Действительно, Тодж-аккхариец не достиг бы своего положения и статуса в иерархии Мастера Убийц в Замбуле, если бы напрасно тратил время и усилия. И если мертвецы могли бы говорить, приблизительно две тысячи засвидетельствовали бы скорость и жестокость Тоджа. И сегодня вечером он двигался с даже большей скоростью, чем обычно. Он опаздывал на тайное совещание Нефрита. Обычно характер Тоджа был столь же невозмутим, как спокойное море, но в настоящее время он был почти раздражен. Слуги короля Мило стоили ему драгоценного времени, и Нефрит ждал. Если бы Тодж не бы настолько нетерпелив в ожидании встречи с Нефритом, он услышал бы затаившихся сторожевых псов раньше, и раньше отделался бы от них. Тодж предпочитал избегать обычных убийств в затылок, но один живой стражник, возможно, призвал бы еще сто, вызвав дальнейшую задержку Тоджа. Даже Глава замбулийских Убийц не смел заставлять Нефрит ждать слишком долго. Встреча была устроена связником, после того как Тодж приобрел то, за что Нефрит заплатит дорого. Той оплатой было бы оружие в форме Красной Гадюки, которое Тодж долго искал. Кинжал, как говорили, был создан из рога демона-змеи со смертельными заклятиями, произнесёнными Провидцами горы Иймша, колдунами повелителями страшного Черного Круга. Силы кинжала превратили бы Тоджа в самого опаснейшего убийцу, которого будет когда-либо знать история.
Тодж последовал через лабиринт темных переулков и ветхих зданий. Когда он приблизился к центру кварталов в районе складов Мессантии, его хорошо развитая интуиция предупредила, что скрытые глаза наблюдали за его подходом.
Он ожидал этого. Повернув на перекрёстке, он затем последовал по узкому грязному переулку между рушащимися стенами. Неприметная дверь маленького неряшливого здания открылась, когда он приблизился к ней. Не имеющие порога деревянные ступени вели вниз в темное чрево здания. Он проглотил сухой комок, появившейся в горле, глубоко вздохнул, и начал спуск. Слабый лунный свет не достигал ступеней. Тодж не был удивлен. Воры и убийцы любого статуса знали это. Нефрит проводил встречи только под покровом темноты. Никто живой не видел лицо Нефрита, или никто не мог рассказать об этом. Нефрит был осторожен, эта особенность была понятной, он один обладал большим количеством богатства, чем у многих хайборийских королей, и господствовал над странной империей, охватившей дюжину королевств, от Аквилонии до Зингары.
Тодж услышал контрольный щелчок из-под его ботинка. Ступени исчезли, превращая лестницу в крутой скат. Проворство убийцы позволило удержаться на ногах, но его подошвы скользили по скользкому дереву, и он старался сохранить равновесие. Несколько мгновений спустя, он достиг конца ската и упал на пол.
Продолжая катиться по инерции, он сконцентрировался, проворно вскочил на ноги, при этом плоская рукоятка метательного ножа броском выдвинулась из ножен на запястье в его левую ладонь. Это был один из пяти таких ножей, скрытых на теле. Его правая рука сжимала несколько шестиконечных метательных звёзд (шурикенов), все еще запятнанных кровью стражников.
— Ashhadu salib muhadana, — прозвучал трудноразличаемый тихий голос или немного искаженный, хотя его тон был строгим и авторитетным.
— Нефрит? — Тодж запнулся, быстро возвращая самообладание. — Ashhadu la muhadan ilaha salib. Он перешёл на жаргон, известный только среди воров и убийц избранных гильдий. Как правило, он использовал бы меньше слов и заменил бы скрытыми жестами головы, глаз, пальцев и рук. Однако в темноте, Тодж должен был ограничить себя разговорной формой жаргона.
— Ты не будешь нуждаться в своем оружии здесь, Тодж, — в голосе Нефрита чувствовалась издёвка.
Неловкая тишина последовала за этим предостережением прежде, чем слова были произнесены… на сей раз без юмора.
— Ты должен был прибыть в сумерках, majnun. Тодж напрягся в оскорблении.
— Неприятность на рейсе, Нефрит. Барахское пиратское судно «Ястреб» обогнало мое судно и потопило его за несколько лиг от Гавани Хорота. Я сбежал, отвязав лодку, но вынужден был грести к Причалу Контрабандиста. «Ястреб», к счастью, не преследовал меня но четыре глупых стражника Милоса также задержали мое прибытие.
Он переместил руку на рукоять метательного ножа. Несмотря на гарантию Нефрита, он никогда не выпускал оружие из рук.
— Слухи о твоём столкновении с Kорало, монеты которого теперь не будут тратиться за моими столами игр и домами удовольствия, уже достигли меня.
Независимо от того, ты принес это? — Да, — солгал Тодж, и с раздражением отметил, что ладони начали потеть. — Я скажу Вам, где это скрыто, после того, как Вы дадите мне Красную Гадюку.
— Я вижу, — медленно произнёс Нефрит. — твоя нехватка доверия приводит в уныние меня, Тодж. Такое поведение не в чести среди воров, или убийцы… так? Тодж прикусил свой язык. Значит, Нефрит знает, что он потерял карту? Нет, неужели… его шпионы, возможно, предугадали это. Однако он проклинал свою глупость. Он решил заплатить зингарскому торговцу за морской проход к Мессантии, считая это более безопасным и более быстрым, чем поездку через находящегося во власти банд Шема. Ларец был приманкой, он скрыл карту Медного Города в складках грязного плаща, брошенного под его койку при продолжительном рейсе. Но в темноте, удивленный внезапным нападением «Ястреба», он схватил не тот плащ. Положив его водонепроницаемый ларец, он оставил судно после убийства нескольких членов команды, вставших на пути.
Однако Нефрит, по всей видимости, не мог обнаружить его ошибку. Однако если за Тоджем наблюдали, начиная с его прибытия на пирс шпионы Нефрита, возможно, они видели, что он пихнул ларец в воду. Тогда они, наверно, нырнули и нашли предмет пустым, но Тодж должен был рискнуть. Неловкая тишина прошла. Нефрит продолжил: — Ты и твои убийцы испортили нашу профессию, Тодж. Вы не намного лучше, чем лживые торговцы дурманом, убивающие даже свои семьи за деньги.
— Вы и ваши воры крадете золото или драгоценности — это простые безделушки. Мои убийцы и я крадем жизнь… и для человека, разве жизнь не самое драгоценное сокровище, которым он обладает? Нефрит засмеялся резко и раздражённо.
— Ты являешься мерзкими, Тодж, но я нуждаюсь в тебе. Я не знаю никого, кто обладает твоим навыком при убийстве и испытывает недостаток в любом клочке совести. Именно поэтому я даю тебе шанс жить.
Пока это произносилось, Тодж ощутил острое жало, как у осы, на его бедре.
Не отклоняясь и готовя ножи, он решил, что темнота зачастую лучший, из его окружающих союзников, специально для данного случая.
— Это произвол, Нефрит? Как Вы смеете! — Тодж, ты осмелился прибыть сюда без карты в руке и потребовать заколдованный кинжал, который я украл из хранилищ подземелий Храма Сета в Луксоре. Да, у меня есть Красная Гадюка. Теперь я должен знать… Ты изучали карту главарь? — Рассмотрел немного, — ответил убийца, надеясь повысить себе цену, его спокойный голос не соответствовал возрастающему беспокойству. Нефрит нанял его, чтобы убить владельца карты иранистанского главу гильдии воров в Аньшане. Глупец упрямо отказался отдать карту и умер. Конечно, когда Тодж забрал карту из одежды убитого главы гильдии и сбежал из Аньшаня, он поглядел на диаграмму, грубо оттиснутую на пергаменте. Однако Тодж был специалистом по смерти, а не в переводе с неразборчивого чужеземного.
