Окно, мимо которого она только что пролетала, вновь возникло в поле зрения инспектора.
В окне стоял мальчишка, у него была завязана голова — по глазам было видно, что сорванец.
В мгновение ока он выхватил из кармана больничной пижамы рогатку и попал вишневой косточкой точно в лоб птице. От жуткой боли тело Коры зажмурилось и упало еще этажа на два.
На этот раз, поднимаясь. Кора постаралась лететь подальше от окон!
Через две или три минуты она, уже научившись равномерно махать крыльями, подлетала к восьмому этажу. Тут она увидела в распахнутом окне мужскую фигуру в носке, натянутом на голову. Фигура метнула в нее нож. Блестя и медленно переворачиваясь, нож пролетел поблизости от Коры. Она крепко схватила его желтыми морщинистыми пальцами, увенчанными острыми когтями, и полетела прочь от больницы. Хватит с нее покушений. Вот и земля!
Сначала звякнули, ударившись о землю, пряжки ремней, которыми Кора была недавно прикреплена к кровати, потом твердая земля, прикрытая травой, ударила по пяткам, и Кора, потеряв равновесие, уселась посреди небольшой клумбы, на которой цвели тюльпаны или цветы, похожие на тюльпаны.
«Ой, — мелькнула в голове нечаянная мысль, — как бы не навредить малюткам!»
Кора огляделась. Каких малюток она имела в виду? Кора догадалась, что ее новое тело тревожилось о судьбе яиц, которые оно должно было вскоре снести.
Мысль об этом пронзила Кору. А вдруг в тот момент вокруг окажутся люди и они увидят, как она это делает? А вдруг об этом пронюхает какой-нибудь безответственный газетчик? Тогда что — уходить в отставку? Скрываться остаток жизни по дальним полицейским участкам?
Несмотря на то, что крылья ей мешали. Кора пощупала свой покрытый мягкими теплыми перьями живот — нет ли на нем выпуклостей, которые указывали бы на наличие яиц?
Тем временем одно за другим в больнице зажигались темные окна. Вскоре до Коры донеслись крики и громкие звуки. Видно, там поднялась тревога, ее уже искали.
Кора отстегнула ремни и положила на траву. Она поняла, что ей все еще не хочется появляться перед людьми, в глазах которых она выглядела далеко не героично. Но когда шум и крики приблизились к кустам, где она скрывалась. Кора вышла навстречу людям — к радости врачей и медсестер, которые уже решили, что она случайно вывалилась с восьмого этажа.
Когда же Кора пыталась убедить врачей, что она на собственных куриных крыльях опустилась на землю, ей не поверили. Оказывается, всем, кроме Коры, было известно, что курицы, то есть уважаемые и высокоученые обитатели планеты Ксеро, летать не могут с тех пор, как научились строить дома вместо гнезд и пользоваться компьютерами. Правда, в детстве некоторые ксеры и ксерята взлетают над детскими площадками, и наиболее шустрых держат на длинных шпагатиках. Но это исключение лишь подтверждает общее правило.
Кора, конечно, не согласилась с общим мнением. Может быть, ее тело и не умело летать, но когда на тебя кидаются с ножом, то полетишь и без крыльев.
Встревоженные врачи тем не менее высказали удовлетворение состоянием здоровья Коры. Они убедились, что мозг уже хорошо прижился в курином черепе, руки и ноги отлично слушаются его приказов, падение с восьмого этажа не привело даже к приступу мигрени, так что инспектора Орват можно было выписывать. Утром на обходе врач с глазами-маслинами, который, как все понимали, был по совместительству представителем службы безопасности, с милой улыбкой сказал:
— Моя миссия выполнена. Ваша еще не выполнена, и поэтому вы можете рассчитывать на мою помощь. Все ясно?
— Все ясно, — сказала толстая курица, стоявшая перед врачом. Врач искренне сочувствовал Коре. У него было развито воображение, и он мог себе представить, каково ей в этой шкуре.
А курица, склонив голову и почесывая клюв когтем, рассматривала между тем голову агента: она надеялась угадать форму черепа убийцы, который напал на нее вчера вечером.
Разумеется, как опытный оперативник, Кора никому не стала рассказывать о покушении. Ведь неудачливый убийца именно этого от нее и ожидал. Теперь же он в неуверенности, в тревоге, он не знает, что Кора задумала, — а раз так, то он может повторить попытку покушения и тогда уж наверняка попадется. Образно говоря, Кора стащит с его головы грязный носок!
Утром приехал администратор Грегг ан-Грогги, или Мертвая голова, он был весьма озадачен покушением и заявил, что полностью берет на себя вину за случившееся. Отныне, сказал он, два полицейских будут сопровождать инспектора, куда бы она ни отправилась. Кора пришла в ужас от этого предложения, сделанного категоричным тоном. Честно говоря, она всегда робела перед администраторами, словно превращалась в маленькую девочку, перешедшую улицу в неположенном месте. Но на этот раз она взбунтовалась.
— Так я никогда ничего не расследую! — воскликнула она. — Мало того, что вы загнали меня в куриную шкуру и этим сделали выполнение задания почти невозможным, вы еще хотите поставить вокруг меня вооруженный кордон, чтобы я вообще не смогла говорить с людьми.
— И все же я настаиваю! — сказал Грегг ан-Грогги так, что ясно было: он не отступит. Что ж, подумала тогда Кора, сбежим от полиции. Не в первый раз. Правда, ей еще никогда не приходилось убегать от полиции, неся в животе недоношенные яйца.
— Настаиваете, тогда подыщите мне любое другое тело, — буркнула Кора. — Невозможно, — ответил за Грегга врач. — Но почему? Положите курицу в холодильник, пускай полежит, пока не пришлют мозг с планеты Ксеро.
— Чепуха! — отрезал дежурный врач. — Вы не подумали о детях! — Что еще надо думать о детях?
— Вы намерены заморозить яйца в этом вот самом животе? — Доктор ткнул пальцем в живот Коры, та от неожиданности неловко отпрыгнула и еле удержалась от того, чтобы не клюнуть нетактичного доктора.
— Нет, вы мне ответьте! — настаивал доктор. — Как вы намерены сохранить живыми младенцев, которым именно сейчас требуется высокая постоянная температура окружающей среды, иначе они попросту погибнут!
— Так положите их в инкубатор! — Сначала снесите их, госпожа инспектор ИнтерГ-пола! — нагло ответил врач, — тогда и будете рассуждать об инкубаторах!
Кора была вынуждена переменить тему разговора. — Хорошо, — сказала она, — тогда поехали на место гибели профессора Гальени. И вы введете меня в курс дела.
Не скрывая усмешки, Грегг Мертвая голова вызвал вездеход, на переднем сиденье которого поместились водитель, он сам и местный доктор, который настоял на том, чтобы сопровождать больную в первой поездке. Все заднее сиденье, разумеется, заняла Кора Орват.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
