14 апреля 1961 года
СТАЗЕ*
Ты только во сне навещаешь меня,Мне ночью – прозренье, а днём – западня.
Сижу и молчу на пустом берегу,Кручусь, как слепой, в безысходном кругу.
Я неба и моря не вижу теперь,В зелёное царство захлопнулась дверь.
Дорога иль бездна лежит предо мной!Не вижу, не вижу дороги земной.
А там, на распутье надежд и обидУгасшей звездой моё счастье лежит.
Трава на могиле тихонько растёт,Меж листьями вяза синица поёт.
Не стоит искать, ни к кому не примкнуть.К тебе лишь мой звёздный единственный путь.
20 августа 1961 года, Одесса
* * *
Мозг проясняется в ночи,Когда бессонница бывает,Тогда находишь все ключи,И память двери отворяет.
2 мая 1965 года
У САМОГО БЕЛОГО МОРЯМне мечталось жить на свете —Всем дарить свою улыбку,Мне поймать хотелось в сетиЗолотую чудо-рыбку.
Я мечтал о Белом мореВ пору северного лета.О прохладе, о просторе,О прогулках до рассвета.
Соловецкая природа!Там по вёснам – будто шутка —От заката до восходаНет ночного промежутка.
В небе беглый блеск свечений,Я лечу мечтой тугоюВ царство северных оленейЗа архангельской тайгою.
Не стрелой лечу, а чайкойИ кружусь над Белым морем,Не бренчу я балалайкой —Плачу безутешным горем.
Край таёжный, я тоскую,Ты во власти злого змея,Красоту твою живуюЖгут и рубят не жалея.
Гибнут, падают без мерыВсе звериные породы,Их изводят браконьеры —Истребители природы.
Истина на дне колодца,Жизнь идёт, как лодка, зыбко.Никогда не попадётсяВ сети золотая рыбка.
Только море плещет глухо,Белой пеной память смыта,И сидит судьба-старухаУ разбитого корыта.
11 сентября 1965 года
* * *
Когда же ты взойдёшь, заря,Что Пушкин ждал ещё в те годы,Когда ж согреешь нас, горяСквозь сумрак, золотом Свободы?
6 декабря 1967 года
[МОЯ РОДОСЛОВНАЯ]*Древние пращуры, предки мои,Викинги, конунги, – то ли варяги,То ли германцы. Но тысяча летНас разделяет, как бездна морская.
Вижу таинственный северный край,Скудное солнце зимой и метели,Скалы седые и сосны на них,Вставшие медно-зелёной стенойИ устремлённые в бурное небо.
Слышу, как стонет и воет Борей,Волны бросает на гулкие камни,Рвёт паруса – и летят кораблиК странам неведомым. Месяц февральИменем звался моим у варяговИ у германцев. Летят кораблиСеверным морем и, кутаясь в шкуры,Смелые люди стоят у руля.Ветер несётся за ними вослед,Бьёт паруса и вздымает пучину,Чайки мелькают над пенной волнойИ альбатросов могучие крылья.
А с материнской, с другой стороны,С Францией я породнился далёкой,С тёплой, цветущей, весёлой страной.Там дровосеками предки моиБыли когда-то. И в те временаВ здешних дремучих и древних лесах,Ныне исчезнувших, лаяли псы,Пели рога королевской охоты.Бабушка, бросив родные края,Сад Марвелиза у стен Безансона
И виноградники, в северный край,В нашу Москву переехала рано.Было ей двадцать. Судила судьбаЗдесь ей остаться. И замуж онаВышла за русского, перемешавЮжную галльскую с русскою кровью.
27 декабря 1967 года
ПОСЛЕДНЕЕ СТИХОТВОРЕНИЕКак же я прочно стоял на земле,Бегал и прыгал, влезал на деревья.
Ездил верхом без седла на конеПо деревенским цветущим просторам.
Шёл по дороге в больших сапогах,Всех обгоняя большими шагами.
В дальние дали любил я глядетьС крепкой вершины высокого дуба.
Были глаза у меня до войны —Зорче орлиных зелёные очи.Были глаза у меня – а теперьНа солнце гляжу яИ солнца не вижу.
Сентябрь 1989 года
Примечания
с. 17 Г.В. Иванов (1894–1958), поэт, с 1923 года в эмиграции.
Стихотворение было опубликовано в 1922 году в машинописном журнале «Гермес» (№ 1) с посвящением старшему брату Л.В. и тоже поэту – Б. В. Горнунгу (1899–1976).
с. 19 Это и следующие три стихотворения входят в цикл «Памяти Н. С. Гумилева», опубликованный в журнале «Гермес» (1922, № 2) и в машинописном сборнике стихов Л.В. «Валгала» (1923).
с. 24 Г.Г. Шпет (1879–1937), философ, литературовед.
В архиве Л.В. сохранилось не менее трёх вариантов этого стихотворения, отражавших изменения отношения автора к своему раннему, но явно любимому им стихотворению.
Публикуется вариант, отредактированный поэтом в 1960-х годах.
с. 26 Стихотворение имеет посвящение – «Ниночке». Совершенно очевидно, что имеется в виду Н.В. Волькенау, поэтесса, литературный критик, член редколлегии журнала «Гермес» в 1922–24 годах.
с. 27 Н. Д. Перелешина, поэтесса 1920-х годов.
с. 29 До постройки в середине 1930-х годов гидротехнических сооружений, регулирующих сток в Москве-реке, на ней ежегодно были половодья, заливавшие набережные и прилегавшие к реке улицы. Дом на Балчуге, в котором жил в те годы Л.В., выходил окнами на водоотводный канал («Канаву») и при сильном наводнении, как в 1926 году, оказывался окружённым водой со всех сторон.
с. 3 °C. В. Шервинский (1892–1991), поэт, переводчик.
с. 31 Н. М. Подгоричани-Пeтрович, (ок. 1890–1965), поэтесса.
с. 33 К. Ф. Богаевский (1872–1943), художник.
с. 34 Опубликовано в парижской газете «Русский голос» 7 октября 1928 года.
с. 35 К 50-летию поэта Ю.Н. Верховского (1878–1956). Опубликовано в парижской газете «Русский голос» 8 сентября 1929 года.
с. 36 М. И. Тарковская (1907–1979), первая жена поэта Арсения Тарковского, мать крестников Л.В. – Андрея и Марины Тарковских.
с. 37 Арс. А. Тарковский (1907–1989), поэт. Готовя к печати последний вариант сборника своих стихов («Упавшие зёрна»), Л.В., летом 1993 года продиктовал мне текст этого стихотворения с существенными изменениями по сравнению с предыдущими вариантами. Л.В. предполагал так же вместо посвящения озаглавить стихотворение – «Другу Арсению Тарковскому».
с. 39 С. Я. Парнок (1885–1932), поэтесса, литературный критик.
с. 41 Л. Е. Фейнберг (1896–1980), художник.
с. 43 Стихотворение написано вскоре после поездки Л.В. в Ленинград специально для встречи с А. А. Ахматовой.
Первоначально стихотворение было прямо посвящено Ахматовой, но в более поздних редакциях в архиве Л.В. оно фигурирует только с этим названием.
с. 47 Стихотворение навеяно впечатлениями от поездки в 1931 году в Сибирь на похороны отца.
с. 50 Частично это стихотворение было опубликовано в 1993 году в газете «Новгород» (14–21 мая) в статье Г. Маркиной о двух поездках Л.В. в Новгород.
с. 51 Поездка из Москвы в Ташкент к своей будущей жене, отбывавшей там свою последнюю ссылку.
с. 55 Стихотворение имеет подзаголовок «Письмо с ее родины».
А. В. родилась в Тамбовской губернии.
с. 58 Десять стихотворений из цикла 1956–1958 годов «Моей любимой», посвящённого памяти жены.
с. 70 Посвящено сыну старшего брата Л.В. – географу-африканисту М. Б. Горнунгу, жившему в одной квартире с Л.В. с рождения (1926) и до 1950-х гг. Обыграно название одной из книг племянника – «Алжирия», вышедшей в 1958 году.
с. 72 Стихотворение написано в Одессе, куда Л.В. привозили к профессору-окулисту Филатову в безуспешной попытке возвратить зрение Л.В. хотя бы частично.
с. 77 Опубликовано (без названия и в сокращенном виде) в «Новом мире» (1989, № 12). Февраль в старо-германских языках назывался «Hornung».
Хранитель памяти
Жизнь и творчество Льва Владимировича Горнунга
Благодаря стиху остался я жив,нетронутый в аду.Как Данте по кругам скитался,и стих мой отводил беду.
В. Василенко, 1965
Коренной москвич Лев Владимирович Горнунг родился в Москве 7 октября 1902 года в семье Владимира Иосифовича Горнунга, химика-органика по образованию и предпринимателя по роду своей деятельности до революции.
Начало рода в России восходит к 1700-м годам, когда Иоганн-Иосиф Горнунг завербовался в российский военный флот1. Фамилия Горнунг при Петре Великом иногда русифицировалась как Горнов, но все же возобладало оригинальное звучание слова Hornung.
Житейские обстоятельства забросили в 1820-х годах прадеда Льва Владимировича, отставного гусарского штабс-ротмистра Ивана Ивановича-младшего, в Симбирскую губернию. Там родился дед – Иосиф Иванович Горнунг, переехавший в середине XIX века в Москву, где уже и появился на свет отец Льва Владимировича.
Мать, Мария Филипповна – наполовину француженка, родившись в Москве, высшее педагогическое образование получила в Париже. Она любила поэзию, музыку, живопись и оказала большое влияние на формирование личности детей2, особенно сына Льва, который буквально боготворил ее.
