– Это правда, то, что написано в той книге о перестрелке в Додж-Сити?
– Вы в самом деле уложили Кида Крайдера одним выстрелом?
Их голоса дрожали от возбуждения, вопросы сыпались один за другим.
– Вы поймали банду Мартина в Дейдвуде до того, как начал и охоту на преступников, объявленных в розыск за вознаграждение, или после?
– Что вы предпочитаете: быть шерифом или гоняться за преступниками?
– Вы нервничали, когда встретились лицом к лицу с братьями Кольт в Ларами?
Изумленная, Делла постепенно начала понимать, что Джеймс Камерон – человек известный. И известность эта не очень-то ему нравится. Он сухо смотрел на засыпающих его вопросами парней, не произнося ни слова. Его лицо было напряжено, мысли витали где-то далеко. Когда у Хэнка Марли и Билла Уэстона иссякли вопросы, на которые они так и не получили ответов, Камерон вытянул руку вперед, по очереди потряс их ладони, потом молча повернулся и быстрым шагом направился к амбару.
– Боже ж ты мой! – пролепетал Хэнк Марли, возбужденно разглядывая свою ладонь. – Мы только что пожали руку самому Джеймсу Камерону!
– Никто нам не поверит! Мы стояли рядом с ним! И он даже пожал нам руки!
– Прошу прощения, – проговорила Делла, когда они направились к своим лошадям. – Я… Вы говорите, кто-то написал о мистере Камероне книгу?
Они посмотрели на нее с нескрываемым недоверием.
– А вы что, не знаете, кто он?! – Они видели ее замешательство. – Джеймс Камерон – чуть ли не самый знаменитый законник на всем Западе!
– Он вычистил не меньше дюжины городов и поймал больше преступников, чем вы можете себе представить. Про него и вправду написали книгу. И не одну. У меня не хватило смелости привезти сюда свой экземпляр и попросить его автограф.
Мужчины охотно поведали Делле о сотнях закоренелых преступников, пойманных или даже убитых Джеймсом Камероном. О его легендарной храбрости и бесшабашности, готовности прийти на помощь закону и законопослушным гражданам. Они говорили и говорили, и женщине стало казаться, что этому не будет конца. У нее голова пошла кругом.
– Джеймс Камерон не дорожит жизнью, – восторженно говорил Хэнк Марли. – Поэтому он непобедим!
Билл Уэстон кивнул.
Они уставились на крышу амбара, где Камерон усердно махал молотком, вгоняя гвозди один за другим. Солнечный свет матово поблескивал на его обнаженных предплечьях.
Мужчины переглянулись, после чего Уэстон таинственным шепотом проговорил:
– Если он задержится здесь, предупредите его относительно Джо Хаскера.
Делла смотрела, как они выезжали со двора, и, как только скрылись из виду, повернулась к амбару и принялась изучать профиль Камерона, темнеющий на фоне ослепительно светлого неба. Она обдумывала услышанное. Его имя Джеймс. Он легендарная личность. Каждый мечтает пожать ему руку.
Покачав головой, она вернулась на кухню.
Теперь она знала, чем он занимался со времени окончания войны. Джеймс Камерон был шерифом и охотником за преступниками.
Жители Запада почитали стрелков и убийц, будь то законник или правонарушитель. Журналисты воспевали головорезов, рыскавших по округе, убивавших и калечивших людей, и в то же время восхваляли охотившихся за ними людей, называя их «героями».
Делла все еще не могла упорядочить свои мысли, а Камерон тем временем спустился с крыши и пошел к дому, видимо, собираясь поесть. Со лба у него стекал пот. Он остановился напротив ее огородика, окинув взглядом старое выцветшее платье Деллы и ее потрепанную мужскую шляпу с полями.
– Тыквы?
Делла воткнула садовый нож в землю и поднялась. На земле лежала большая куча выполотых сорняков.
– Вообще-то мне не особенно нужны тыквы. Но вырастить что-либо на этой почве не так-то просто. Поэтому мне нравится выращивать что-нибудь крупное, чтобы было что показать в конце сезона.
Впервые она увидела на его губах улыбку. И замерла от удивления. Он буквально преобразился. До чего красив! У Деллы замерло сердце. Она даже представить себе не могла, что его губы могут расслабиться, а глаза – потеплеть.
– И что вы делаете со всеми этими тыквами?
Делла пожала плечами:
– Отдаю в школу, а еще в церковь. Думаю, они готовят из нее пироги или хлеб. А что остается, скармливаю своей свинье Бетси. Хотя она не очень любит тыкву.
Всю зиму Делла питалась выращенными в огороде овощами: помидорами, кукурузой, картошкой, луком, горохом, морковью и бобами. Однако большую часть времени потела над этими проклятыми тыквами, и выращивать их ей нравилось больше всего.
– В прошлом году в одной тыкве оказалось почти сорок фунтов весу! – сказала Делла, направляясь к бочке с Дождевой водой. Умывшись и сполоснув руки, она отошла в сторонку, уступив место Камерону. – А я не знала, что вы – знаменитость. – Делла поведала ему о тех историях, которые рассказывали ей Марли и Уэстон. – Это правда? Он взял из ее руки полотенце и вытер лицо.
– В основном да. В книге многое приукрашено, чтобы увеличить спрос на нее.
– А вы получаете деньги от продажи этих книг? – Поняв, что задала бестактный вопрос, Делла поспешно добавила: – Прошу прощения. Мне не следовало об этом спрашивать.
– Издатель посылает мне банковский чек пару раз в год, – ответил Камерон, заметив, что Делла залилась румянцем. – Я никогда не просил, чтобы эти книги писали или публиковали. И ни разу в жизни не встречался с тем лживым сукиным сыном, что сочинил их.
Возможно, другим знаменитым стрелкам и нравилась слава, но Джеймс Камерон был явно не из их числа.
Они молча вошли в дом, и Делла выложила на тарелки ветчину и бобы, которые поставила вариться еще утром. Краешком глаза она наблюдала за Камероном. Он прошел в уголок, где Делла занималась шитьем, и разглядывал кукольное платьице, которое лежало в корзинке для рукоделия. Потом подошел к маленькой книжной полке и взял один из лежавших на ней школьных учебников.
– Обед готов, – сказала Делла, поставив тарелку у того стула, который про себя уже называла местом Камерона.
Джеймс застелил колени салфеткой и принялся за еду. Делла решила рассказать ему о Джо Хаскере.
– Он настоящий смутьян, мистер Камерон. Потому что все время сиди г в тюрьме, а когда выходит, принимается за старое и снова попадает за решетку. Уверена, он окончит свои дни на виселице. – Камерон слушал совершенно спокойно. – Марли и Уэстон просили меня предупредить вас, что Джо Хаскер хвастает на каждом углу, что непременно покончит с Джеймсом Камероном.
Кивнув, он намазал большой кусок хлеба маслом.
– Мистер Камерон, я знаю Джо Хаскера. Он очень опасен. – Его равнодушие расстроило Деллу. – Марли и Уэстон считают, что Хаскер задумал убить вас.
