Читаем без скачивания Экзамен любви - Вера и Марина Воробей

– Варь, ну давай все спокойно обсудим. – Он осторожно заглянул ей в глаза, взял ее пальцы в свои руки, но Варя, пусть и неохотно, высвободила их.

– А что обсуждать? Ты уже все решил, – тихим, лишенным каких-либо эмоций голосом отозвалась она. – Ты же просто поставил меня в известность. Она прилетает, вы должны встретиться.

Борька осознавал справедливость ее упреков, но признаваться в этом не собирался. Он поднялся на ноги, провел рукой по волосам. Когда он нервничал или когда дела складывались не совсем так, как бы ему хотелось, он либо в дартс играл, либо ерошил волосы, особенно после того, как бросил курить. Кстати, по настоянию той же Варвары.

– Знаешь, в чем твоя беда? – зашел с другого бока Борька. – Ты воспринимаешь все слишком буквально.

– Извини, уж такая я есть, – отрезала Варвара.

– Варь, кончай меня изводить! – вспылил он, но тут же взял себя в руки, напомнив себе, что ссора ему совсем не нужна. И Борька пустил в ход главный аргумент, заговорив горячо и мягко: – Да, я был в нее влюблен, но это было давно. С тех пор многое изменилось.

– Неужели? – Варя взглянула на него, но тут же опустила глаза.

– Да. В это уравнение добавилось еще кое-что, а именно ты, – убедительно напомнил он.

– Я? – Ее темные ресницы-иголочки недоверчиво взлетели вверх.

– Ну конечно.

– Значит, любовь к Лене прошла? – недоверчиво спросила Варя, хотя черты ее лица заметно смягчились. – Совсем?

– Совсем. Прошла, испарилась, улетучилась. Полностью, окончательно, бесповоротно! – прямо глядя Варе в глаза, подтвердил Борька и протянул ей руку. – Ну что, порядок?

Варя несколько долгих секунд смотрела на него, затем слабо улыбнулась и прошептала едва слышно:

– Порядок.

Их пальцы наконец-то переплелись в дружеском пожатии.

– Хорошо, – удовлетворенно вздохнул Борька. – Значит, мультик переносим на завтра?

– Угу, – кивнула Варя.

– Созвонимся?

И снова кивок.

Боря решил закрепить мир поцелуем. Варя ответила, и это окончательно убедило Борьку, что она на него больше не сердится. Ну, почти не сердится. Борька и этому был рад. Честно говоря, он не надеялся на такой благополучный исход. Они провели у Вари еще почти час и за это время ни разу не упомянули об Алене. Пили кофе с остатками вчерашнего шоколадного торта, говорили о чем угодно, даже о футболе парой фраз перекинулись (ведь Борька и Белый были страстными поклонниками «Спартака»), а потом Борька засобирался домой.

– Знаешь, – сказала Варя, провожая его до двери. – Ты прости меня, Борь. Лена хорошая девчонка. Конечно, вам нужно увидеться. Это все ревность глупая во мне говорит.

Это бесхитростное признание сразило Борьку наповал. Ну как можно было не восхищаться такой подружкой? Варя была особенной. Она была правдивой, решительной, чуткой. Хотя удивляться тут было нечему. Если бы она была другой, разве могли бы они быть вместе? Разве могла бы она выдержать такого шалопая, как он? Борька сам уверился, что нисколько не кривил душой, когда убеждал, что прошлое останется в прошлом.

Сейчас, собираясь на встречу с Аленой, Борька очень сомневался, что был до конца честен с Варей. Воспоминания все же всколыхнули в нем дремавшие чувства, хоть он и пытался это отрицать. Он вспомнил, как впервые увязался провожать Алену домой, решив приударить за одной из самых красивых девчонок в классе, вспомнил, как в первый раз поцеловал ее, вспомнил, как дарил ей набор карандашей на День святого Валентина. И как она радовалась этому незатейливому подарку. Вспомнил, как провел с Аленой ночь в одной постели, когда Ксения Матвеевна попала в больницу. Потому что ей было страшно, и он не мог оставить ее и Катьку наедине с их горем. Он просто обнимал Алену всю ночь, прислушиваясь к ее поверхностному, неровному дыханию. И еще Борька очень хорошо помнил свое жгучее, испепеляющее желание защитить Алену от всех бед. Пожалуй, именно с Аленой он ощутил себя настоящим парнем со стержнем внутри, способным принимать правильные и не всегда простые решения. С тех пор, конечно, много воды утекло. Варя, что ни говори, потеснила в его сердце первую любовь, и все равно было немного тревожно, что эти воспоминания оказалось так легко разжечь.

– По-моему, у тебя проблемы с прической, – заявил ему Белый, наблюдая, как Борька мечется по комнате.

– С прической? – Борька в пятый раз взглянул в зеркало и начал приглаживать вихры, прежде чем до него дошло, что Серега над ним издевается. – А-а-а… – сказал он, поймав в зеркале насмешливый взгляд Белого.

– Угу, – подтвердил тот. – А эта нервная суета из-за того, что тебя ждет встреча с Ленкой Серовой тире Драгомиловой?

– Ну допустим. И что?

– А как же твои слова, что любовь на расстоянии – миф?

Отпираться было бессмысленно. Говорил. Точно. Поэтому и переписку по электронной почте с Аленой прервал. Не верил Борька в чувства на расстоянии. Так ей об этом и написал: «Считай себя свободной от всяких обещаний». Он не Бернард Шоу и не лейтенант Шмидт, которые годами вели любовную переписку с дамами своего сердца. После этого Ленка перестала ему звонить. И писать. Но ведь вчера позвонила!

– Ладно. – Борька уселся в кресло, чтобы хоть как-то успокоить расшалившиеся нервишки, и решил быть откровенным с приятелем: – Мне казалось, что Алена в прошлом, но, когда я снова услышал ее голос, во мне словно что-то взорвалось.

– И? – приподнял бровь Белый.

– И теперь я все время о ней думаю.

– Я всегда знал, что у вас так просто не кончится, – с обезоруживающей прямотой рубанул Серега.

Борька кисло поморщился:

– Знаешь, я чувствую себя виноватым. Мне Варька нравится. Если честно, мне никакая другая девчонка не нужна, но…

– Но ты все еще неровно дышишь при имени Алена, – закончил за него друг.

– Нет. Наверное, – смутился Борька. И продолжил, уговаривая себя с каким-то отчаянием: – Что здесь такого? Всего лишь остановка на четыре часа.

– Наверное, ничего, – проникся его беспокойством приятель. – Встретитесь, пообщаетесь между рейсами. Все-таки в одном классе учились… помимо всего прочего, – после едва различимой паузы добавил Сергей.

– Вот именно, – горячо поддержал Борька. – Она отправится в Эмираты за новыми впечатлениями, а моя жизнь вернется в привычное русло.

Борька настраивал себя на эту волну до тех пор, пока не услышал из динамика хорошо поставленный женский голос:

– Совершил посадку самолет из Новосибирска, рейс сто тридцать семь.

Дальше все его мысли замерзли на уровне одной: когда же он увидит Алену?.. когда же он увидит Алену?..

Он то и дело поглядывал на часы, раздраженно думая, что секунды бегут слишком медленно. Но вот примерно через полчаса она появилась, стремительная, порывистая, как всегда. С такими же длинными светлыми волосами, которые, казалось, догоняют ее и не могут догнать. И все же это была не она…. Не та Алена, образ которой он помнил и хранил глубоко в памяти. Это была совсем иная девушка, более уверенная в себе, в классном прикиде: белые джинсы с низким, пожалуй, даже рискованно низким поясом, короткий, в обтяжку, топик. – Она улыбалась. Она улыбалась так, что могла ослепить этой счастливой улыбкой, которой раньше у нее не было. Боковым зрением Боря заметил ее сопровождающего – Вадима Петровича. Вот он ничуть не изменился. Разве что помолодел в окружении новой семьи. Боря шагнул к турникету, не зная, что сказать, что сделать. Алена нашлась первой.

– Борька! Как же я рада тебя видеть! – выкрикнула она, возбужденно смеясь. – Ну, ты так и будешь стоять истуканом или все же поцелуешь меня?

И это тоже было так не похоже на прежнюю Алену, что Борька беспрекословно подчинился и приложился губами к ее теплой, пахнущей персиками щеке, невзирая на присутствие родителя.

– Потрясно выглядишь, – пробормотал он, заливаясь румянцем.

– Правда? – рассмеялась Алена еще звонче, беря его под руку. – А мы никуда не летим сегодня. Верно, пап? – Она обернулась к отцу.

Тот следил за получением багажа и поэтому ответил рассеянно:

– Да, похоже, придется задержаться.

– Как же так? – растерялся Борька.

Он думал, что к девяти вечера все уже будет кончено. Он проводит ее в Шереметьево-2, они посидят в кафе здания аэропорта, возможно, пройдутся по близлежащим окрестностям, а потом, как в песне поется:

Растворился удаляющийся лайнер,И надрывно прокричала чайка вдруг.К берегам другим уносится печальный,Но такой мне близкий друг…

А выходит, лайнер отменяется?

– Ты вроде говорила, что у вас путевки уже на руках, – вспомнил Борька.

Мысль о том, что Алена остается в Москве, пусть и ненадолго, в голове не укладывалась.

– Путевки на руках, – тряхнула золотистыми волосами Алена. – Но для нас это не проблема, прилетим на курорт чуть позже. А может, и вообще новые путевки купим. У папы какие-то срочные переговоры в правительстве наметились. Да, пап?