Как рассказывал очевидец: «Как-то Хрущев принимал участие в работе пленума ЦК Компартии Украины. Пленум проводился помпезно, в зале собралось несколько тысяч человек, Никита Сергеевич любил такие массовые заседания, где вместо дела занимались часто пустыми словопрениями. Но дело было не только в этом. На пленуме не помню кто начал свою речь по-русски. Никита Сергеевич перебил его:
– Разве вы не знаете украинского языка? Работаете-то на Украине!
Нетрудно понять, какой отклик нашла эта реплика в сердцах националистически настроенных участников пленума и особенно у тех, кто исподволь вел пропаганду за «незалежную Украину».[23]
В 1954 году Хрущев совершает страшное преступление против Русского народа, своим волевым решением осуществив незаконную передачу исконно русской земли – Крыма (Крымской области) из состава РСФСР в состав псевдогосударственного образования УССР.
Передача была оформлена Указом Верховного Совета СССР якобы на основании представлений Президиумов Верховных Советов РСФСР и УССР – «учитывая общность экономики, территориальную близость и тесные хозяйственные и культурные связи». При этом вопрос предварительно не обсуждался не только с населением и местными органами власти, но и Верховным Советом РСФСР. Проведенная в 1992 году специальная экспертиза квалифицировала решение 1954 года о Крыме как принятое с нарушением Конституции РСФСР и законодательной процедуры и не имеющее юридической силы с момента принятия.[24] Передача Крыма УССР была осуществлена Хрущевым в русле украинского национализма. Сам Хрущев и многие из его окружения были по своей сути украинскими националистами и противопоставляли себя Русскому народу. С середины 50-х годов в Крыму и других областях Малороссии, а также в Белоруссии осуществляется массовая дерусификация населения. Закрываются русские школы, образование ведется только на местных диалектах (малоросском и белорусском) русского языка. Людям, десятилетия считавшим себя русскими, усиленно внушается, что они принадлежат к особому народу, а великороссы – просто колонизаторы.
Дерусификация окраин России проходила одновременно с ослаблением русского ядра страны. В результате организованного переселения русских для освоения окраин центральные области страны лишились нескольких миллионов русских тружеников. Только в период освоения целины из Центральной России в Казахстан было направлено полтора миллиона русских людей, в то время как исторические русские земли находились в запустении.
За 1950–1958 годы число музеев в РСФСР сокращается с 542 до 479. В печати постоянно проскальзывают сообщения о кризисном состоянии в музейном деле. Газета «Правда» от 30 марта 1956 года констатирует, что «только в местных музеях РСФСР в срочной реставрации нуждаются несколько тысяч произведений живописи и десять тысяч произведений прикладного искусства». В середине 60-х годов, по официальным данным Русского музея в Ленинграде, тысячи произведений древнерусской живописи в разных городах России не имели надлежащих условий хранения, разрушались и расхищались. Государственный Русский музей выявил в Псковской области уникальные произведения живописи, которые хранились в неудовлетворительных условиях. Псковскому музею потребовалось четыре года(!), чтобы вывезти эти произведения. За это время некоторые из них погибли. Во Владимирской области вместе с действительно негодными вещами на свалку попали произведения древнерусской живописи XVI века, печатные издания XVII века.
Разрыв с патриотическим курсом Сталина знаменовало резкое оживление космополитических, антирусских сил в общественных науках.
Снова начинаются гонения на историков-патриотов. Руководить журналом «Вопросы истории» в 1953 году назначается историк-космополит, приверженец антирусской школы М. Покровского А. М. Панкратова (получившая в этом же году звание академика АН СССР за свои абсолютно бездарные труды). Главными идеологами в области общественных наук становятся академики И. И. Минц и П. Н. Поспелов (Фогельсон).
Редактором правительственной газеты «Известия» становится молодой еврейский большевик, зять Хрущева Аджубей, «надменный временщик и подлый и коварный», «околорадский жук» (женат на дочери Хрущева Раде).
На посту президента Академии художеств русский художник А. М. Герасимов заменяется евреем Б. Иогансоном.
Зеленый свет дается детям и родственникам палачей Русского народа, подобных председателю Особого отдела ЧК М. С. Кедрову или организатору ЧК М. И. Лацису. Сын Кедрова, например, становится академиком АН СССР по философии, а родственник Лациса – влиятельным журналистом. Снова на поверхности появляются имена родственников Свердлова, Антонова-Овсеенко, Окуджавы, Дзержинского, Сванидзе и других кланов еврейских большевиков.
Снимаются все кадровые ограничения на прием в учреждения госаппарата, культуры, науки, искусства лиц еврейской национальности, и за короткий период степень еврейского засилья здесь достигает довоенного уровня.[25] Еврейский национализм и прежде всего сионизм приобретают воинствующий характер. На критику евреев и явлений еврейского засилья накладывается негласный запрет. Преследованию и увольнению с работы подвергаются все, кто пытается публично высказывать свое отношение к несправедливой практике приоритета еврейских кадров над русскими.
Игнорирование интересов Русского народа, вытеснение русских кадров из важнейших сфер деятельности общества лишили российский государственный корабль правильных ориентиров. Снова, как и в 20-е годы, происходит подмена интересов Русского народа некими космополитическими, интернациональными целями. Не без влияния таких партийных идеологов, как еврейские большевики Поспелов (Фогельсон) и Минц, Хрущев выдвигает утопическую идею «построения коммунизма за двадцать лет». Если для Хрущева это был прежде всего «красивый политический ход», то для еврейских большевиков и разного рода космополитов – попыткой вытеснения из общества русских национальных идей и русского патриотизма, полной дерусификации страны, превращения ее национальной идеологии в космополитическую утопию.
В 1960 году на XXI съезде партии Хрущев объявляет, что СССР вступает в новый период – период развернутого строительства коммунизма. Коммунистическое общество, заявил Первый секретарь ЦК, будет в основном построено за 1961–1980 годы.
На первом этапе (1961–1970) предполагалось создать материально-техническую базу коммунизма и превзойти по производству продукции на душу населения США. Объявлялось, что «значительно поднимется материальное благосостояние и культурно-технический уровень трудящихся, всем будет обеспечен материальный достаток; все колхозы и совхозы превратятся в высокопроизводительные и высокодоходные хозяйства; в основном будут удовлетворены потребности советских людей в благоустроенных жилищах; исчезнет тяжелый физический труд; СССР станет страной самого короткого рабочего дня».
На втором этапе (1971–1980) Хрущев обещал уже создать материально-техническую базу коммунизма, обеспечивающую изобилие материальных и культурных благ для всего населения, а также перейти к единой общенародной собственности и принципу распределения по потребностям.
В процессе «коммунистического строительства» должно произойти «сближение наций» и «достижение их полного единства», а в отдаленной перспективе – слияние наций во всемирном масштабе.[26]
Утопически, а то и просто демагогически предрекая близкую победу коммунизма и всеобщее слияние наций, космополитические правители тем не менее стремятся использовать в своих целях духовные ценности Русского народа, эксплуатируя его высшие нравственные чувства: добротолюбие, патриотизм, коллективизм, моральную чистоту, нестяжательство.
Так называемый «Моральный кодекс строителя коммунизма», принятый на XXII съезде КПСС, включал в себя многие духовные идеалы Русского народа, которые архитекторы мирового коммунизма делали средством достижения космополитических целей.
