– Это фаршированный морской окунь, – пояснил Даниэль. – Говорят, это блюдо заслуживает особого внимания.
– Не сомневаюсь. Такой чудесный аромат, – сглотнула Аня.
Но стоило только остановить взгляд на приборах, что лежали перед ней, захотелось тут же приобрести книжку по этикету и изучить от корки до корки.
– Не волнуйся, Ания, – прошептал Дани, видимо, заметив ее растерянность, – я сам не сильно разбираюсь в приборах. – И уже вслух добавил: – Так что не бойся сделать что-то не так. Все мы не идеальны. Мы же живые люди, а не куклы. Так?
– Конечно, – согласилась Анна ведь она придерживалась того же мнения.
И с каждой минутой все больше открывала для себя Даниэля. Он был настолько близок ее идеалу, что Аня растаяла и поняла, что влюбилась с первого взгляда. Как в сказке.
Официант открыл бутылку с красным изысканным вином, налил немного в бокал и протянул Даниэлю. Тот поболтал вино и пригубил, потом кивнул. Молодой человек наполнил бокалы и оставил Даниэля и Анну наедине.
Дани закатал рукава рубашки.
– Ты не против, если я немного расслаблюсь? Чувствую себя неловко в такой одежде.
– Ты на меня посмотри, вынарядилась во что, – улыбнулась Анна. – Если бы я пришла сюда в любой другой день, уверена, меня бы просто выгнали в такой одежде.
– А мне нравится, – губы Дани изогнулись в удовлетворенной улыбке, – довольно мило и со вкусом.
– Правда?
Аня ощутила, как в груди что-то сжалось. Она не понимала, говорит он серьезно или просто старается угодить гостье, которая должна получить свой приз, но ей, бесспорно, хотелось первого. Приз, который украла…
– Абсолютная. Или ты думаешь, что я лгу?
«Вот чего он к словам придирается? Елки зеленые, у меня скоро сердце остановится, если он будет продолжать в том же духе».
– Ладно, расслабься. Я шучу, – усмехнулся Даниэль, и Аня тут же успокоилась. – Давай выпьем за знакомство.
Он протянул бокал, Аня последовала его примеру. Звон хрусталя напомнил ей, где и с кем она находится, и от этого сердце забилось настойчивее. Анна сделала глоток. Вино показалось настолько мягким, что совершенно не чувствовался алкоголь, казалось, что пьет виноградный сок. Такого терпкого и в то же время удивительного вкуса она никогда не ощущала.
Глава четвертая
– Ания, значит, – вновь повторил Даниэль и насадил кусок рыбы на вилку. – Кажется, припоминаю. Ты из Москвы.
Она кивнула.
– Твое письмо показалось мне искренним.
«Почему же ты тогда выбрал не меня?» – недоумевала Аня.
– Но все-таки ты выбрал Кендис, – озвучила мысли. – Интересно, почему она?
– Ключевым моментом стала фраза: «Счастье не в деньгах, а в умении быть в отсутствии их счастливыми» – вроде так. Знаешь, она попала в точку. Буквально озвучила мои мысли.
– И это тебя зацепило? А ты знаешь, что это афоризм? Дюваль, кажется.
– Вот как? – приподнял бровь Даниэль. – Серьезно?
– Абсолютно. Сборник афоризмов – моя настольная книга.
– Ты веришь в судьбу? – вдруг спросил Дани, и Аня вздрогнула, когда в его взгляде проскочил интерес.
– Да. И как сказал Вильмен: «В судьбе нет случайностей; человек скорее создает, нежели встречает свою судьбу».
– Ты согласна с ним?
– В какой-то мере да.
– Твое письмо было очень искренним. И если бы не та фраза твоей соперницы, я бы выбрал тебя. Это я к тому, что… не судьба ли постаралась свести нас сегодня вместе?
Анна легонько улыбнулась. Как же ей нравились слова, произнесенные Даниэлем.
«Ага, как же, судьба. Анна Игоревна Гаранина собственной персоной!»
– Я вот все думаю, что заставляет девушек писать эмоциональные искренние письма таким, как я?
Даниэль смотрел в глаза Анны и, казалось, искал в них ответ.
«Он думает, я все выдумала или… – Анна взвесила в уме его слова. – Или… Так бы и прокричала на весь Нью-Йорк, что каждое слово, каждая эмоция – не ложь!»
– Делиться эмоциями не сложно, – таинственно произнесла она. – Тем более, если девушка…
Аня промолчала. Не стоит говорить о своих чувствах на первом свидании – это может выставить ее не в том свете. К тому же она еще сама не до конца разобралась в себе.
– Что? – настаивал Даниэль.
– Любит, – хотела сказать, но с губ слетели совершенно иные слова: – Если она восхищается им, если он для нее идеален во всем.
– То есть кумир? – переспросил Даниэль, немного повысив тон. – Терпеть не могу, когда упиваются моей якобы неземной красотой, возносят до небес. Кто я такой, чтобы мной восхищаться? Я обычный парень, не более.
Только после этих слов Анна поняла, что поступила неразумно, сказав нелепые слова. Даниэль мгновенно изменился. Только что был открыт, но вдруг закрылся, стал холодный и раздражительный.
– Я… – сглотнула Анна. – Я… просто имела в виду…
– Что ты имела в виду? – он откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, пристально вглядываясь в лицо Анны. – Договаривай же! Не люблю недосказанности.
Тут она поняла, что мир, в котором жила, рухнул по ее собственной глупости. Стоило продумать каждую мелочь, прежде чем что-то сказать. Но время вспять уже не воротить, а значит, нужно найти выход из сложившейся ситуации. Оказывается, она столько всего не знала о человеке, о котором мечтала днями напролет, чью фотографию целовала перед сном и читала короткие интервью в «Спорт-Экспресс». Анне ничего не оставалось, кроме как выразить симпатию футболисту:
– Я хотела сказать, что ты мне очень симпатичен, – протянула она, непроизвольно потерев бровь. – Да, сначала ты мне понравился внешне, я захотела познакомиться с тобой, узнать тебя. Ты показался мне не таким, как другие. Но, похоже, я ошиблась, – завелась Аня. – Ты ничем не отличаешься от этих скандальных «звезд» и…
Слова закончились, в мыслях была такая каша, что отделить одно от другого было сложно. Анна не находила себе места, боялась, что Дани сочтет ее легкомысленной. Спрятав руки под стол, подняла взгляд и настойчиво принялась поглощать им сидящего напротив мужчину, одновременно потирая влажные ладони.
– Продолжай.
– Прости.
Аня уже боялась открыть рот, как бы вновь не задеть самолюбие Дани, не обратить гнев на себя. Но что делать, не представляла, поэтому просто попыталась уйти от ненавистной для него темы.
– Давай забудем это маленькое недоразумение, – сказала она, виновато улыбаясь. – Я… не хотела обидеть тебя, но твои нападки…
– Хочешь поговорить о моих предрассудках? У меня их много, – стрельнул глазами Даниэль, и это действие помогло Анне расслабиться.
– Так, может, расскажешь о них? – подхватила она. – Тогда мне будет легче с тобой общаться. По крайней мере, я буду знать, как вести себя с тобой, какие слова подбирать…
– Что?! – возмутился он. – Подбирать слова? Вот теперь послушай меня, девочка, – взбунтовался Дани. – Я не выношу, когда кто-то пытается подстроиться под меня. Я хочу видеть в девушках естественность. Так что, думаю, пришло время нам проститься. К сожалению, твой приз исчерпал свой лимит. Да и вообще, это не твой приз. Уж прости за грубость. Обычно я такого себе не позволяю.
После таких слов Анна уже не могла сидеть с глупым видом и притворяться, что она довольна вечером.
– Что ж, прощай, Даниэль Крейн! Кажется, судьба ошиблась.
Гордо подняв голову, встала из-за стола и направилась к выходу, совершенно не думая о том, как будет добираться до дома Нэвиллов.
Затаив обиду, брела по шестьдесят пятой улице, равнодушно смотря под ноги. Ловить такси и тупо ехать домой не хотелось. Как сказать родственникам, что вечер не оправдал себя? Ради чего стоило ослушаться маму? Ради сорока минут радужного счастья лицезреть зазнавшегося кумира? А ведь именно таким Дани показался Анне, хотя она всегда знала его негативное отношение к славе, вечеринкам и прочим светским глупостям.
Раскаты грома не заставили Анну спрятаться в укромный уголок, а зря. Через минуту полил дождь. Окатив ее, словно помоями, он хлестал по лицу, оставляя неприятное жжение на щеках. Вот только этого сейчас не хватало! Мало того, что вечер с мужчиной мечты провалился, так еще придется мокнуть под проливным дождем.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Монегаски – коренные жители Монако.
