Читаем без скачивания Оставь окно открытым - Софья Прокофьева

- Смотрите, смотрите! Летающий огонек! - крикнула какая-то женщина и накрыла меня платком.

Можешь не сомневаться, я скорее-быстрее-сейчас же-немедленно прожег платок и вылетел на волю.

Но отовсюду ко мне тянулись руки. Люди кричали, указывали на меня пальцами. Скажу тебе откровенно, я совсем потерял голову, начал метаться по площади.

Я налетел на гладкий щит начальника королевской стражи. Зацепился за чью-то алебарду.

Мне хотелось только одного: куда-нибудь спрятаться, скрыться. Прийти в себя, передохнуть хоть немного, понять, что со мной случилось. И тут мне повезло: я увидел старый глиняный кувшин с отколотым горлышком, валявшийся на земле. Я нырнул в него, скорчился на самом донышке. Кто-то ударил кувшин ногой, и он покатился, дребезжа и подскакивая. Еще счастье, что не развалился.

Наконец все разошлись, и стало тихо. Тогда бездомные кошки со всего города явились на площадь, чтобы погреть лапы и животы возле старого, треснувшего кувшина. Ведь кувшин стал очень теплым и грел не хуже печки.

Кошки так ласково и благодарно мурлыкали, что я немного утешился. С тех пор, по правде говоря, я и люблю кошек...

- А что, все лучи такие же человечки? - спросила Катя.

- Скажешь тоже! - вскинулся было Веснушка, но тут же снова уныло опустил голову. Заговорил совсем тихо: - Нет, я один такой на свете. Ведь все другие лучи крепко держатся за Солнышко. По правде говоря, когда я оторвался, я был просто клубком спутанных золотых ниток. Но это очень скучно, быть каким-то клубком. Все мысли спутаны-перепутаны. Конечно, можешь не сомневаться, я долго думал, выбирал: кем мне стать? Прикидывал и так и эдак. Думал, может быть, мне стать солнечной кошкой или солнечной собакой? Но я к тому времени уже немного разобрался, что к чему тут у вас на земле. Поэтому я и решил стать не кем-нибудь, а солнечным человечком. Это мне показалось. лучше всего.

"Правда, лучше", - подумала Катя.

- Мяу!.. - хрипло сказал Кот Ангорский, неожиданно появляясь на подоконнике.

Он пристально и хищно уставился на Веснушку своими плоскими серебряными глазами.

Катя увидела, как на миг из бархатных лап показались острые кривые когти. Показались и скрылись.

- Брысь! - замахнулась на него Катя.

Кот Ангорский оскорбленно мяукнул. Он мягко подпрыгнул, будто в каждой лапе у него было спрятано по пружине, и скрылся за окном.

Катя сразу же забыла о нем. Ее занимало совсем другое.

"Веснушка не ужинал. Да, наверно, и не обедал сегодня, - вот о чем думала Катя, озабоченно хмурясь. - А что он ест? Молоко он пьет, в любом случае. Конечно, если оно без пенки. Ну, уж об этом я позабочусь. А где он будет спать? Ему же обязательно нужна постелька".

Катя представила себе, какой домик она устроит для Веснушки. Кроватка, столик, стулья - все такое крошечное. Вот она в кукольной кастрюльке варит ему суп. Катя, продолжая хмуриться, не смогла сдержать улыбки. Ох, сколько теперь прибавится у нее забот с этим Веснушкой!

- Ну ладно, что ты будешь есть на ужин? - спросила Катя взрослым голосом. И даже сама удивилась: ну совсем как мама!

- А что такое "ужин"? - поднял на нее рассеянные глаза Веснушка.

- Это... - Катя запнулась. - Ну как тебе сказать. Это когда вечером едят.

- Я не ем вечером, - отрезал Веснушка.

- А когда же ты ешь? - удивилась Катя.

- Что? Ем? Кто? Я? Да никогда.

- Как никогда?

- Да так. По-моему, это просто глупая привычка у вас, у людей.

- Значит, ты никогда не ешь... - огорчилась Катя. - Тогда хотя бы ложись спать пораньше.

- А я никогда не сплю, - пожал плечами Веснушка. - Спать? Кому? Мне? Вот уж глупая глупость.

- О!.. - Катя не могла сдержать своего разочарования. Закусила губу.

Значит, ничего, ничего не будет. Не будет маленького домика. Не будет одеяльца, которым бы она заботливо укрывала на ночь Веснушку.

- Но где же ты будешь спа... Где же ты будешь ночью? - упавшим голосом спросила Катя.

- Все равно... Посижу тут, на столе... - Веснушка сел на край учебника, свесил ножки.

Катя потушила свет, нырнула в постель. Подперла голову рукой, стала смотреть на Веснушку. Веснушка слабо светился в темноте. Маленький человечек на учебнике математики.

"Мама придет, обязательно заглянет ко мне в комнату. Что тогда?" с тревогой подумала Катя.

Веснушка сидел, как-то зябко нахохлившись, зажав ладони рук между коленками.

- Ты что? - робко спросила Катя.

- Не знаю, - поежился Веснушка. - Из окна дует.

"Ему холодно..." - почему-то обрадовалась Катя. Босиком дошла до окна, захлопнула форточку. Задернула штору.

- Ночью мне всегда как-то так... - пробормотал Веснушка. - Сам не знаю, ну, в общем, не по себе... Тоска находит. Звезды! Бр-р! Они чужие, колючие... А Солнышко где-то далеко-далеко. Как ты думаешь: Солнышко опять встанет?

- Конечно, - удивилась Катя.

- Честное рыжее? - пристально посмотрел на нее Веснушка.

- Честное... рыжее, - чуть споткнувшись, сказала Катя. Ей еще никогда не приходилось давать "честное рыжее".

- Ты как-то не так сказала "честное рыжее", - забеспокоился Веснушка. - Может, тоже сомневаешься? Может, и не будет Солнышка вовсе?

Веснушка испуганно привстал, беспомощно глядя на Катю.

- Будет, обязательно будет! - убежденно воскликнула Катя.

- Хорошо... - убитым голосом сказал Веснушка. Он глянул через плечо в щель между занавесками, опять повернулся спиной к окну. - Темнота... Ее так много... - прошептал он. - Мне всегда хочется забраться, где ее поменьше. Спрячь меня куда-нибудь. Я хочу к тебе, поближе...

- Хочешь ко мне под одеяло или под подушку? - быстро предложила Катя. Потянула кверху подушку за уголок.

- Все равно, - махнул рукой Веснушка, - лишь бы где-то побыть до Солнышка...

Но Кате показалось, что Веснушка охотно, даже обрадованно соскочил с учебника и перебрался к ней на кровать. Катя накрыла его подушкой.

- Не душно тебе? - спросила она.

- Не-ет, - послышался приглушенный голос Веснушки. Катя осторожно прилегла на другой край подушки. Стало темно и тихо. Вдруг из-под подушки раздался негромкий, протяжный вздох. "Ему там грустно, тоскливо", - подумала Катя! Но под подушкой все затихло. Уже совсем поздно на цыпочках в комнату зашла мама. Она несколько раз потянула носом, принюхалась.

- Что-то паленым пахнет, - задумчиво сказала мама.

Глава 7. Таинственное исчезновение Веснушки

Итак, Говорящий Кот! Сейчас я вам расскажу про Говорящего Кота.

Нет, нет! Только не в этой главе. Хотя мне очень хочется, чтобы вы, как любит выражаться Веснушка, "скорее-быстрее-сейчас же-немедленно" узнали всю эту невероятную, потрясающую историю. Но, однако, все же придется еще немного потерпеть. Потому что лучше все рассказать по порядку.

Итак... Катя сидела за столом и рисовала. Веснушка пристроился на ее плече и давал советы. Катя нарисовала дом, а около него корову.

- Очень хороший домик, - радовался Веснушка. - Пожалуйста, я согласен в нем, как вы это называете? Прописаться. И корова славная. Пожалуйста, я согласен ее доить.

Катя нарисовала зеленую треугольную елку. Потом взяла оранжевый карандаш и нарисовала на верхней ветке оранжевую белку.

- Белка! Белка! - запрыгал от радости на ее плече Веснушка. - Какая пушистая! А теплая! Чувствуешь, какая она вся тепленькая?

Но вдруг Веснушка перестал прыгать. Сбежал по Катиной руке, соскочил на стол. Ткнул пальцем в желтый круг посреди синего неба.

- Постой, постой, - прищурившись, протянул он. - Как это я раньше не заметил. Это что такое?

Катя ничего не ответила. Она глянула в окно. Ну, так и есть. Солнце закрыла пухлая белая туча с серым животом.

Катя за это время уже успела неплохо изучить характер Веснушки. Она знала, стоило только солнцу спрятаться хоть ненадолго, - у Веснушки тотчас же портилось настроение. Он сразу же становился подозрительным, мрачным, начинал обижаться по каждому пустяку, ко всему придираться.

- Что это такое, я спрашиваю? - Веснушка сердито повысил голос. Ну, отвечай, я жду.

- Это я Солнышко нарисовала, - пришлось признаться Кате.

- Что?! - так и вспыхнул от негодования Веснушка. - Солнышко? Да это колесо от старой телеги, блин с рогами, все что хочешь, только не Солнышко. Ты бы лучше меня спросила: какое оно? Посоветовалась бы! Конечно, я всего-навсего обыкновенный солнечный луч, каких много. Со мной можно и не считаться...

За дверью послышалось робкое, очень деликатное потявкивание. Кто-то лапой скреб в дверь.

- Пудель! - обрадовалась Катя. Надо признаться, что появление его было просто на редкость кстати. Катя бросилась открывать дверь. И правда, за дверью стоял Пудель. Он, как всегда, оглядел Катю строгим, придирчивым взглядом. Его унылые грустные уши дрогнули.

Он вежливо положил к ее ногам обглоданную косточку, похожую на катушку без ниток.

Катя бережно подняла косточку, осмотрела со всех сторон, на миг замерла от восторга, любуясь ею, потом несколько раз облизнулась. Пудель помахал хвостом, еле слышно тявкнул и неохотно поплелся вверх по лестнице. Катя вытащила из-под шкафа картонную коробку от маминых туфель. Коробка была полна обглоданных костей.