— Папа, ты ничего от меня не скрываешь?
Гаевой по-прежнему сидел за письменным столом, разбирал бумаги.
— Ничего, — буркнул он себе под нос.
Нина медлила уходить. И вдруг он резко повернулся к ней и внезапно заявил:
— Скрываю! Думал, что не узнаешь никогда. Этот тип каким-то образом пронюхал… В общем, лучше от меня узнай, чем от него. Понимаешь, Нина… я тебе не родной отец. Я тебя удочерил, когда женился на твоей маме. Твой отец умер, когда тебе было два года. А я тебя с трех лет воспитываю как родную. Когда мы много лет назад из Запорожья сюда переехали, я не думал, что кто-то узнает… Но всегда найдутся люди…
— Папа, а я, между прочим, давно об этом знаю. Случайно услыхала, как вы с тетей Клавой говорили… Но разве это имеет значение? Ты мне всегда был родным отцом, таким и останешься.
Лицо Гаевого просветлело, и он обнял Нину, похлопал ее по плечу.
— Ну, и хорошо, дочка, что ты такая умная. Я знал, ты меня не подведешь. Если бы красота и ум приносили человеку счастье, ты бы самой счастливой была…
— Я-то? — усмехнулась Нина. — По-моему, ты ошибаешься. Насчет красоты не знаю, а вот ума у меня точно нет. Образование, эрудиция, всякая там душевная тонкость — еще не ум. Наше время востребовало практические умы, а я к таким не отношусь. Мне, может, во времена шестидесятников надо было жить… Тогда поэзия была в моде, романтика…
— Ты у меня настоящая леди. Такие никогда из моды не выйдут.
— Жаль, что я не родилась в Англии девятнадцатого века, — рассмеялась Нина. — Ну, ладно, не совсем уж я беспомощная. Я умею принимать действительность такой, какая она есть. Наверняка не буду счастливой, но и не позволю себе стать несчастной. И вот что я придумала. Я буду использовать общение с Ярославом для того, чтобы помочь тебе.
— Что ты имеешь в виду?
— Я же буду жить с ним под одной крышей. Ну, неужели я такой недалекий человек и такая некрасивая женщина, что не смогу влезть к нему в душу?
— Зачем тебе его душа?
— У меня свой расчет. Войду к нему в доверие, усыплю его бдительность. И постараюсь выкрасть бумаги, которыми он тебя шантажирует.
— Ты наивна, Ниночка, — криво усмехнулся Гаевой. — Неужели думаешь, что он хранит эти бумаги в квартире под подушкой?
— Постараюсь выяснить, где именно.
— Не надо ничего выяснять. Чем меньше будешь общаться с этим типом, тем лучше. Я не знаю, на что он способен. А если заметит, что ты следишь за ним? Как отреагирует? Мне страшно за тебя.
— Глупости. Я же не овечка, идущая на заклание. Да и он… если решил организовать солидное дело, занять прочное положение, вряд ли опустится до уголовщины.
— Я не знаю, на что он способен…
— Да разве кто-то из нас знает даже свои собственные способности? Ну, ладно, отец, не волнуйся. Даст Бог, все обойдется.
Пожелав Василию Федоровичу спокойной ночи, Нина ушла в свою комнату, улеглась в постель и на удивление быстро уснула.
Глава вторая
Ярослав Торич оказался пунктуальным субъектом: явился ровно в девять утра, как и обещал. Катя, любившая в выходные подольше поспать, еще и не вставала. Однако Нина и Василий Федорович были уже наготове.
Явная авантюрность предстоящих событий действовала на Нину возбуждающе. Она твердо решила не отступать от намеченного плана, а потому с самого раннего утра привела себя в полную форму, чтобы прямо с порога сразить Ярослава своей красотой. Холодный делец не знает, что ее душа еще холодней, чем его; тем лучше, пусть и не догадывается об этом. Чем больше он будет ей доверять, тем легче она его обезоружит.
Вынашивая в уме стратегические планы, Нина мысленно уже провела беседу с Ярославом, и не одну. Прикинув несколько возможных интонаций: агрессивную, деловую, кокетливую, наивно-доверительную, она, в конце концов, решила остановиться на деловой. Пусть видит, что перед ним спокойно-деловая женщина, проницательная и уверенная в себе.
Торич выглядел точно так же, как вчера. Затемненные стекла очков не позволяли проследить за его взглядом, однако Нина была уверена, что он посмотрел на нее с явным интересом.
Когда Ярослав прошел в гостиную и уселся в кресло, Василий Федорович недовольно проворчал:
— Ты уже чувствуешь себя как дома…
Пропустив мимо ушей это замечание, Торич объявил:
— Я жду ответа.
И тут в комнату заглянула Катя, еще растрепанная после сна, в наспех накинутом халатике. Ее звонкий голос сразу заполнил все свободное пространство:
— Здравствуйте, Ярослав! Вам не терпится узнать, кто же стал вашей невестой, да? Радуйтесь — это я! Ну, что же вы молчите, Слава? Вы не рады?
— Значит, Борис Ильчук вам не помеха? — спросил Ярослав с насмешкой в голосе.
— Вы боитесь, что Боря вас побьет? — продолжала Катя в том же духе. — Тогда лучше имейте дело с Ниной. Она давно разогнала всех женихов и бить вас будет некому.
Катина фамильярность нисколько не подействовала на гостя, зато вывела из себя Нину и Василия Федоровича.
— Перестань болтать! — прикрикнул Гаевой. — И пойди оденься, приведи себя в порядок! Нечего появляться в халате перед чужим человеком.
— Подумаешь, он скоро будет моим родственником, — фыркнула Катя и, перекрутившись вокруг оси, вышла из комнаты.
Усмехаясь уголком рта, Ярослав выжидательно посмотрел на Гаевого.
— Нина согласна, — буркнул Василий Федорович. — Пойдем в кабинет, обсудим детали.
— Подожди, отец, — вмешалась Нина. — Вначале я сама хочу поговорить с Ярославом.
— Поговорите, если есть о чем, — нехотя согласился Гаевой и, уходя, бросил выразительно-предостерегающий взгляд на Ярослава.
Оставшись наедине со своим возможным женихом, Нина уселась напротив и закинула ногу за ногу, демонстрируя красоту колен и раскованность манер деловой светской женщины. Ей казалось, что начать разговор будет очень легко, однако первые слова почему-то не шли на ум, и она даже почувствовала легкую растерянность.
— Вы обдумываете, с чего начать разговор? — вдруг спросил Ярослав. — Вы не такая непосредственная, как ваша сестра.
Он снял очки и посмотрел на Нину изучающим взглядом. Девушка почувствовала, что предательски краснеет, и выпалила первое, что ей пришло на ум:
— У вас очки с простыми стеклами. Зачем? Вы, как сыщик Дюпен из рассказа Эдгара По, прикрываясь темными очками, осматриваете комнату?
— Меня в этой комнате ничего не интересует… кроме вас, конечно, — насмешливо ответил Ярослав.
— Вот уж не рассчитывала вызвать интерес у такого серьезного и строгого человека, — в тон ему сообщила Нина.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
