Черт возьми! Он давно должен был покончить с этим делом. Три дня на одну душу — это слишком долго. За это время двадцать первый жнец собрал четыре души плюс душу сенатора, и другие прозвали его за это Тормозом. Впереди Сикса ждал четвертый день. Еще один, и его назовут Тормозом-Всех-Времен-и-Народов. Он был на сто процентов уверен: если до сих пор Смерть и не заметила задержки в его работе, то через день-два обязательно заметит.
Чувствовал себя Сикс странно. Как будто был не в себе.
Он никогда раньше не находился в этом теле так долго. Оно предназначалось исключительно для работы. Похожее на человеческое, но созданное из ветра и земли и наполненное энергией вселенной, это тело было безжизненным, как любой рабочий инструмент, идеально подходящий только для своей работы. Теперь оно превратилось в настоящую обузу — оно не только выглядело и дышало, как любое человеческое тело, но и начинало чувствовать себя так же.
Это был сущий ад.
От недосыпания Сикс устал и ослабел, а живот просто скрутило в узел от голода. Раньше еда не была необходимостью. Он расправлялся с заданиями до того, как телу требовалось поесть, и оставлял его в покое до следующего задания. Но сегодня, когда наступил третий вечер и он проследил, как Шелби возвращается домой на переднем сиденье грузовичка с логотипом магазина, Сикс понял, что дальше так продолжаться не может.
Он потеряет это тело, если не накормит его чем-нибудь как можно скорее. Мысль о том, чтобы использовать это тело как-то иначе, чем он делал это раньше, вызывала отвращение. Тем не менее, приняв решение, Сикс пошагал по забитой людьми и машинами центральной улице города в поисках первого попавшегося бара-ресторана. Он быстро нашел то, что искал — дешевый на вид бар, где надеялся получить еду в обмен на какую-нибудь работенку.
Если ему повезет.
* * *
Внутри заведения ревела музыка. Воздух был пропитан запахами табака, пота и пива. Войдя внутрь, Сикс остановился, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь мутную завесу дыма, а потом направился прямиком к лысеющему мужчине за стойкой.
Старик не сводил с Сикса глаз, вытирая руки о полотенце, висевшее у него за поясом.
— Я ищу какую-нибудь работу в обмен на еду. Если это возможно, конечно.
Брови старика поползли вверх, а лоб покрылся глубокими морщинами, пока пристальный взгляд изучал рост и фигуру Сикса, словно оценивая его работоспособность.
— Ронда! — крикнул он через плечо.
— Я убираю! — рявкнул в ответ голос откуда-то из-за столов.
Толстая ладонь стукнула по стойке.
— У меня тут джентльмен, который жаждет тебе помочь. Если хочешь, иди сюда и пристрой его куда-нибудь!
И Сикса пристроили. Всего за пару минут он понял, что работа, которую ему тут предложили, совершенно не трудная по сравнению с его привычными обязанностями. Собирать грязные тарелки и укладывать их в раковину не требовало никаких умственных усилий, никакого планирования. А еще это занимало совсем мало времени. Как и вытирать столы. Однако эта работа не могла отвлечь Сикса от мыслей. Оказывается, он мог вполне эффективно водить тряпкой по столу, и не прекращая думать о Шелби. И о том, что должен сделать.
Так продолжалось до тех пор, пока в баре не остался один-единственный пьяный и, очевидно, убитый горем клиент, который крутил в руках стакан с выпивкой. Сикс шлепнулся на табурет около полуночи, а его желудок проурчал от голода уже в сотый раз за сегодняшний вечер.
В тот же миг, когда тарелка появилась у него под носом, он набросился на еду. Откусил огромный кусок бургера, потом еще один и принялся громко жевать, с трудом проталкивая еду по пищеводу. Рядом с тарелкой с глухим стуком приземлился бокал пива, расплескав жидкость по стойке.
— Держи. Похоже, тебе это необходимо.
Сикс глянул на официантку и обхватил пальцами запотевший бокал. Официантка была темноволосой женщиной средних лет, и, если судить по очевидным попыткам исправить размазанный по лицу макияж, она готова была идти домой.
— Спасибо, — просто сказал Сикс. Ему на самом деле ужасно хотелось пить.
— Итак, — проговорила она, усаживаясь на табурет напротив и оглядывая Сикса сощуренными глазами, — проблемы с девушкой?
Сикс фыркнул и покачал головой:
— Скорее, проблемы на работе.
— О-ой, уволили что ли?
— Могут и уволить, — ответил он, пожав плечами, и едва не рассмеялся над собственными словами.
Это было неслыханно. Отстранить жнеца от работы. Просто смешно! Но если так будет продолжаться и дальше, одному Богу известно, чем все это закончится. Жнецы, не собирающие души, — это же просто нелепица какая-то.
Откинувшись на ярко-красную спинку табурета, официантка накрутила на палец длинный темный локон, продолжая изучать Сикса взглядом из-под полуприкрытых век.
— Ясно, — произнесла она. — Хочешь об этом поговорить?
Несколько секунд он смотрел на нее в упор, удивляясь, каким образом вообще сюда попал. Он был в баре. Смотрел на незнакомку, которую не нужно было забирать. И вдобавок ко всему, страшно хотел излить ей душу.
— Нет, — наконец сказал он, еще раз глотнул холодного пива и вернул бокал на стол. — Простите, мне нужно идти. Но спасибо вам.
Он вышел из бара, точно зная, что теперь делать. Три слова с каждым длинным уверенным шагом все четче и четче звучали в его мыслях.
Забрать Шелби Моррисон. Забрать Шелби Моррисон. Забрать. Шелби. Моррисон.
* * *
Сикс шел к ее дому в полной темноте глубокой ночи. Дверь, разумеется, была заперта, но не надо было сворачивать горы, чтобы открыть ее. Щелчок пальцами и немного концентрации. Той самой концентрации, которой он не пользовался почти четыре дня.
Какая пустая трата его способностей!
В доме его встретила тишина. Сикс тихонько прикрыл за собой дверь и, взявшись за перила, медленно и уверенно пошел по лестнице. Темнота была его другом. Он чувствовал себя более комфортно в темноте, чем на свету. Она позволяла господствовать инстинктам, и Сикс прекрасно знал, что инстинкты не подводят так, как зрение.
Он позволил этому старому другу провести себя по лестнице, по коридору второго этажа, пока не добрался до закрытой двери. Секунду Сикс постоял перед ней, а потом открыл.
То, что она спала, было ему на руку. Поразительные зеленые глаза больше не будут отвлекать его, и он, наконец, выполнит задание. Были и другие души, которые нужно было забрать, и задержка в его деле была непростительна.
Сикс сразу увидел ее. Она спала, растянувшись на кровати и уткнувшись лицом в подушку. Ночная сорочка задралась до самой талии, оголив ягодицы.
