Ну да, на месте брата герцога, а он именно брат, раз Йонас де Вен для него племянник, девушка тоже не стала бы прятать секреты на видном месте. Но она найдет – скелеты в шкафу иногда нужно проветривать.
Позабыв об усталости, Ноэми быстро доделала работу. Тетрадь прихватила с собой и спрятала в самом надежном месте – у сердца.
«Там, где в моей обители…»
Комната? Возможно. Это самое простое решение, покойный мог говорить совсем о другом: любимой беседке, пещере или и вовсе пивоварне, где любил проводить время, но проверить нужно все.
Ноэми знала, где покои хозяев: в восточном крыле, на пролет ниже. Девушка бывала там однажды, когда нанималась к де Вену, после ее туда не приглашали.
Пробираясь в восточное крыло, страшась наткнуться на герцога, Ноэми не переставала думать о шифровке, но только больше запуталась. Обителью мог легко оказаться и весь замок, любимым солнцем местом – господский этаж, только что означает «увидеть себя»? Ноэми решила, поймет, если встретит.
Девушка торопливо спустилась на один пролет и замерла, прислушиваясь. Никого. Значит, можно оглядеться и попытаться «увидеть себя».
Зеркало!
Нужно выяснить, где любил проводить время покойный, и осмотреть комнату. Отыскать зеркало и понять, зачем цифры. Ноэми полагала, это шифр. Значит, в комнате сейф или тайник.
Сложная задача! Не простукивать же все стены в замке! Не лучше ли осторожно расспросить слуг и сузить круг поисков?
Ноэми припомнила, где кабинет герцога, и направилась в противоположную сторону. Меньше всего на свете она хотела повстречать де Вена. Девушка скользила пальцами по стене, дергала за дверные ручки. Одна из них поддалась, и Ноэми с трепетом переступила порог комнаты. От сердца отлегло: не спальня, гостиная. На столе – початая бутылка. Плохо – владелец скоро вернется допить свое красное.
Хоть бы в комнате не оказалось зеркала, тогда бы девушка быстро ушла. Увы, оно обнаружилось над камином, пришлось проверить. Тонкие пальцы пробежались по раме и осторожно отодвинули ее. Как всякая аристократка, Ноэми знала, тайники прятали именно за зеркалами и картинами. Хозяева замка не отошли от традиций: одна из панелей неплотно прилегала к стене.
Цепенея от ужаса, представляя, что сотворит с ней герцог, если застанет за недостойным занятием, Ноэми надавила на дерево. Панель отошла, открыв взору металлическую пластину. По ней гуляли легкие магические разряды. Непонятно, где писать цифры. Трогать нельзя: в лучшем случае вскрикнешь от боли, в худшем – о попытке взлома узнает весь замок.
Но в тетради даны четкие указания, и Ноэми рискнула. Она слышала о подобном, но никогда не видела сейфа со столь дорогим и редким замком. Девушка проговорила вслух цифры. Ничего. Затем сложила их, довела до двухзначного числа – с тем же эффектом. До одной цифры – ничего. Отчаявшись, Ноэми с мольбой бормотала: «Ну откройся же! Четыре!»
Механизм щелкнул, магическая защита потухла, и сейф открылся. Редкая удача – найти искомое в первой же комнате! Не иначе, за плечом Ноэми стояла Великая Мать.
Девушка с опаской заглянула внутрь и, зажмурившись, пошарила в тайнике рукой. Вопреки ожиданиям, не сработал защитный механизм или ловушка. Похоже, сейфе пуст, ничего, кроме пыли. А еще… Пальцы, определенно, что-то нащупали. Книгу? Ноэми вытащила выцветший пыльный прямоугольник, оказавшийся дневником. Алый кожаный переплет, синий корешок, ляссе. Девушка прижала находку к груди. Нужно спешить! Ноэми сунула дневник под фартук, который носила поверх платья, и захлопнула тайник. Едва она успела поправить зеркало, раздались шаги. Девушке ничего не оставалось, как юркнуть за диван.
В гостиную вошел герцог де Вен и развалился в кресле. Рука потянулась к бокалу.
Ноэми досадливо кусала губы. При всем желании она не могла выбраться из гостиной, не попавшись герцогу на глаза, только сидеть до утра тоже не выход. Хотя бы потому, что Ноэми хотелось поужинать. Оставалось надеяться, герцог скоро уйдет, но удача отвернулась от Ноэми, де Вен засел в гостиной надолго.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Смеркалось. Из окна в комнату просачивались лиловые тени.
Герцог хлопком в ладоши зажег свет, заставил встрепенуться пламя в камине. Оно не дарило тепло, просто радовало взгляд.
У Ноэми затекло все тело и свербело в носу. Только чихнуть не хватало!
Внезапно герцог замер и, резко обернувшись, глянул туда, где притаилась девушка. Неужели почувствовал?
Капелька пота стекла с виска. Девушка задержала дыхание и принялась истово молиться Великой Матери. Та, определенно, не жаловала Ноэми, раз герцог встал. Понимая, разоблачение неминуемо, девушка затолкала дневник под диван.
– Что за мышиная возня?
Над Ноэми навис раздраженный герцог. Зрелище, представшее его взору, оказалось пикантным: стоящая на четвереньках девушка с приподнятым задом. Будто соблазняет поиграть в рабыню и господина.
– Вылезайте, я вас вижу.
Де Вен постучал перстнем по деревянному каркасу дивана.
Смущенная, покрывшаяся пятнами Ноэми кое-как встала на ноги, пригладив волосы.
– Простите, ваша светлость, не хотелось попадаться вам на глаза, – пролепетала она.
– Но все равно попались. – Усмешка тронула губы де Вена. – Я уже успел забыть, что оставил вас в замке.
Цепкий взгляд пробежался по фигуре.
Неужели герцог до сих пор не завел секретаря? Странно, нашлось бы немало желающих продать честь на таких условиях.
– Пожалуй, я склонен передумать, – де Вен налил бокал вина и протянул Ноэми.
Девушка брезгливо поморщилась. Неужели он думает, будто она станет пить из чужого фужера? Она отвела рукой бокал и, сделав реверанс, собралась удалиться, однако герцог остановил, велел сесть на диван. Ноэми подчинилась. Хочет она или нет, де Вен – ее работодатель, только от него зависит, останется ли у нее кусок хлеба и крыша над головой.
– Не люблю девственниц: одна морока! – пожаловался герцог и пригубил отвергнутый Ноэми бокал.
Девушка вспыхнула и не стала молчать:
– Ваша светлость, ваши слова…
– Дослушайте сначала! – оборвал ее де Вен.
Зажав ножку бокала между пальцами, он сверлил Ноэми взглядом.
– Вот за это и не люблю – за истеричность, порывистость и вспыльчивость. Глядя на вас, не скажешь, будто получили достойное воспитание. Между тем, вы разительно отличались от других… – герцог замялся, подбирая слово, – претенденток. Вы действительно искали место секретаря, по наивности не понимая, что вам действительно предлагают. Именно поэтому я готов дать второй шанс. Должность вакантна.
– Неужели остальные девушки отказались? Ваша светлость, сумма велика, а я не первая красавица королевства.
Чем больше Ноэми говорила, тем больше запутывалась. В итоге и вовсе решила замолчать, уставившись на сложенные на коленях пальцы.
Герцог позвонил в колокольчик, велел принести второй бокал и фруктов. Теперь Ноэми держали за даму, а не за обслугу. Действительно, де Вен сам взял с подноса фужер, наполнил рубиновым вином и с легким поклоном предложил девушке.
– Фрукты тоже для вас, я такое не ем, – улыбнулся герцог.
– Предпочитаете мясные закуски?
Ноэми из вежливости пригубила напиток. Он оказался густым и отдавал травами. Девушка сама не заметила, как сделала второй глоток.
Бокал уютно устроился между ладоней, напряжение минувшего дня пригвоздило к дивану.
– Предпочитаю не портить вкус напитка, – едва заметно улыбнулся герцог. – Вину пять лет. В моей коллекции есть и более ценные экземпляры.
– Вы большой ценитель вина, ваша светлость. Оно воистину великолепно.
Де Вен кивнул, принимая комплимент. Взгляд на мгновение остановился на лице Ноэми, а потом переместился на магический огонь в камине.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Вас останавливает девичья стеснительность? – Разговор вернулся к прежней теме. – Признаться, меня она раздражает, но, так и быть, я готов проявить терпение. Ни одна из девиц не справилась с сортировкой корреспонденции.
– И на таком основании?.. – Щеки Ноэми зарделись румянцем.
