– В данной ситуации помочь сможешь именно ты, – уверил меня Крафт.
Подал руку, и мне пришлось ее принять. Но мужчина потянул на себя, а я зацепилась носком туфли за ножку стола и ударилась головой о столешницу. Ойкнула и села обратно, потирая ушибленное место.
Маг покачал головой, присел на корточки и осведомился:
– Жива?
– А ты надеялся, что нет? – разозлилась и опять перешла на «ты». – Отстань от меня, а? Отпусти к девочкам!
– Отпущу, когда получу от тебя все, что мне нужно, – невозмутимо ответил Крафт.
И я сорвалась, выплескивая на него страх, обиду, непонимание и боль, рассеченный кружкой лоб нещадно щипало от морской соли, ноги от сидения под столом затекли.
– Что ты к нам привязался? Приперся неизвестно откуда, забрал из родного дома, потащил в океан на верную смерть! И что тебе еще нужно? Сволочь! – Последнее слово уже прокричала в лицо по-прежнему сидящего на корточках перед столом Крафта.
– У тебя проблемы не только с магическим образованием. С воспитанием тоже не очень, – все так же спокойно проговорил мужчина. – Будем восполнять пробелы. Урок первый. «Правила поведения за столом».
– Я под столом, – буркнула, немного успокоившись.
– Значит, будем осваивать правила поведения под столом, – не унимался Крафт. – Первое, я никогда и никому не позволяю оскорблять себя.
Схватил за плечо, до боли впившись в него пальцами, и выволок из укрытия.
– Второе, – отпустил, оставив сидеть на полу, придерживая саднящее плечо. Наверняка синяки будут огромные. – Никто не смеет повышать на меня голос, и уж тем более кричать.
Прошел к сундуку, вынул оттуда полотенце и, швырнув его мне в лицо, продолжил:
– И последнее, ты будешь делать то, что я тебе скажу, и не задавать глупых вопросов, – взглянул на меня своими необычными глазами, в которых опять промелькнул едва уловимый всполох. – Урок усвоен?
А я сидела на полу, вытирая лицо и волосы, и пыталась понять, что во всей этой ситуации кажется мне каким-то неестественным, наигранным, как на нарисованной неумелым ребенком картинке. Все вроде бы закономерно, нас забрали, и по договору, заключенному с нашими отцами, мы теперь являемся собственностью Крафта. Нет, это не рабство, скорее, он теперь является нашим опекуном. Но складывалось такое ощущение, что мы ему нужны, как рыбе суша. И его вся эта ситуация злила не меньше, чем меня. Посмотрела на мужчину магическим зрением, но опять увидела только верхний слой, только то, что он сам позволил увидеть. Отметила, что нанесенный Кириным воздействием ущерб уже почти незаметен. Разрывы затянулись, но сама аура приобрела отчетливые признаки болезни.
– Вы больны? – спросила, наклонив голову набок и пытаясь разглядеть причину недуга.
– Ты меня вообще слышала? – устало вздохнул он, усаживаясь на кровать.
– Услышала и приняла к сведению. Не кричать, не оскорблять, слушаться и не задавать вопросов, – проговорила, все так же изучая изъеденную неизвестной мне болезнью ауру.
– Вставай, – приказал Крафт, подходя к рабочему столу. Выдвинул один из ящиков и начал что-то раскладывать на столешнице.
Я встала, подошла и взглянула на приготавливаемые предметы. Страх – это совершенно не то слово, которое отразило бы мои эмоции. Я испытала дикий ужас! Крафт аккуратно и методично выкладывал на стол клинок с костяной рукоятью, серебряную пиалу, две багряно-красные свечи, черные атласные ленты, огненные камни. В довершение ужасающей картины на стол легла ритуальная игла смерти. Я все так же молча попятилась к двери и не остановилась даже тогда, когда услышала раздраженный приказ: «Стоять!» Я все понимаю, он зол на меня из-за сестры, но чтобы настолько! Дело в том, что Крафт приготовился использовать стандартный набор инструментов для запрещенной магии смерти. Точнее, для ритуала «Вечная смерть», ритуала жертвоприношения!
Уперлась спиной в дверь, нащупала ручку, но открыть не удалось. Дверь оказалась заперта. Крафт поднял взгляд от стола и спокойно проговорил:
– Вернись, сядь и успокойся. В очередной раз убеждаюсь, что магическое образование у вас оставляет желать лучшего. У всего есть обратная сторона, и тем более у запретной магии.
Я стояла, по-прежнему прислонившись спиной к двери, и лихорадочно соображала, стоит ли верить этому, в сущности, абсолютно незнакомому человеку или сопротивляться до последнего.
– Не глупи, – проговорил мужчина, продолжая приготовления, – ты сама понимаешь, что, если бы я действительно собирался тебя убить, у тебя не было бы и шанса на спасение. Чем быстрее ты осознаешь, что мне твоя смерть не нужна, тем быстрее вернешься в свою каюту.
Я зажмурилась, а потом распахнула глаза и уставилась на Крафта магическим зрением, вкладывая во взгляд весь свой потенциал, все, на что была способна. Но увидела лишь то, что маг предельно спокоен, уверен в себе и не испытывает никаких агрессивных эмоций. То есть он сейчас спокойно и по-доброму заколет меня и проведет запрещенный ритуал, используя мою кровь.
Развернулась к двери и начала остервенело колотить по ней кулаками и звать на помощь. Шторм уже стих, и меня обязательно кто-нибудь услышит.
И, будто прочитав мои мысли, Крафт произнес:
– Никто не услышит и не придет. И поверь мне, не пришли бы, даже если бы услышали. Прекрати истерить и послушай.
Замерла, прислонившись лбом к двери и тяжело дыша. Страшно, как же мне было страшно. Но, оказывается, может быть и страшнее. Особенно когда тебе на плечо ложится сильная мужская рука, вторая упирается в стену рядом с головой с другой стороны и прямо над ухом звучит тихий, слегка вибрирующий завораживающий голос. И мне бы, возможно, это даже понравилось, но он говорил о таких вещах, что захотелось снова попытаться открыть дверь и бежать, бежать без оглядки. Хоть в океан, только бы подальше от этого человека.
– Мне нужно немного твоей крови и несколько прикосновений, чтобы снять разрушительные последствия наложенного твоей сестрой блока. Ты практически не пострадаешь, небольшой укол, а потом я сам залечу ранку. Помоги мне, – рука сжала плечо, – иначе я могу потерять контроль, а это грозит смертью всем нам.
О чем он вообще говорит? Какой блок? Какой укол? Я прекрасно знала, что это за укол. Иглой смерти пронзают сердце. Она полая внутри, и кровь для ритуалов берут прямо из еще бьющегося человеческого сердца. А о жизни после такого не может быть и речи!
Но спросила о том, что было не страшно произнести вслух:
– О каком блоке вы говорите? Кира наложила на вас чары абсолютной любви. Ей подвластна только эта магия.
– Ей подвластна совершенно другая магия, а ваши учителя и магистры – полные бездари, если не могут отличить любовную магию от блокирующей. Твоя сестренка, должно быть, очень романтическая натура, вот неосознанно и направляет воздействие на эмоциональную составляющую ауры. Она поставила блок на любые эмоции в отношении всех окружающих людей, кроме себя. Подсознание несведущего человека выбирает единственный оставшийся открытым путь, и подвергшийся влиянию начинает испытывать сильные эмоции в адрес воздействовавшего. Как правило, это называют любовью или, в редких случаях, ненавистью. Однако я знаком с магией такого рода и почти разрушил блок. Моей ошибкой было положиться на полученные от ваших магистров данные и поставить защиту от любовного воздействия. Впредь буду более осторожен. Радует только то, что в отношении тебя они не ошиблись. – Ладонь Крафта перестала сжимать плечо и медленно поползла вниз по руке. – Я обещаю, что не причиню тебе вреда. Мне действительно необходимы только несколько капель твоей крови, чтобы сгладить последствия спешного вскрытия блока. – Рука завладела моими пальцами, сжала их, и мужчина потянул за собой, увлекая к столу со страшными инструментами.
Меня начало трясти от страха, разум вопил, что нужно прекратить это безумие, и он же подсказывал, что я ничего не могу сделать. Что я – слабая, не обладающая умениями магического боя, как, впрочем, и защиты – могу противопоставить сильному, уверенному в себе магу? А между тем Крафт провел меня мимо стола со смертоносными принадлежностями, подвел к кровати, указал на нее и коротко распорядился:
– Ложись на спину и расстегни верхние пуговицы блузы.
А я посмотрела ему в глаза и уверенно сказала:
– Нет.
– Хорошо, – слишком быстро согласился мужчина. – Просто ляг. Я клянусь тебе своим даром, что ты останешься жива и невредима.
Я стояла.
– Не заставляй меня применять силу, – раздраженно заявил маг. – Через несколько часов мы достигнем второй границы, к тому времени я должен быть в норме, иначе все мы погибнем.
Я прониклась и легла. Крафт взял со стола одну из лент, подошел, приказал:
