одной стороны, это тоже результат, но все же не такой, к которому всерьез стремился бы любой разумный человек. Правда, в конце концов, пациент может утешать себя мыслью о том, что пусть ему и не удалось вылечиться до конца и устранить психологические проблемы, но в силу обстоятельств он научился как-то справляться с ними.
Вопреки распространенному мнению, критика в адрес традиционной психотерапии в немалой степени свойственна и самим специалистам. Я общаюсь со многими опытными коллегами-врачами, и мне постоянно приходится слышать, как они, слегка понизив голос, признают: «Да, ваша критика традиционного психоанализа вполне справедлива, но в этом нельзя открыто сознаться, чтобы не опозорить себя навеки». Никто не хочет открыто высказать свое мнение, которое публично сочтут крайне неуместным, поскольку для многих психотерапия до сих пор почти священна. Между тем, метод традиционной психотерапии, основанный сугубо на слове (беседе), по своей эффективности часто неудовлетворителен, за исключением немногих случаев. Очень часто впустую тратится неимоверное количество сил и энергии, как со стороны врача, так и со стороны пациента.
Приведу типичный пример из моей практики.
Клаус В. (20 лет), необычайно раздражительный молодой человек, жалуется на приступы страха и ощущение, что сходит с ума. Находится под наблюдением уже долгое время. Я оцениваю уровень его жизненных сил как очень низкий. Причиной этого является огромный душевный конфликт «Похититель энергии», который отнимает у пациента большую часть жизненной энергии. К сожалению, состояние Клауса В. ухудшается, мы не можем устранить этот конфликт.
Пациент много месяцев находился в одной известной клинике, откуда его выписали с заключением, где сказано, что его состояние «значительно улучшилось». В клинике он регулярно посещал индивидуальные и многочисленные групповые сеансы психотерапии. Обследовав пациента, я был вынужден констатировать, что его состояние осталось таким же плачевным, как и раньше: энергетические показатели и его конфликт не изменились. Клаус подтвердил, что чувствует себя плохо, только за счет сильных успокоительных препаратов стал менее суетливым и беспокойным.
Битва Георгия со змеем является отражением архетипа, который также воплощен, например, в сюжетах современного мюзикла «Красавица и чудовище» и голливудского фильма «Кинг-Конг». Ужасное, прожорливое чудовище – это олицетворение зла, причем, что поразительно, в первую очередь того зла, которое таится в бессознательном красавицы. В индийской мифологии этот внутренний принцип женской психологии нашел отражение в образе Кали, темной, разрушительной ипостаси Богини. В последующих главах станет ясно, что под злым духом подразумевается внутренний конфликт, воплощенный здесь в образе змея. На самом деле храбрый Георгий освобождает красавицу от черной, разрушительной стороны ее собственной сущности. На рисунке это подчеркнуто следующим образом: девушка ведет змея, как собаку, в ошейнике. Если бы змей был действительно так опасен для девушки, то она, стоя в непосредственной близости от чудовища, не была бы такой невозмутимой, а на ее лице можно было бы заметить хоть какие-нибудь признаки страха или ужаса. Существует и другое толкование данного сюжета с точки зрения глубиной психологии. Согласно ему, змей олицетворяет темную сторону души самого Георгия, который, чтобы стать достойным мужем своей возлюбленной, одолевает змея, то есть побеждает зло, скрытое в нем самом.
Многие мои пациенты могут привести подобные примеры, связанные с обращением за помощью к традиционной психотерапии. Люди вкладывают много сил, времени и средств, но ничто не приводит к желаемым улучшениям. Еще более безнадежной, по-моему, является ситуация, когда пациент из симпатии к специалисту впадает в восторженное воодушевление, не имеющее на самом деле никаких реальных оснований. Часто создается впечатление, что психоанализ действует подобно наркотикам, и в крайних случаях даже может возникнуть психологическая зависимость от него. Тогда у пациента появляются недооценка, непонимание действительности, а также многие другие проблемы, типичные для состояния реальной зависимости. Не исключаю, что кому-то мои слова покажутся слишком резкими; этим читателям я мог бы ответить следующее: во-первых, я выражаю личную точку зрения, а во-вторых, прекрасно понимаю, что есть люди, которым психоанализ безусловно помог, которых он как-то обогатил. Однако в большинстве случаев радужные обещания не выполняются. Легионы выдающихся ученых и интеллектуалов вложили слишком много усилий в развитие психоанализа, чтобы сейчас говорить о не меньших легионах пациентов, которым он не помог.
