Читаем без скачивания Загадка серебряного медальона - Анна Устинова

– Мне от этого не легче, – сердито свела Катя густые черные брови. – Я, между прочим, человек, а не художественный академический театр.

– А давай, Катька, я к твоей бабушке как-нибудь в гости зайду? – вполне искренне предложил помощь Пашков. – Мы бы с ней поговорили…

– Если Лешка зайдет, бабке точно настанет каюк! – захохотал Женька.

– Ничего подобного, – ответил Пашков. – У меня всегда с пожилыми отличный контакт.

– Знаем, знаем, – хмыкнула Катя.

Олег, Темыч и Женька тоже засмеялись. Бабушка Пашкова в прошлом году целый месяц провела в постели с сотрясением мозга. По классу тогда ходили упорные слухи, что случилось это благодаря Лешке и его младшему брату Сашку, которым каким-то образом удалось уронить на старушку секцию стенки.

– Не хочешь, не надо, – легко отказался Пашков от визита к Катиной бабушке. – В конце концов это твои проблемы.

– Вот именно, – подтвердила черноволосая девочка.

– Пошли, – наконец появилась Таня. – Твоя мама, Темыч, предупреждена, – добавила она.

Все шестеро торопливо двинулись вверх по Спасской. Вскоре они уже свернули во двор Олега. Там их ждала Моя Длина.

– Машка-а! – бросился к ней Пашков.

– Чего это он тут делает? – спросила Моя Длина у Олега.

– Я теперь тоже буду искать воров, – торопливо проговорил Пашков.

– Мы его приняли, – подтвердил Олег.

– Дело ваше, – передернула Школьникова плечами.

– Между прочим, Лешка для тебя старается, – вступился Тема, совершенно при этом забыв, как недавно сам возражал против кандидатуры Пашкова.

– Тоже нашелся защитник, – демонстративно взглянула на Темыча сверху вниз Моя Длина.

Тот надулся, но ничего не ответил. Маленький рост и чересчур детская для его возраста внешность приносили Темычу немало страданий. Правда, согласно семейному преданию Мартыновых, почти все мужчины в этом роду до шестнадцати лет росли очень плохо. Зато потом резко вытягивались, мужали и в дальнейшем пользовались огромным успехом у слабого пола. Темычу больше всего нравилась история прапрапрапрадеда, который в семнадцать лет резко вырос до двух метров, а потом подался в гусары и прославился лихими подвигами. Так что будущее рисовалось потомку гусара в самых радужных тонах. Но от этого в настоящем ему было не легче.

Пробормотав себе под нос что-то про «всяких дылд, которые вечно во все суются», Тема вошел вслед за Олегом в подъезд. Вся компания зашла в грузовой лифт.

– Кто с Вульфом пойдет гулять? – посмотрел Олег на друзей, когда они вылезли из кабины.

– Давай я! – вызвался Лешка Пашков. – У меня тоже раньше была собака.

– Нет, я, пожалуй, сам, – тут же решил Олег.

Он слишком любил своего пса, чтобы доверить его судьбу Лешке. Остальные тоже считали Вульфа полноправным членом своей команды. Несколько раз он наводил их на след преступников. А однажды помог друзьям отыскать Олега, которого похитили.

Едва юный хозяин отворил дверь, коричневая такса, радостно поскуливая, бросилась навстречу.

– Вульф! – нагнулась к нему Таня.

Тот немедленно облизал ей лицо. После Олега она была у Вульфа самым любимым человеком на свете.

– Какая собачка! – засюсюкала Моя Длина. – Обожаю таких чудненьких песиков!

Мужественный Вульф к подобному обращению не привык. Высокомерно взглянув на Школьникову, он три раза подряд громко чихнул и первым направился в просторную гостиную.

– Странная у тебя собака, Олег, – оскорбленно проговорила Моя Длина. – Между прочим, ротвейлер охранника у матери в магазине меня очень любит. А он на всех самых престижных выставках всегда завоевывает золотые медали.

– Кто завоевывает? Охранник? – развеселился Женька.

– Ротвейлер, – сбросив пуховую куртку, ответила Моя Длина.

Остальные тоже разделись и вошли в гостиную. Тут Компания с Большой Спасской собиралась чаще всего. Во-первых, ни у кого из пятерых не было такой просторной квартиры. Кроме того, Олег жил ближе всех к школе, и четверо друзей забегали к нему после уроков на пару часиков вроде как по дороге домой. Родители Олега с утра пропадали в собственной фирме и возвращались не раньше семи вечера. Единственное условие, которое ставили Беляевы-старшие, это чтобы к их приходу посторонних в квартире не было. Папа Олега, Борис Олегович, утверждал, что для восстановления сил и работоспособности ему дома нужна тишина.

Пятеро друзей расселись по привычным местам. Трое – на диване, двое – по креслам. Вульф залез на диван рядом с Таней.

– А нам с Машкой куда приземлиться? – растерянно встал Пашков посреди гостиной.

Тут только юные детективы сообразили, что Школьниковой и Лешке сесть не на что.

– Сейчас принесу, – пошел Олег на кухню за стульями.

– Что-то, смотрю, у вас для приема гостей комната не приспособлена, – дождавшись его прихода, сказала Моя Длина.

– У нас-то как раз приспособлена, – ответил Темыч вместо Олега.

Юные детективы украдкой переглянулись. Каждый из пятерых подумал сейчас об одном и том же. Возможно, предстоящее расследование будет интересным. Однако привычный уклад Компании с Большой Спасской явно нарушился.

– Где же приспособлена, – ничуть не смутилась Моя Длина. – Во всех приличных гостиных кресел должно быть на восемь-девять человек.

– Почему именно на восемь-девять? – удивилась Катя.

– Так принято, – покровительственно проговорила Школьникова.

– Кем? – спросила Таня.

– Людьми, – не столь уверенно, как прежде, отозвалась Моя Длина.

Заглянув в свой кожаный рюкзачок, она извлекла на свет сигарету и зажигалку.

– Ой, Машка! Покурим! – полез в карман джинсов Пашков. – У меня твой любимый «Парламент», – гордо продемонстрировал он сине-белую пачку.

– Я теперь перешла на «Труссарди», – потрясла Моя Длина перед носом Пашкова черной пачкой, выделанной под кожу. – Остальное курить вульгарно.

Лешка с тяжелым вздохом засунул в рот сигарету «Парламент». Ему стало еще яснее, что поднять его акции в глазах Школьниковой может только удачное расследование.

Моя Длина уже щелкнула позолоченной зажигалкой, но Олег решительно произнес:

– Курить только на лестнице! Если вы с Лешкой здесь надымите, меня потом предки сожрут.

– Я так не могу, – томно воздела Моя Длина глаза к потолку. – Конечно, давно бы бросить пора. Но нервы ни к черту. И еще это ограбление. Так что уж извините.

Она вновь щелкнула зажигалкой.

– Потерпишь, – сказал ей Тема. – У нас, между прочим, тут свои правила.

– Ну и домик! – скривилась Моя Длина и спрятала сигарету в коробку.

– Да пошли, Машка, покурим на лестнице. – Пашков был рад хоть такой возможности побыть наедине с возлюбленной.

– Вот и шуруй, – обдала его новой волной презрения та. – На лестницах в уголках одни только дети курят. А я уж как-нибудь потерплю до дома, раз тут такое гостеприимство.

– Тут не гостеприимство. Мы о здоровье думаем, – сказал Темыч.

– Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким умрет, – не полезла в карман за словом Моя Длина.

– Господи, – вздохнула Катя. – Теперь он еще и с ней препирается.

– Слушайте, мы когда-нибудь делом займемся? – призвал всех к порядку Олег.

– Действительно, – уже исходил от нетерпения Женька.

– А с Вульфом гулять? – напомнила Таня.

– Может быть, ты? – посмотрел на нее Олег.

– Ладно, – поднялась с дивана светловолосая девочка.

Вульф выскочил за нею в переднюю и выразительно покосился на тумбочку, где лежали его поводок и ошейник.

– Пошли, пошли. – Таня быстро натянула на себя куртку и шапку.

– А я все-таки пока покурю, – направился Пашков на лестницу.

– Ладно уж, я тоже, раз тут такие условия, – сменила Моя Длина гнев на милость.

Пашков тут же расплылся в счастливой улыбке. Они ушли.

– Н-да. Обстановочка у нас складывается, – дождавшись, пока за ними закроется дверь, сказал Тема.

– Вечно ты всем недоволен, – ответила Катя, однако и ей был явно не по душе сумбур, внесенный Моей Длиной и Пашковым.

– А нельзя как-то так сделать, чтобы дело о краже расследовать, но без этих двоих? – кинул Женька мечтательный взгляд на Олега.

– Замысел интересный, но нереальный, – усмехнулся тот.

– А с ними мы как пить дать попадем в историю, – начал вновь нагнетать атмосферу Тема. – Чует мое сердце…

– Хоть бы разок твое сердце почуяло что-то хорошее, – страдальчески закатила глаза Катя.

– Я вас просто предостерегаю, – с важностью изрек Тема.

– В общем, во многом ты прав, – поддержал друга Олег. – Из-за новых людей это дело у нас будет самым опасным.

– Кроме того, нам еще неизвестно, кто грабанул их квартиру, – ободрила Тему поддержка Олега. – Ахметов, конечно, наплел с три короба. Но я лично совершенно не исключаю, что это может быть делом рук какой-нибудь мафии.

– Вот хорошо бы! – выкрикнул Женька. – Мы еще с вами ни разу не накрывали мафию.