Голос миссис Проктор потонул в хрипе. Вдруг она села прямо на своем стуле с мучительным воплем: "Ллойд, Ллойд!" Губерт Проктор в одно мгновение оказался рядом с женой, успокаивая ее словами: "Проснись, проснись, моя дорогая, это все сон", - и минуту спустя миссис Проктор, моргая, смотрела на людей, с которыми только что познакомилась, гадая, не только кто они такие, но и настоящие ли они.
- Вот так это всегда происходит, - серьезно объявил мистер Проктор. Все эти месяцы моя жена снова и снова переживала это ощущение, слышала, как наш сын взывает не только о помощи, но и об отмщении. Поэтому я искренне верю, что эти сны отражают страдания Ллойда, когда он встретил мучительную смерть.
В последующей тишине Джанет расслышала свой вопрос:
- Видела ли миссис Проктор подобные сны раньше?
- Много лет назад я начала видеть другие сны, - миссис Проктор отвечала сама, и ее глаза были полны слез. - Мне всегда снился Ллойд, когда его не было дома. Иногда ему было больно, и я слышала, как он кричит от боли. А иногда он был счастлив и кричал от безумной радости. И всегда (ее голос дрогнул)... И всегда...
- Мы вскоре получали весточку от сына, - договорил мистер Проктор. Однажды он написал, что получил рану; потом выиграл премию в колледже. Неизменно сны его матери находились в соответствии с тем, что в действительности переживал Ллойд. Это случалось в течение многих лет, поэтому, когда моя жена увидела этот сон, мы знали, что он вещий. Его повторение подтверждает это. Теперь вы понимаете, почему я знаю, что наш сын мертв. Вы сказали, что получали от него известия, молодая леди, Губерт Проктор обратился к Джанет, - но, тем не мeнее, вы его не видели. Я гадал, почему он кричал о мести, ведь он не мстительный по натуре. Но раз мы услышали о том, что его совесть чиста, я полагаю, умирая, он попытался оградить свое доброе имя, как сделал бы и при жизни.
На следующий день по дороге на север Хэнк Доусон остановился в Новом Виндзоре и забрал Герцога. Когда они проезжали Ущелье - Подкову, Хэнк бросил опытный взгляд на облако над горой Лысого Орла.
- Я отвезу Кинтию домой, - сказал Хэнк, - и мы поедем наверх, в коттедж. Если разразится буря, я останусь с тобой до тех пор, пока она не окончится.
Джанет была рада человеческой компании. Неосвещенный коттедж съежился, как затаившийся зверь, в то время как сарай был светлым и походил на призрак под качающимися деревьями, которые нависали над ним, как чудовища. Хэнк убедился, что дверь сарая была закрыта на щеколду, потом прошел до коттеджа. Они включили огни, зажгли камин и сварили кофе. Потом Хэнк серьезно сказал:
- Теперь нам ничего не остается, кроме как дожидаться призрака.
- Ты думаешь, это действительно призрак? - изумленно спросила Джанет. - Мстящий дух, возможно, дух Ллойда Проктора?
- Ты слышала о свершенных преступлениях, - ответил шериф. - Ты видела это прошлой ночью, когда сон воплотился.
- Но, если Ллойд; был убит четыре месяца назад, как он мог посылать чеки, письма и список древностей? А как насчет сообщений тех агентов, которые утверждают, что совсем недавно Ллойд их надул?
- Подписи и почерк можно подделать. Можно легко прикинуться кем-то, если ты не пытаешься надуть людей, которые этого человека знают. Хороший парень не станет ни с того ни с сего обманщиком. Но кто-то мог сделать вид, будто он им стал. Послушай, Джанет, ты выходила к сараю три раза до меня. Каждый раз ты что-то видела, но никого не находила. И мы вдвоем тоже никого не нашли. Но, если бы кто-нибудь прятался в этом сарае, не смог ли бы Герцог поймать его?
- Уверена, что смог бы, и теперь я могу сказать почему.
Джанет вспомнила ту самую ночь, когда Герцог действительно кое-кого поймал - ее собственного мужа, Пита. Одно это, казалось, доказывало, что нечто невидимое и неуловимое, по крайней мере, дух, фигурировало в других случаях. До сих пор она не говорила о визите Пита, поскольку знала, что он не хотел огласки. Теперь, в свете того, что она знала, она собралась выпалить правду. Но Хэнк не дал ей на это времени.
- Ты можешь не рассказывать мне, почему ты так уверена, - сказал Хэнк. - Я знаю. После того, что мы услышали прошлым вечером, я гадаю, куда приведет этот след. Но я знаю, где он начнется - в сарае - сегодня ночью!
Ответом ему были стон ветра и вой Герцога. Пес ощетинился, как и раньше; его уши уловили ультразвук, недоступный ни одному человеку. Огромный пес поднялся и медленно двинулся в сторону двери, воем показав, что узнает этот плачущий призыв.
Хэнк поднялся:
- Пойдем.
Они вышли. Сегодня их приближение к сарак было уверенней, быстрей, чем раньше, когда они увидели, что закрытая на,щеколду дверь раскрылась сама по себе. Они были ближе, когда она распахнулась в первый раз, словно передавая приглашение от невидимого обитателя. Герцог издал смешанный вой и лай и бросился вперед. На этот раз Хэнк- не колебался. Перекрывая ужасный ветер, он прокричал:
- Пусти его! - И когда Джанет сделала это, он добавил: - А теперь пойдем!
Едва они двинулись, дверь распахнулась. Там, в затемненном проеме виднелась белая фигура, была видна ее человеческая форма, но через миг ее не стала За ней бросился спущенный с поводка Герцог. Хэнк и Джанет не отставали от него и успели увидеть, как широко распахнулась дверь в мастерскую и снова показался тот призрак. Затем Герцог проследовал в дальний угол мастерской, где поднял свои большие лапы на высоту плеч и оперся ими о заколоченную дверь. Там, в свете фонарика Хэнка, Джанет увидела, как огромный пес прижал в углу свою добычу, как уже делал однажды ночью.
Но в собачьем лае не было ярости, он выл от радости. Человек, которого он поймал, похлопывал его, гладил его голову и передние лапы. Герцог же лизал лицо, которое Джанет видела так отчетливо, что помимо воли вскрикнула: - Ллойд Проктор!
Затем, к удивлению Джанет, она увидела голову дога сквозь руку, которая его гладила! Мгновение спустя рука исчезла, а фигура Ллойда, еще смутно различимая, начала распадаться. Последним исчезло его лицо, доброе, красивое лицо, которое Джанет узнала, несмотря на его мертвенную бледность. Потом это видение тоже растворилось, и пес остался один, царапая заколоченную дверь и горестно завывая, словно тоскуя по прикосновению исчезнувшей руки.
Хэнк увидел достаточно, чтобы поверить. Он стоял рядом с Джанет, ласкавшей пса, который устроил свою голову в ее руках, словно потерял одного друга и нашел другого. Затем Хэнк проверил дверь, она по-прежнему была заколочена. Джанет тихо сказала: - Я видела его, Хэнк. Так же ясно, как и тебя. Это был Ллойд Проктор или его дух.
- Я тоже его видел, Джанет, - проговорил Хэнк. - И я слышал, как ты назвала его имя. Но я в любом случае узнал бы его, после того как увидел его отца. Ллойд был для него вестником смерти. - Хэнк помолчал, затем мрачно повторил: - Вестником смерти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
