женщины не дрогнул ни один мускул.
— Вызовите духа, спросите, — бесцветным голосом отозвалась она. — А мне то неведомо. Наверное, с ведьмой не захотели связываться.
Уела… Юрка заткнулся, а у меня по спине пробежал холодок. А может она и вправду быть ведьмой? Настоящей?
Да ну, вряд ли. Колдуны на КПП её «просвечивали» всерьёз, а они и касание призрака могут определить, и эффект от укуса оборотня, даже если на человеке ни царапины…
Кроме того, никаких «ведьм» в инструктажах нет. Вот те, кто оживляет мёртвых, упоминаются — но отдельно указывается, что самая серьёзная банда «ангелов смерти» разгромлена ещё прошлой осенью, так что массовости ждать не стоит.
А Юрка — в своём репертуаре. Кто-то из ребят говорил как-то, что он ни одной юбки не пропускает. Но вообще народ особо не треплется — судя по всему, есть у напарника за душой что-то, что он не любит вспоминать… Так у каждого, если разобраться, больная тема найдётся.
Ехать тут недалеко, вряд ли сильно больше километра. Городок небольшой, до всего рукой подать… Потому и милицейские патрули тут обычно пешие, а мы потому и мобильная группа, что на транспорте. Здешние называют нас «мобильниками», «провалившиеся» — ОМОНовцами, какое-то словечко из их реальности, я пока не заморачивался, что это значит.
«Козелок» миновал красивый, но давно не ремонтированный бывший вокзал, из-за отсутствия нормальной железной дороги перестроенный в элитный развлекательный «Комплекс», и, протрясясь по разбитой Профсоюзной, кое-где подсыпанной щебнем, повернул в проулок к Управе — массивному старому серому зданию, похожему на бывший институт или что-то вроде того. Довольно быстро сдав Любу дежурному, Юрка вернулся в машину и сел за руль.
— Ну что, сгонять пожрать, что ли, пока тихо… — начал было он, но его прервал зуммер рации. Чертыхнувшись, Юрка нажал тангенту:
— Мобильная, слушаю.
— Давайте в «Волгу», — булькнул голос дежурного. — Там, похоже, кто-то нажрался, бузит.
— Что, больше некому алкашей усмирять? — начал было Юрка, но дежурный его резко оборвал:
— Дьяченко, совсем оборзел? Давай рысью! Ты и так на волоске висишь.
— Понял, едем, — буркнул напарник, заводя мотор. Скорчив гримасу, глянул на меня и резко сорвал машину с места.
«Волга» — небольшой бар с минимумом закуски и со слабым набором простенькой еды, но с выбором спиртного по принципу «не траванёшься и не переплатишь». Ехать до него — и полукилометра, наверное, не будет. Вообще странно — пить народ начинает обычно к вечеру, и пьют, конечно, крепко — других развлечений тут, в общем-то, почти нет. Но, учитывая, что оружие есть далеко не только у силовиков — нарываются не так часто, как можно было бы предположить. Милиция и мобильная группа бдят, опять же.
Но чтобы нализаться уже к полудню…
Когда мы приехали — стало ясно, что мы тут, в общем-то, не особо и нужны.
Перед входом, выходящим на улицу Работниц, застроенную древними деревянными двухэтажками, стояло человек семь-восемь — по виду работяги, заскочившие перекусить местными пельмешками, и не только. Потому что желающий нормально поесть днём пойдёт скорее в «Столовую номер один», которая буквально в полусотне шагов, на соседней улице — еда там в разы лучше, и не сказать, что сильно дороже. Вот только в столовой не наливают, и закрывается она рано — так что желающие «совместить» идут в «Волгу». Тем более, что «алкоконтроль» по всему городу чисто визуальный, никакого «дутья в трубочку» в тех же мастерских и в помине нет.
Так. Интересные у меня мысли всплывают. И ведь это чёткое воспоминание — что на алкоголь проверять можно специальным прибором. Что, выходит, просыпается понемногу мой многострадальный мозг? Я ведь знаю, именно что знаю это.
Люди окружали человека лет пятидесяти, а то и постарше, лежащего наполовину на вытоптанной тропинке, наполовину на недавно скошенной траве. Человек, на вид точно такой же работяга, как и остальные — холщовые штаны, замызганная куртка, — лежал, подтянув ноги в рабочих ботинках и прикрывая одной рукой живот, другой глаза, и тихонько скулил. Рядом валялась видавшая виды кепочка.
Решительно отодвинув кого-то, Юрка подошёл поближе, нашёл взглядом в толпе Давида, хозяина «Волги», крупного кавказца лет под 60:
— Дато, вы тут что его, ногами били?
— Ты что, дорогой! — почти не деланно оскорбился Давид. — Стоял, ел, выпил. Потом начал орать. Он уже давно так, каждый день приходит, чуть примет — и начинает… А сегодня вообще с этих… с катушек сорвался.
«Стоял» — столики в «Волге» высокие, без стульев. Вот не понимаю, в чём прелесть есть стоя, да ещё и водяры набулькиваться в жару?
— Так что, не первый день бузит, что ли? — Юрка нагнулся к лежащему, убрал его руку от глаз — тот заскулил погромче и снова прикрылся. — А раньше что не вызывали?
— Дык, на людей-то не кидался, — осторожно вставил один из работяг, судя по виду — из мастерских. Они часто ходят на обеде сюда или в «первую», им близко. — Выпьет и ноет. А сегодня…
— А сегодня — аж порвало его, — вставил другой, помоложе. Молодой и при том не колдун, а рабочий — значит, скорее всего, из «провалившихся». У этих колдовских сил нет и не может быть, колдовство — признак именно этого мира. — Прям завыл, что в городе чуть ли не Антихрист вот-вот появится, или уже появился…
— То ли непонятно кто, то ли непонятно откуда, типа того, — уточнил первый.
— Выл, дорогой, кидался на людей, мы вас вызвали, — примирительно сказал Давид. — А он вырвался, выскочил, и тут и упал… Вот поднимаем — не встаёт.
— А в другие дни, до этого, то же самое было? — уточнил я первую из фраз, сказанных Давидом.
— Ну да. Но обычно ныл, а сегодня…
— Он у тебя который день узюзюкивается в сопли, а ты ему который день наливаешь, — набычившись, сказал Юрка. — Закрыть бы твою забегаловку хотя бы на месяцок…
Было видно, что Юрка ничуть не шутит. Работяги загалдели, Давид всплеснул руками — дескать, сегодня «пророк» и не пил почти, и разговор пошёл было в иное русло, но напарник быстро отсёк трёп:
— Так, отведите эту жертву в медпункт. В любой, можно в ваши мастерские, это ближе всего… Дато, — он обернулся к хозяину, — учти, да? Ещё один подобный вызов — вот зуб даю, закроем тебя… Пошли, мужики, только время зря потеряли…
Я задержался, вытер со лба пот рукавом, глядя, как поднимают упавшего. Интересно, он и правда почти не пил? Если да, то Давид, выходит, всё же начал торговать палёнкой…
Мужичок встал на дрожащих ногах, поддерживаемый тремя
