Сейчас же в период бурного развития науки и техники, всеобщего среднего образования нужны новые формы истолкования вечных религиозных истин, нужно, чтобы религия была созвучна не только сердцу, но и уму.
Указывая на недостатки религиозного подхода, тем не менее необходимо отметить, что именно религия на протяжении многих веков человеческой истории служила средством воспитания самосознания, и в наши дни остается почти единственным методом воспитания ответственного отношения человека к своей жизни.
Основываясь на вышесказанном, можно утверждать, что цели науки и религии дополняют друг друга: наука существует для взаимодействия с миром предсказуемого и познаваемого, религия – с миром непредсказуемого и непознаваемого. Первая помогает решать проблемы материального бытия, вторая – организации отношений человека с тем, что можно условно назвать миром души и духа, с существами невидимого мира, с Богом.
Следует сказать, что между предсказуемым и непредсказуемым, а также познаваемым и непознаваемым нет четкой, заданной границы, она может перемещаться, причем как в одну, так и в другую сторону.
На протяжении, скажем, последних 4000 лет эта граница перемещалась от непредсказуемого к предсказуемому, от непознаваемого к познаваемому, от непознанного к познанному.
Не следует путать категории непознаваемого и непознанного, так как для каждого существа, начиная с человека, существует предел познаваемого, выше которого он не познает никогда, пока будет оставаться существом этой категории (человек, ангел, Архангел, Логос Земли или другой планеты, Логос Солнечной или другой звездной системы, Логос галактики и т.д.). Но в пределах познаваемого непознанное рано или поздно будет познанным. Однако были периоды даже в истории Земли, когда движение границ, о которых шла речь, шло в обратную сторону. На Земле существовало большое количество бесследно исчезнувших цивилизаций, в которых люди были гораздо ближе к душе и духу, к невидимому миру, чем мы, и многое из того, что сейчас можно узнать только из оккультных книг, когда-то было предметом изучения науки. Когда-то законы астрального и ментального миров были известны не хуже, чем сейчас законы физического мира, а насколько лучше были известны законы физического мира по отношению к сегодняшним знаниям! Ведь наши знания сегодня очень скудны и неполны по сравнению с тем, чего еще предстоит достичь, а ведь речь идет только о физическом мире. Были времена, когда то, что сейчас делают отдельные экстрасенсы, могло делать все население, а экстрасенсы делали то, что сегодняшние экстрасенсы даже не могут себе и представить. Двумя последними такими цивилизациями являются Лемурия и Атлантида, о последней имеются достаточно обширные сведения в оккультной литературе. Из них мы можем узнать, что происходило на Земле 1,5 миллиона лет тому назад и раньше, в то время как официальная наука считает, что цивилизация на Земле началась с нуля и насчитывает максимум 10000 лет. Правда, эта цифра сдвигается в глубь веков в связи с новейшими открытиями, но не более чем за 15000 лет. А что говорить о других циклах коренных рас, югах, махаюгах, кальпах, махакальпах, манвантарах и махаманвантарах индийской философии, а также о разных днях, годах и жизни Брамы. Оказывается, что вся жизнь Брамы – это только один день жизни Кешавы, а жизнь Кешавы – это один день Ишвары, далее еще следуют Садашива, Вирончана, Нараяна, Рудра, Шакти, последним в этом ряду называют Шиву, день которого равняется 1,6 × 1065 обычных земных лет [12]. Это число рассчитано достаточно точно, оно имеет 25 значащих цифр и 40 нулей. Это в то время как сутки Брамы составляют всего лишь 8640 миллионов лет, или 8,64 × 109 лет, а жизнь Брамы – 311 триллионов лет, или 3,11 × 1014 лет. И это огромное число всего лишь миг в системе мироздания, дальше него не идет даже индусская эзотерическая мысль.
В этом нет ничего удивительного.
Развитие идет не по прямой линии, а по кругу, циклически. В каждом круге существуют период подъема и период спада, периоды объективного и субъективного, периоды эволюции и инволюции.
Иногда кажется, что развитие идет вспять, прогресс сменяется регрессом. В каждом конкретном цикле все параметры возвращаются в исходную точку, и все начинается сначала, такова реальность – это во-первых. Во-вторых, мы одновременно участвуем в бесконечном числе циклов, вложенных друг в друга, как колеса в колесах, поэтому возвращение в исходную точку происходит по относительно узкому набору параметров. Так, возвращение 10 основных планет в то же самое положение относительно друг друга на фиксированном Зодиаке (хотя и в других знаках) происходит каждые 4320000 лет (точнее, 4319963,8663 года) [27]. Здесь не учитываются ни планетные узлы, ни другие фиктивные точки, ни Прозерпина; если же мы хотим, чтобы эти положения повторились в одном и том же месте в галактике (здесь необходимо учитывать галактический год продолжительностью около 200 миллионов лет), то нам придется ждать несколько триллионов лет. В-третьих, параметры каждого цикла также изменяются по циклическим законам. Внешне это часто выглядит как развитие по спирали. Следует добавить, что мы не касаемся четвертого измерения пространства, и уж тем более пятого, шестого и т.д.; тем не менее они существуют в реальности, и насколько картина усложнится при их вводе!
Находясь одновременно во множестве циклов, в одних мы подвержены эволюции, в других – инволюции.
В самом большом цикле, на который простирается взор современных ясновидящих, сутках Брамы, состоящем из дня и ночи, сейчас день, происходит эволюция, это позволяет нам считать, что вселенная, точнее, та ее часть, где мы находимся, пребывает в состоянии эволюции; в состоянии начала эволюции мы находимся и в цикле Великого года прецессии, равного 25860 лет (кончился период Кали-Юги). Да и в том Большом цикле, период инволюции которого рассматривается в Библии как падение человека во грех и изгнание его из Рая (возможно, это и есть Галактический год в 200 миллионов лет), мы тоже находимся в начале стадии эволюции, снова начался путь к Раю.
Следовательно, мы должны способствовать прогрессу и препятствовать регрессу, а не говорить, что нам все равно, что добро, что зло.
Итак, оба подхода, как научный, так и религиозный, имеют свои неоспоримые достоинства, но также и недостатки. Сейчас наступает время, когда становится ясным, что недостаточно любого из этих подходов, взятых изолированно друг от друга.
Очевидна необходимость преодоления ограничений обоих этих подходов, необходим поиск принципов единства, которые дали бы возможность найти равноправный контакт как с познаваемыми, так и с непознаваемыми элементами нашего опыта.
Причем это новое видение мира не может стать компромиссом факта и веры, науки и религии, только лишь их механическим сочетанием. Новый принцип отношения к миру должен показать, каким образом то, что мы знаем, и то, чего не знаем, в основе своей есть одна и та же реальность. Холст, на котором может быть нарисована картина Бога, человека и вселенной, должен быть значительно шире всего, что до сих пор охватывалось человеческим разумом. Если мы его попытаемся натянуть на существующую рамку категорий и способов мышления, то он будет по-прежнему провисать.
Необходима большая смелость, чтобы сочетать риск и неопределенность, всегда сопутствующие непознаваемому и непредсказуемому, с тем, что можно увидеть и потрогать, взвесить и измерить.
Различие между научным и религиозным подходом и их единство можно проиллюстрировать следующей притчей. Спорили два человека, один из которых находился снаружи полой сферы, а другой внутри той же самой сферы. Первый утверждал, что сфера выпуклая, второй – что она вогнутая. Неизвестно, сколько бы они спорили, но, к счастью, мимо проходил мудрец. Спорящие обратились к нему за советом. Он расположился так, что ему одновременно были видны как наружная, так и внутренняя поверхности сферы, и сказал: «Каждый из вас прав, но только наполовину, одна и та же сфера является выпуклой, если на нее посмотреть снаружи, и вогнутой, если посмотреть изнутри. Сама по себе сфера остается неизменной, но ее восприятие зависит от местоположения наблюдателя». Сфера здесь символизирует реальный мир, человек, находящийся снаружи сферы, – это представитель научного подхода, привыкший все рассматривать объективно, а человек, находящийся внутри сферы, представитель религиозного подхода, он рассматривает все субъективно, изнутри. Независимо от точки зрения наблюдателя мир остается реальным миром, таким, каков он есть сам по себе.
Вернемся к астрологии.
Теперь мы можем утверждать, что предмет или поле действия астрологии лежит между познаваемым и непознаваемым, предсказуемым и непредсказуемым. Он охватывает одновременно обе области в пограничном, критическом районе между наукой и религией.
