[ПХ]Вы занимались вытеснением русских из квартир?
[Х-АН]Нет, я не делал этого. Из квартир вытеснять невозможно было в тех условиях. Делалось вытеснение другое. То есть когда нужно было надавить на человека, который стал очень серьезной проблемой в Чечне, который чеченцев с работы выгонял. Или же, наоборот, когда нужно было его подчинить или с него материально взять. Если нужно было тряхануть, так и трясли его – то есть с него деньги брали. Это и в Чечне, и в Москве делалось, это везде делалось. Но когда вы говорите вытеснять: вытесняли мы чисто в Чечне. А в других местах в основном задача стояла больше подчинить...
[ПХ]Итак, в Чечне вы не занимались вытеснением русского населения из Грозного?
[Х-АН] Нет, нет. Этого нельзя было делать, и я этого не делал. Я говорю про коммунистов, тех, которые были на ответственных постах.
[ПХ] Если вам нужно было прижать какого-то коммуниста на ответственном посту, что вы делали?
[Х-АН]Ну, во-первых, они часто выезжали в Москву гулять. И к нам доходила информация... Ну разные пути бывали, как оказаться в одной компании с ним.
[ПХ]И что потом? Избивали?
[Х-АН] И такое могло быть. По-русски, вернее, по-американски называется рэкет. А по-исламски газават. Скажем так. (Смеется.)
[ПХ]В результате вы хотели, чтобы этот начальник не только подчинился, но и что-то вашей группе отстегивал?
[Х-АН]Или отстегивал, или кого-то там освободил, или кого-то на работу поставил. Ну тысяча разных вопросов. Надо было выживать. Потому что когда вернулись чеченцы из ссылки, им было очень трудно жить.
Только не надо идеализировать историю. В депортации и даже по возвращении из ссылки, в 1950-е и 1960-е годы, чеченцы действительно испытывали огромные трудности. Но позднее речь шла уже не о выживании чеченцев, а о выживании русского населения Чечни. Освободительная борьба превратилась в бандитский разгул. То же происходило в Косово, когда мусульмане вытесняли сербов с их потомственных земель, – примитивная этническая чистка, сопровождающаяся самым обычным бандитизмом.
Так и началось гонение на русских. В Чечне, еще до военных действий, которые развернулись в 1994 году, шла кровавая война против мирного населения – русского – так называемая принудительная чеченизация. В 1980-е годы в Чечне проживало более 400 000 русских, больше всего в Грозном – городе, который был русскими основан еще в XIX веке, В начале 90-х, когда Чечня находилась под Дудаевым, русских целенаправленно истребляли: мужчин убивали, женщин насиловали, стариков выдворяли. К 1994 году усилиями чеченских бандитов от полумиллионного русского населения почти никого уже не осталось – или погибли, или бежали, или пропали без вести.
Сегодня вытеснение русских идет не только на Кавказе, но и в Казахстане, и в Крыму, и в Татарстане, и даже в сердце Руси, в Москве: путь успешно проторен.
[ПХ] В тот период, в 1970-е, не было такого ощущения, что в ваш комитет проникли сотрудники КГБ, что они действуют среди вас, направляют работу?
[Х-АН] Это невозможно. Вообще в чеченскую среду войти очень сложно. Можно быть все время вместе, но войти в среду – это очень трудно. Здесь, кроме родственных, родовых тонкостей, есть увязки, которые никогда не будут прослеживаться другим человеком, который не имеет этого мышления.
СОТРУДНИК РУБОПа. Действительно, очень тяжело вести среди чеченцев поиск агентуры. Скольких трудов мне стоило найти агентов-чеченцев! Конечно, эту легенду, что чеченцы не вербуются, – создали они сами. На самом деле они вербуются, но не на «компре». На компромате с чеченцем бесполезно работать. Он упрется рогом, как бык. Все должно быть основано либо на дружеских отношениях, либо на уважении младшего к старшему.
Дело в том, что для меня в 1987 году национальность «чеченец» ничего не означала. Я не знал, кто это такие: черкесы, чечены... Они для меня все были грузины, раз жили на юге и были черными. Когда мы впервые открыли чеченскую линию в МУРе, мы специально ездили в библиотеку Ленина выяснить, кто такие чеченцы, что у них за тейповые и родовые отношения. У меня теперь составлена полностью тейпо-родовая схема Чечни, от начала до конца. Но тогда мы даже не знали, какие существовали разногласия между тейпами. Не подозревали, что есть горные чеченцы и есть равнинные чеченцы, которые на самом деле полуказаки или полурусские, и они всю жизнь враждуют.
Пойдем по следам этого сотрудника РУБОПа, заглянем в библиотеку и посмотрим, что известно о чеченцах. В энциклопедии Брокгауза и Ефрона 1903 года, например, можно найти вот такую историко-антропологическую заметку:
«Чеченцы считаются людьми веселыми, остроумными – „французы Кавказа“, – впечатлительными, но пользуются мень шими симпатиями, чем черкесы, вследствие их подозрительности, склонности к коварству и суровости, выработавшихся, вероятно, во время вековой борьбы. Неукротимость, храбрость, ловкоспь, выносливость, спокойствие в борьбе – черты чеченцев, давно признанные всеми, даже их врагами.
В обыкновенное время идеал чеченцев – грабеж. Угнать скот, увести женщин и детей, хотя бы для этого пришлось ползти по земле десятки верст и при нападении рисковать своей жизнью, – любимое дело чеченца. Самый ужасный упрек, который может сделать девушка молодому человеку, это сказать ему: «Убирайся, ты даже не способен угнать барана1.»
Чеченцы никогда не бьют своих детей, но не из особенной сентиментальности, а из страха сделать их трусами».
В Большой советской энциклопедии 1957 года, еще сталинского разлива, такие понятия, как «чеченцы» или «Чечня», вообще не упоминаются. (Жутко, не правда ли? Попытка стереть историю целого народа...) Однако в дополнительном издании следующего года (1958) уже появляется длинная статья о Чечено-Ингушской АССР. Среди всего прочего в этой статье говорится, что чеченский народ приобрел письменность всего лишь полтора – два века тому назад. Благодаря археологическим раскопкам и русским этнографам XIX века, которые тщательно записывали народные сказки и изучали быт чеченцев, удалось хоть как-то воссоздать историю региона. Вот что написано в Большой советской энциклопедии 1958 года:
«Имеется очень мало сведений по истории чеченцев и ингушей до XVII в. Они занимались скотоводством, охотой и земледелием... Ремесло было развито слабо. Хозяйство чеченцев и ингушей вплоть до начала XIX в. сохраняло натуральный характер.
Низкий уровень развития производительных сил способствовал сохранению в продолжение длительного времени патриархально-родового строя, а также патриархального рабства (вплоть до XIX в.).
На территории Чечено-Ингушетии существовали отдельные роды (тейпы) и общины (кланы), иногда объединявшие несколько родов, постоянно враждовавшие между собой.
Пахотные земли у чеченцев и ингушей находились во владении или всего рода, или больших семей («вяра»)... Более сильные экономически тейпы угнетали слабые роды... Вплоть до начала XX в. существовала кровная месть...
После X в. в Чечено-Ингушетию начало проникать христианство; позже, в конце XVII в., из Дагестана был занесен ислам, который к середине XIX в. стал господствующей религией.
На протяжении веков чеченцы и ингуши вели упорную борьбу с кабардинскими, кумыкскими, дагестанскими и другими феодалами за свою землю...»
А вот что сказано у Брокгауза и Ефрона о религии чеченцев:
«В конце XII или начале XIII в. между чеченцами стало распространяться христианство. Следы его и теперь видны в развалинах храмов, в праздниках: Новый год, день пророка се. Ильи и Троицын день. Во многих местах они приносят в жертву баранов в честь св. Девы, св. Георгия и св. Марины.
В начале XVIII в. чеченцы приняли ислам по суннитскому толку. В своих религиозных обычаях, кроме элементов христианских и магометанских, чеченцы сохранили много элементов первобытного язычества, между прочим и фаллического культа. Находимые часто в стране маленькие бронзовые голые приапические статуэтки пользуются поклонением мужчин как охранители стад и женщин, которые их обнимают, вымаливая детей мужского пола».
Начиная с университета вы часто сталкивались с советскими властями. Вас арестовывали?
[Х-ан]Арестовывали, со школьной скамьи, постоянно. В университете тоже постоянно... Потом выкупался. То есть мои друзья меня выкупали, улаживали. Но когда не получалось выкупить, тогда срок давали, сажали.
[ПХ]За что, например?
