Буквально за последние годы, являющиеся по историческим меркам одним мгновением, мир пережил значительные изменения, многие из которых достаточно очевидны, а другие - хотя носят пока подспудный характер и проявляются в пунктирных тенденциях - будут иметь существенное звучание и последствия уже в ближайшем будущем.
Во всем мире очевидна фундаментальная ценностная и мировоззренческая переоценка хода мировой истории. Современность становится все более и более конкурентной. Начиная с 11 сентября 2001 года, история возобновилась и для значительной части человечества, которую обычно называют цивилизованной. Иллюзия благополучного завершения всемирной эволюции, возникшая было в конце 1980-х годов, после поражения коммунистической системы, окончательно разрушена.
История человечества перестает быть историей Западной цивилизации и Севера планеты. На рубеже 2006 года численность населения Земли преодолела очередной знаковый рубеж в 6,5 миллиарда, причем более 80% текущего прироста приходится на Азию и Африку. Запад становится "уменьшающимся меньшинством" мира уже не только в количественном, но и собственно в политическом и экономическом отношениях. Китай уже вышел на четвертое место в мире по объему экономики, обогнав Францию и Великобританию и пока, но только пока, уступая США, Японии и Германии. Не менее значимо постоянное и ускоряющееся продвижение вверх в мировой экономической иерархии Индии, Бразилии, Индонезии.
О наступающем времени часто говорят как о веке хаоса неопределенности и непредсказуемости. Это отчасти верно в том смысле, что проблема управляемости глобальным развитием превращается в ключевую. Саморазвивающийся мир в нынешних условиях может прийти к своему концу довольно быстро. Если это так, а кристаллизация нового миропорядка становится насущной необходимостью, то тем более важно оценить, какие именно современные тенденции мирового развития будут иметь для будущего устройства международных отношений наибольшее значение.
ХОЛОДНЫЙ МИР И ХОЛОДНАЯ ВОЛНАОсобенность современной ситуации в мире заключается в том, что разрушение после распада СССР и "блокового противостояния" Советского Союза и Запада политических основ Ялтинско-Потсдамского миропорядка не привело к слому институционально-правовой базы старой системы. Сегодняшний мир унаследовал от того периода значительную часть международных механизмов и норм, прежде всего систему Организации Объединенных Наций.
Речь идет не просто о сосуществовании нового и традиционного в современных международных отношениях. В случившемся виден переход к другой, принципиально новой парадигме миропорядка. Переход от одной системы к другой, в отличие от всех предыдущих случаев, осуществляется мирно, без использования механизма широкомасштабного глобального конфликта для снятия внутрисистемных противоречий, каковыми были, например, и Первая, и Вторая мировые войны.
Конечно, нынешняя ситуация также возникла после "войны", но холодной. С одной стороны, это просто само по себе важно в условиях наличия ядерного оружия. В то же время отсутствие полноценной "горячей" войны и столь же "решительных" капитуляций и пактов мироустройства после нее, по идее, делает процесс перехода от одной системы к другой более мягким, не носящим заведомо дискриминационного характера по отношению к тем или иным странам.
Это не значит, однако, что попыток такой дискриминации и разделения мира на победителей и побежденных в последние годы не существовало и не существует сегодня. Пришедшийся на последнее десятилетие XX века и начало нынешнего века период так называемой однополюсности мира и глобального доминирования США был типичной попыткой установить "миропорядок победителя". Мир от этого не сделался ни устойчивым, ни безопасным. Та же война в Ираке наглядно продемонстрировала всю иллюзорность управляемости и контроля над миром из единого центра.
Одновременно мир стал еще менее предсказуемым - достаточно посмотреть на неуклонное расползание по швам в последнее десятилетие режима нераспространения ядерного оружия. Более того, именно претензии США на глобальный гегемонизм, стремление играть роль то единственного и неповторимого рефери во всех вопросах мировой политики, то вообще мирового жандарма, объективно затормозили развитие системы международных отношений. Они препятствовали и до сих пор мешают модернизировать в соответствии с новыми реалиями международные институты, прежде всего Организацию Объединенных Наций.
Именно за все это мировое сообщество сегодня имеет полное право предъявлять счет США. Именно по причине "головокружения от успехов" несостоявшейся "глобальной сверхимперии" формирование нового миропорядка XXI века происходит медленнее и менее эффективно, чем это могло бы быть и чем это необходимо человечеству.
Сегодня мы находимся в состоянии "холодного мира", который продлится еще достаточно долго. Холодным современный мир является в двух смыслах. Во-первых, такая характеристика означает, что мы до сих пор остаемся в неком переходном периоде. Современный мир - это становящийся новый мир, где уже виднеются островки новой структуры, но она сложится в принципиально новую и достаточно устойчивую политическую карту не быстро и не сразу.
Одновременно "холодком" от современной системы международных отношений веет именно потому, что до сих пор не исчерпаны амбиции США и глобальной коалиции Запада по поводу создания на своих условиях и в свою пользу некоего жесткого "поствоенного порядка". И хотя объективная реальность противоречит таким планам, кое-кто до сих пор лелеет мысль о том, что "тем хуже для реальности". Причем дело не ограничивается одними помыслами, а выливается в конкретные военные действия, разработки нового вооружения, стройки ракетных баз и прочие бездумные поступки, "холодная волна" которых захлестывает и грозит разрушить всю систему международной безопасности.
Все это абсолютно неприемлемо, поскольку в результате происходит уже не просто взывание к жизни духа "холодной войны", но и, что намного серьезнее, мир может лишиться исторического шанса на формирование нового, справедливого и не дискриминационного миропорядка. Миропорядка без разделения на победителей и побежденных, построенного не на принципах вынужденного сосуществования и ограниченного компромисса, а на принципах желаемого и равноправного будущего для всех.
Именно поиск соответствующих взаимовыгодных для всего мира соглашений и путей должен составлять в ближайшее время основное направление работы международных институтов, прежде всего ООН, включая и само реформирование Организации Объединенных Наций. Особо важной становится роль ООН в координации мирового экономического развития. Более эффективная и властная ООН может вернуться к идее реального контроля над мироэкономической и финансовой системами. Возможно, это позволит преодолеть и те кризисные явления в мировой торговле, которые сегодня очевидны в рамках Всемирной торговой организации, причем опять же прежде всего в силу попыток использовать ВТО как инструмент превосходства и экспансии.
Естественно, когда мы говорим о реформе ООН и тем более Совета Безопасности, надо в первую очередь просчитывать последствия для России. Но в принципиальном плане следует помнить и другое. Деградация роли ООН в мировой системе уже давно ведет к снижению эффективности важнейшего институционального ресурса России, унаследованного ею от прежней системы международных отношений - статуса постоянного члена Совета Безопасности. В такой ситуации, наверное, лучше поделиться некоторыми из своих эксклюзивных прав на уровне СБ ООН и в целом повысить реальную отдачу от этих прав и привилегий, чем ждать когда они будут обесценены вместе с ролью Организации в целом.
Данный пример хорошо иллюстрирует необходимость рационального и "по-умному" бережного отношения в сегодняшнем мире к собственным ресурсам и возможностям.
Появление новых центров силы, усложнение самой структуры международных отношений, подспудная мультиполярность наметились еще в том мире, который осеняло глобальное противостояние США и СССР. Сегодня доминирование той или иной страны или даже группы стан абсолютно во всех сферах становится фактически невозможным. Современный мир объективно многополярен. Вопрос, однако, в том, что это за многополярность, какова ее структура и качество и в чем будет заключаться механизм самоуправления нового многополярного мира.
Многополярность будущего в отличие от прошлого не станет многополярностью враждебных группировок и силового противостояния и ядерного паритета. Новый миропорядок формируется таким образом, что в нем не будет никаких новых сверхдержав, жесткой, глобальной и всего одной блоковой структуры и уж тем более не будет единоличного доминирования кого бы то ни было из мировых держав, будь то США сегодня или Китай завтра.
