Читаем без скачивания Игры судьбы (сборник) - Екатерина Четкина

– Дай лапу!

Пёс молниеносно исполнил приказ, как и последующие: лежать, сидеть, служить.

– Ты ненастоящий! У тебя глаза стеклянные, – обвиняюще сказал Артём и отошёл к окну.

Собака села рядом, ожидая команды.

– Глупая, – грустно вздохнул Артём, открыл окно и сел на подоконник.

Высоко. Шестой этаж. Внизу – маленькая парковка при магазине «Продукты для всех», на которой сейчас лениво ходил упитанный голубь. За стеной тополей – дорога, за ней – парк.

Мальчик смотрел на уходящее за горизонт солнце, на снующие по автостраде машины, на зелёные листья старого тополя и бормотал:

– Вот его не заменяют на пластмассовый. Он нужен настоящий. Зачем тогда подделывают животных?

– Пора читать сказку. Открой! – сказал отец по ту сторону двери.

– Не хочу! – отозвался мальчик – Купите лучше настоящую собаку!

– Нет! – рассерженно ответил отец и ушёл.

Мама попыталась сделать дипломатическую попытку к примирению, но оба мужчины упрямо отказались. В такие минуты она особенно остро чувствовала одиночество и собственную незначительность.

На город опускался полумрак, но Артём не включал свет и продолжал сидеть на подоконнике. Становилось всё темнее и прохладнее. Он ёжился от пронизывающего ветра, но не двигался с места. Собака мирно спала возле его ног, свернувшись калачиком. Идиллия. Почти.

Мальчик посмотрел вниз. На секунду в глазах мелькнул огонёк, и он приказал:

– Ко мне! – И хлопнул ладошкой по ноге.

Собака с готовностью прыгнула на подоконник.

– Вперёд, – еле слышно произнёс он и указал пальцем куда-то вдаль.

Собака оттолкнулась и прыгнула в пустоту. Её не учили сомневаться…

«Ей не будет больно! Точно! Это же неживая» – прошептал Артём себе под нос.

Раздался еле слышный глухой удар. По телу ребёнка пробежала дрожь. Он не решался выглянуть и посмотреть, что стало с собакой. «Она ненастоящая», – твердил он, зажмуривая глаза и наклоняя голову. Артём собрал волю в кулак, перебарывая страх, и посмотрел на улицу.

Собака медленно поднялась на ноги, несколько секунд постояла, ворочая мордой, затем отряхнулась и хрипло тявкнула.

– Ты жива! – радостно воскликнул Артём.

Он хотел её позвать, как из соседнего двора раздался громкий лай. Подарок навострил уши и пошёл на зов, немного пошатываясь и припадая на переднюю ногу.

«Нет! Куда ты? – растерялся мальчик. – А вдруг ей больно, и она отправилась просить помощь у своих? Я же ничего не знаю! Она не виновата, что её сделали в лаборатории, – подумал Артём, испытывая раскаяние. – Её могут обидеть. Надо спуститься и забрать её». Он быстро обежал комнату, пытаясь найти решение: «Выходить не буду. Не хочу, чтобы отец знал. Сам всё исправлю! Можно сделать канат».

– Это будет настоящее приключение! Как в книжках, – возбуждённо прошептал он, делая импровизированную лестницу. В ход пошли покрывало, простынка, пододеяльник, длинные бежевые шторы, затем очередь дошла и до одежды. Артём довольно посмотрел на плод своего труда – длинная разноцветная верёвка с многочисленными узлами, которые он старательно затягивал. – Осталось хорошо закрепить.

Выбор для такой чести пал на ножку громоздкого старинного шкафа, доставшегося от прабабушки.

Артём никогда не боялся высоты. Ему незачем было этого делать, раз он с ней не сталкивался. Родители, точнее сказать, мама, опекали его сверх меры, запрещая играть в «казаки-разбойники», «вышибалы» и другие подвижные игры, считая их травмоопасными. По этой же причине общая физкультура была заменена на специальную программу по плаванию. Раньше он злился на эти запреты, но теперь, спускаясь по хлипкому канату, подозрительно трещащему и шуршащему, понял, что зря…

Позади три этажа и столько же впереди, в его душе проклюнулось чувство победы. Он справился с испытанием. Осталось дело за малым – найти и доставить собаку домой.

«Я назову её Лаки и попробую начать дружбу. Она, конечно, ненастоящая, но лучше, чем ничего. С ней можно гулять, играть в мячик. Она никогда не обидит, не побежит за кошкой, не укусит… Мишка, говорил, что Бим однажды ему чуть палец не оттяпал, и вообще, он не дрессированный, а моя Лаки послушная и добрая. Ну и пусть, что неживая!».

Раздался подозрительный звук, словно расходятся швы. Артём замер. Звук повторился. Он поднял голову, и сердце обречённо кольнуло. Треск разрываемой ткани, и меньше секунды полёта. Удар и меркнет мир.

Раздался скрип деревянной двери. Женщина вздрогнула и вскочила на ноги, поспешно вытирая слезы платком:

– Как он?

Игорь быстро поднялся со скамьи и замер рядом с женой, сжав холодную руку.

– У мальчика сломана левая нога, одно ребро и серьёзная открытая черепно-мозговая травма. Он в коме, – ответил врач, стараясь не смотреть на лица родителей.

– Он умирает? – тихо спросил отец.

Мать не могла вымолвить ни слова, лишь сильнее сжала руку мужа.

– Нет. Он стабилен. Не волнуйтесь, Игорь Алексеевич, ваш ребёнок находится под приборами жизнеобеспечения и постоянным наблюдением лучших специалистов, – вежливо заверил доктор. – Но, понимаете, у вашего сына задет небольшой участок мозга…

Мужчина скрипнул зубами и прервал врача:

– Что от нас нужно?

– Разрешение на операцию. Сюда едет очень хороший нейрохирург.

– Это обязательно? – ещё больше испугалась женщина. – Может, лучше оставить как есть? Вы же говорили, угрозы жизни нет?

– Так и есть, – начал доктор, – но, понимаете, ваш сын может остаться… неполноценным.

Женщина побледнела и растерянно посмотрела сначала на врача, а потом на мужа. Игорь ободряюще обнял её за плечи:

– Дорогая, всё будет хорошо, пройдёт операция, и мы заживём как прежде.

Она посмотрела на него полными глазами слёз и тихо сказала:

– Откуда ты знаешь? Ты не на работе, где распоряжаешься электронными жизнями. Здесь каждая ошибка фатальна… Артём для меня всё, и если… Я не знаю, что со мной будет.

– Перестань, сейчас не время.

– Не время, – повторила она и её глаза зажглись ненавистью. – А для тебя всегда не время! Ты поступаешь так, как хочешь, навязываешь всем своё мнение. Это ты виноват!

Игорь изумлённо посмотрел на супругу, но она не ждала его ответа.

– Извините меня, – сказала она, кивнув доктору и, поспешно развернувшись, ушла.

– Я даю согласие, – твёрдо сказал он.

– Вы поступаете правильно. Без этого нормальная жизнь вашего сына под вопросом.

– Делайте, что считаете необходимым.

– Хорошо, Игорь Алексеевич. – Врач немного замялся, прежде чем продолжить: – Мне могут понадобиться некоторые разработки вашего института. Возможно, придётся вставлять чип.

– Всё так серьёзно?

– К сожалению. Я не хотел этого говорить при вашей жене.

– Да… спасибо, – рассеянно пробормотал отец и, пристально взглянув в глаза врача, добавил: – Я полагаюсь на ваш профессионализм.

После принятия важного решения Игорю всегда становилась легче, но не в этот раз. Он отошёл от палаты, где лежал его ребёнок, к окну, выходящему на серый внутренний двор, и несколько раз глубоко вздохнул. Очень хотелось закурить, первый раз за пять лет.

– Милый мой, проходи! – радостно и суетливо говорила мама, распахивая дверь квартиры. – Как себя чувствуешь? Мы столько сегодня с папой запланировали в честь твоей выписки из больницы.

– Всё хорошо. Не волнуйтесь, – спокойно ответил Артём, аккуратно снимая обувь и ставя в шкаф.

Мать с отцом недоумённо переглянулись.

– Солнышко, иди пока в комнату, отдыхай, а через часик настройся на праздничный обед, – нежно сказала мама, с трепетом потрепав по макушке. В глазах стояли слёзы, она так боялась его потерять.

– Ладно.

Отец молча посмотрел ему вслед и нахмурился.

– Игорь, не стой столбом. Пойдём, мне поможешь.

Он кивнул, оторвавшись от раздумий, и направился вслед за женой на кухню. Там он чистил овощи, подавал и мыл посуду, открывал банки. В общем, старался поддерживать её бурную деятельность. Она гремела кастрюлями, тарелками, бегала от холодильника к столу, нарезала, варила, выкладывала – и всё это так легко, грациозно, напевая себе под нос любимые песни…

Игорь залюбовался её светившимся от счастья лицом и вспомнил, как давно они не выбирались на природу, не ходили в кино или просто не встречали закат, взявшись за руки. Когда учились в институте, всё было, а потом жизнь закрутила, словно волчок – невозможно замедлить ход без страха остановиться.

– Я очень сильно тебя люблю, – прошептал он, обнимая жену.

Она от неожиданности вздрогнула, удивлённо заглянула ему в глаза, а потом прижалась к груди и тихо отозвалась:

– Я тоже.

В эту секунду всё в их семье было хорошо.

– Знаешь, я хочу, чтобы время остановилось, – сказала она. – Боюсь, что-нибудь случится, и…

– Тише. – Игорь успокаивающе погладил её по спине. – Самое худшее позади. Теперь Артём дома.