отделаться шуткой, намеком и, вывернувшись, убежать, окончив все веселым смехом.
Король не преследовал ее более настойчиво, потому что был слишком занят государственными делами: он в три раза увеличил размер податей и ужесточил наказания для тех, кто не мог отдать в казну установленную меру. Люди в Туанге жили все беднее, в то время как казна и жрецы становились все богаче. Лай Вуонг задумал создать новые корабли, новую армию, с тем, чтобы подчинить себе окрестные земли и выйти вниз, к границам с миром людей.
Говорят, что Туанг образовался, потому что был отделен от мира обычных людей невидимой завесой из пуха Великой птицы, и путешественники из мира обычных людей, мечтающие найти эту страну, лишь бесконечно блуждают в горах и в конце концов погибают, потому что путь для иноземцев сюда закрыт. Лишь нескольким из них удавалось преодолеть таинственную завесу, обычно это были те, кто явился в Туанг по приглашению. Эта горная страна подобна таинственной Шамбале, что открывается лишь избранным. Сами жители страны парящих гор изредка появлялись в мире людей, в основном ради торговли, но посещали лишь острова, затерянные далеко в Тихом океане и никогда не приближались к материкам.
Однако Лай Вуонг задумал нарушить установленный порядок и выйти к людям. Мириана не разделяла уверенности мужа, ей казалось, что куда правильнее избегать войн, утвердить мир и сделать своих подданных счастливыми, а страну процветающей, но король хотел власти, славы и новых богатств. Кроме того, как уже было сказано, он ненавидел всех иноземцев. И Мириана молчала, не смея возразить.
Но измученные голодом и лишениями, запуганные и потерявшие надежду жители Туанга по-разному реагировали на политику нового короля. Большинство смирились и терпели, но те, кто жил у дальних границ, снова поднимали восстания, и наконец, одному из тех бунтов удалось вспыхнуть и разгореться.
Взбешенный, Лай Вуонг приказал придать огню деревни, где жили восставшие, а потом и сам собрался на войну. Понимая, что уходит надолго, а может быть и навсегда, он решил во что бы то ни стало добиться благосклонности хорошенькой девушки, что привлекла его внимание и никак не выходила из головы. Стройная фигурка Сун Ли, ее длинные темные волосы и блестящие черные глаза мерещились ему даже во сне. И король послал Сун Ли дорогой подарок — золотой браслет, достойный королевы, но не служанки, а после попросил прийти вечером в его покои. Девушка не могла ослушаться приказа и в назначенный час была в его комнате.
Однако Сун Ли принесла подарок с собой и с низким поклоном протянула его королю.
— Я не достойна носить это украшение, это не для служанки, — осторожно сказала она. — Позвольте вернуть Вашему Величеству его подарок.
— Здесь я король и мне решать, кто чего достоин, — ответил он, приблизился к девушке и, взяв ее узкую смуглую руку, надел на ее запястье золотое обручье, вспыхнувшее в свете свечей словно весеннее солнце.
— Разве он не прекрасен?
Сун Ли кивнула, слегка улыбнувшись. Браслет был действительно чудесен.
— Ты так же прекрасна, как этот браслет и даже еще лучше. Скоро мне предстоит уйти на битву, и я буду сожалеть, что не увижу тебя так долго, Сун Ли.
Король осторожно провел рукой по волосам и бархатистой щеке девушки, но Сун Ли быстро перехватила его руку.
— Король Кван, воспитавший меня, учил быть прямой и честной с правителями, — сказала девушка. — Я вижу, что имела несчастье понравиться Вашему Величеству. Однако, осмелюсь напомнить, что королева Мириана все еще ваша супруга и моя госпожа. Нарушить священный обет брака, значит пойти против законов, оставленных нам в назидание нашими предками, теми, кто умел летать.
— Прекрати, законы создаем мы, люди. И никто из людей не может летать, — насмешливо ответил Лай Вуонг. — Это всего лишь древние предрассудки! Подумай, как изменится твоя жизнь, если ты сможешь заслужить расположение короля! Ты обретешь большое могущество!
— И потеряю себя… — тихо, но твердо ответила Сун Ли. — Простите, Ваше Величество. Но я воспитана в храме. Меня учили быть верной принцессе и законам Великой птицы.
Король нахмурился, крепко сжав губы: гордость не позволяла ему настаивать дольше и принуждать девушку, она уже посмела отвергнуть его! Отвергнуть короля! Да любая другая служанка сочла бы честью подобное внимание! Что вообразила о себе эта девчонка? Надеется на защиту королевы? Напрасно! Он жестом сделал служанке знак удалиться. Перед тем как уйти, Сун Ли осторожно сняла браслет с руки и положила его у кровати, а потом неслышно скрылась за дверью.
Лай Вуонг отличался мстительностью и злопамятностью, он знал, что придет день, и он отомстит девушке. Случай подвернулся быстрее, чем король мог надеяться. Накануне его отъезда специальный отряд дворцовой охраны задержал нескольких смутьянов, подстрекавших к мятежу. Их сразу же доставили к королю. Среди них оказались отец и брат Сун Ли. Они никогда не противились воле короля и попали в число мятежников по какой-то нелепой ошибке. Лай Вуонг намеревался немедленно казнить мятежников, но узнав, что двое из них приходятся родней непокорной служанке, передумал и решил помедлить с приговором. До утра их заперли в дворцовой темнице, а сразу после завтрака Лай Вуонг, пребывавший в особенно хорошем настроении и весело напевавший себе под нос, приказал собрать старейшин, среди которых был Каолам. Попросил он присутствовать на суде и королеву Мириану. Она уже смирилась с этими несправедливыми, жестокими процессами и предпочитала сидеть с отстраненным и безучастным видом, не смея возразить мужу. Ее сердце ныло от боли и беспомощности, и она чувствовала досаду, что не может защитить свой народ от жестокого тирана, которого сама же и возвела на трон. Все попытки Мирианы понравиться мужу или хоть как-то наладить с ним отношения потерпели неудачу. И она понимала, что ей остается лишь молчать и смириться. Отныне ее жизнь будет такой. Но это ничего. Лишь бы он только не бил ее больше.
Завернувшись в плащ, Мириана сидела на своем троне, установленном прямо на открытой плоской площадке, безучастно глядя на лица горожан, обвинявшихся в измене. Они казались спокойными и суровыми, в их глазах молодая королева отчетливо видела осуждение. Да, они осуждают ее. Она и сама осуждает себя, но ничего уже не изменишь, все что могло произойти — уже произошло.
Судья зачитал приговор, который впрочем никто не слушал, ведь решение принимал только король. И тогда Лай Вуонг приказал привести Сун Ли. Мириана удивленно подняла голову, она не понимала, зачем здесь ее служанка.
Но едва девушка вошла, как по ее лицу все
