– Спасибо, очень ценная информация, – призналась я. – Так чего изволите, господин Дон?
– И это… Ты знаешь, – смущенно промямлил кузнец и почесал затылок, – не надо нас господами величать. Не такие мы.
– А как? – удивилась я.
– Можешь просто по имени. Мы здесь завсегдатаи. Поработаешь недельку, всех знать будешь. Вот по именам и зови. Я Дон. Тот, что с черной бородой, – Свич. А совсем седая борода – Лайк. Вот и познакомились. А мы, если чего… того… обращайся. И сами не обидим и другим не дадим.
– Так чего изволите, Дон? – улыбнулась я.
Отчего-то мне казалось, что посетители таверны обязательно будут хмурые, наглые мужланы с полным отсутствием принципов и уважения. Но, смотря на Дона, я поняла, что ошибалась. В таверне Халли была хорошая публика. И, пожалуй, работать мне здесь будет легче, чем я думала.
– Эля на всех! – прикинул мужчина с лысиной, которого назвали Свичем. – Колбасок… Тех, что с травками, копченых… Наших любимых.
Халли кивнула мне.
– Запоминай, Дон и компания обычно одно и то же берут. Эль и колбаски сальса. Вообще, вкусы у всех разные, но ты запомнишь.
Через пять минут мужчины сидели, попивая эль, закусывая колбасками и разговаривая.
Еще через час таверна была почти полной. Я сновала между рядами, принимая заказы и унося их на кухню. После разговора с Доном ко мне никто не приставал, зато с любопытством знакомились, узнавали, надолго ли я к тетушке и не собираюсь ли замуж. Может, они мне подойдут в женихи? А если не они, то в городке много надежных парней с хорошей репутацией. Такой красавице, как я, нельзя быть незамужней.
Я ловко увиливала от вопросов.
Среди посетителей было много драконов. Я их сразу узнала. Они выделялись из толпы обычных людей и магов. Ровные спины, тихие приглушенные голоса и глаза, вернее, взгляды. Пронзительные, словно внутрь меня смотрят. И улыбки лукавые, но при этом строгие. А еще они все были безбородые и привлекательные лавочники, лекари, пекари, мясники.
Заказывали не только спиртное и закуску. Были и такие, что приходили с уставшими лицами, садились подальше и просили сырную или луковую похлебку, жареной картошки или мяса, тушеные овощи с кроликом и другие блюда. Они приходили просто вкусно поесть. Уходили такие посетители тоже быстро, бросив на стол медяки. Я все собирала в кармашек и отдавала Дику. Он потом должен был все посчитать по записям заказов и дать отчет Халли.
Ближе к полуночи в таверне остались только кузнец с компанией.
– Фея! – прикрикнул Дон. – А не принесешь ли ты нам крепкого чесночного бульона? Моя кузнечиха учухает эль, снова орать будет, а бульон у Халли такой, что любой запах отбивает.
Я метнулась в кухню.
Халли кивнула, оглянулась.
– Фея, на улице в амбаре свежий чеснок, поди-ка принеси. На кухне закончился. Сегодня прямо все на чесночный суп припали.
– На улицу? Ночью?
Не то чтобы мне стало страшно, но… Первый день. Я видела угодья таверны. До амбара с чесноком не менее пятисот шагов, а я в новом для себя мире. И кто знает… Чую, надо все свободное время учить магию этого мира и стараться свои чары к нему приспосабливать.
– Неужто боязно? – не сдержала язвительной ухмылки Халли. – Чего боишься-то? Ты же сама нечисть!
И что? По-вашему, раз темная, значит, призраков и восставших мертвецов не боюсь? Упокоить-то я их могу, только мало приятного, когда на тебя разлагающийся труп из-за угла выскакивает.
– Фонарь возьми.
– У меня зрение вампирское.
Халли оглянулась.
– Тогда сковородку возьми, чтобы спокойнее было, – она рассмеялась.
Похоже, у Халли самое применяемое оружие – это сковорода.
Мне не до смеха. Я взяла первую попавшуюся, чугунную, тяжелую, с деревянной ручкой. И направилась на улицу.
Ночь стояла совсем не лунная. Вернее, луна, наверное, где-то там была, но тучи затянули небосвод, и я вышла в кромешную тьму. Хотя тьма меня как раз не смущала. Зрение у меня действительно как у кошки. Вампиры прекрасно видят в темноте. И слух у нас тоже отличный, что является незаменимым преимуществом для некроманта. Я вздохнула. Если мы не найдем, как мне вернуться, то не быть мне уже некромантом. Тропинка была узкая, по сторонам деревья да всякие травы. Я шла, с опаской вглядываясь в черноту. Амбарчик находился у плетеного забора. Я вошла и выдохнула. Вроде ничего опасного не встретила. Видимо, только саму себя испугала. Чеснок висел вязанками у дальней стены. Не задавайтесь вопросом, как я, вампир, спокойно переношу чеснок. Это тоже заслуги нашего чудесного института. Еще при рождении нам давали пить вакцину, создающую устойчивость к чесноку, серебру, святой воде и прочим ядам для вампирской иммунной системы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я сняла с вязанки несколько головок и уже собралась обратно, как до моего чуткого вампирского слуха донесся тихий шум. Я подошла к двери и прислушалась.
Действительно, шум. Такой, словно кто-то перебирает лапами по плетеному забору. Осторожненько так. Я поежилась. Шум продолжался.
«Вор!» – первая мысль, которая пришла мне в голову. Я, конечно, смелостью не отличалась, тем более в чужом мире. Но если воришка зайдет в амбар? А тут я! Решила пойти на опережение. Лучшая тактика – это внезапность! Поэтому сковороду приноровила и выскочила с криком:
– Стоять! Руки вверх! Морду в пол!
Я слышала, так наши боевики кричат, когда отрабатывают атаки.
Сначала раздалось внезапное падение тела. А следом:
– Что?!
И тут показался воришка. В следующий момент я заорала во всю глотку, переходя на пронзительный визг. Не размышляя, вложив в руки всю боевую мощь, запустила сковороду.
Было чего испугаться! Там, перебирая чешуйчатыми лапами, у самого заборчика вставал крылатый ящер! Ящер! С темно-синими глазами и клыкастой пастью! Нечистые, вы куда меня отправили?!
Вставал он недолго. Вернее, совсем не успел встать. Метко запущенная чугунная сковорода на зависть всем боевикам влетела ящеру прямо между глаз. Он только и успел голову поднять, и… Я не уверена, что он смог меня рассмотреть внезапно ставшими косыми глазами. Ящер пошатнулся и рухнул на передние лапы. Что-то там мяукнул и сделал попытку снова встать.
На мой вопль из таверны уже бежали мужики.
– А-а-а! Грабят!!! Убивают! Вор! Пожар! Бьют! – из моего рта вылетало все, что в голову шло. Неосознанно и жутко, разрывая ночь дикими воплями.
Мужики не разбирались.
– Наших бьют! – под крик Дона все набросились на ящера.
Тяжелые тумаки посыпались со всех сторон. Кто-то пинал, кто-то бил, а я стояла, прижав руки к груди, широко распахнутыми глазами смотря на происходящее. Пока не прибежала Халли.
– Стоять! Убьете! Всей толпой сядем!
Последнее возымело действие. От ящера оступились. Он лежал на земле, выплевывая сгустки земли с кровью. Один глаз затек, крыло вывернуто. Нашим мужичкам тоже порядком досталось. Дон стоял взлохмаченный, с фингалом и без одного зуба. Остальные и того сильнее побиты.
Ящер попытался подняться, припал на один бок и прошипел:
– Не сметь бить инквизитора! – после чего рухнул и отключился.
Все уставились на меня. Судя по их лицам, все как-то нехорошо выходило. Особенно говорящим был взгляд Халли.
– Приплыли! – сказала она. – В первый же день избить инквизитора… Конец нам.
Глава 3
– А зачем он через забор лез? – пыталась оправдаться я. – Нормальный ночью через забор не полезет. Только с умыслом. А какой умысел может быть у ночного, нежданного… инквизитора-а-а? – тоскливо протянула я.
Кто-то подал мне воды. Кажется, это был Дик.
Тушку дракона уже затащили в зал, вернее, не всю тушку, голова с шеей находились в зале аккуратно у самого деревца-метелки. Остальное на улице. Мужички к этой самой голове прикладывали лед. Деревце, позабыв о том, что оно деревце, обмахивало его ветками, никто на это даже внимания не обратил. Халли хлопотала с какими-то травками над котелком.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Авось мы его того, хорошо приложили, и он не вспомнит, кто это его так, – предположил Дон. Ему уже не надо было чесночного супчика. Он и без того разом протрезвел, едва мы все узнали, что избили инквизитора.
