Под аккуратно сложенной пачкой чистого белья я обнаружил наполовину опустошенную плоскую бутылку виски.
Вспомнив слова Форса о том, что он никогда не видел Элисона пьющим, я внезапно подумал: "Бедняга". Быстро разделавшись с виски, я.сел, лениво полистовая пособие по альпинизму. Как я полагал, мои половины разминулись так значительно после того, как я окончил школу медицины.
Причем настолько сильно, что, должно быть, проходили дни, недели, а то к годы, пока Джей Элисон держал меня в заточении. Я попытался сообразить, какое сегодня число, затем взглянул на календарь и получил такой шок, что быстро повернул его лицевой стороной вниз. Мне подумалось, что сейчас не лишне было бы чего-нибудь хлебнуть.
Я сомневался, что подобные воспоминания первых десяти лет моей жизни и начала этого десятка были те же, что и у Джея Элисона. По-моему, люди забывают и вспоминают выборочно. Неделя за неделей, а позже - год за годом доминирующая личность Джея вытесняла меня. Так что молодой хулиган, более чем наполовину дарковерец, любящий горы, почти бездомный в негуманоидном мире, утонул в чопорном аскетическом типе молодого человека, студента-медика, который всего себя отдавал работе. Почему ему было уже за тридцать, а мне всего двадцать два?
Внезапно раздавшийся звонок разбил тишину. Я поискал интерком на стене спальни.
- Кто это? - спросил я, и чей-то неизвестный голос спросил в свою очередь: - Доктор Элисон?
- Здесь таких нет,- сказал я чисто автоматически и встал, чтобы положить микрофон назад. Вдруг до меня дошло, я остановился и, сглотнув, спросил: - Это вы, доктор Форс?
Это был он и облегченно вздохнул. Мне совсем не хотелось думать о том, что я скажу, если кто-нибудь поинтересуется, почему я отвечаю вместо него по личному телефону.
Когда Форс дал отбой, я подошел к зеркалу и окинул себя взглядом, пытаясь увидеть в своем лице резкие черты этого незнакомца - доктора Элисона. Пока я так стоял, привычка к походной жизни сделала свое дело - я уже прикидывал, что из вещей я должен взять с собой в горы, и даже уловил какую-то мысль о теплых носках и продувающих насквозь ветрах. Лицо, смотревшее на меня из зеркала, было молодым, без морщин, и чуть веснушчатым - то же лицо, что и всегда, за исключением обычного загара. Джей Элисон! Должно быть, держат меня за закрытыми дверями слишком долго.
Впезапно я легонько стукнул по поверхности зеркала.
- Ну, и черт с вами, доктор Элисон,- сказал я и пошел смотреть, где он хранил свои вещи. Очень скоро они могли мне пригодиться.
ГЛАВА 3.
Доктор Форс ждал меня в маленьком аэропорту, на крыше, рядом с небольшим вертолетом, одной из тех машин, что в незапамятные времена были переданы медицинской службе еще тогда, когда они были признаны последним словом техники.
Форс бросил настороженный взгляд на мою малиновую рубашку, но все, что он сказал, было: - Хэлло, Джейсон. Я хотел бы кое-что обговорить заранее. Как сказать вашей команде, кто вы в действительности?
- Я не Джей Элисон,- я тряхнул головой.- Мне нет нужды ни в его имени, ни в его репутации. Правда, если среди них есть люди, знавшие Элисона в лицо...
- Есть кое-кто, но я не думаю, что они вас узнают.
- Скажите им, что я его двоюродный брат,- сказал я без тени юмора.
- Вряд ли это необходимо. Вы не настолько похожи.
Форс поднял голову и кивнул человеку, что-то делавшему рядом с вертолетом.
- Сейчас увидите, что я имею в виду,- сказал он, вздохнув, и мы двинулись навстречу этому человеку.
На нем была форма Космофлота - черная кожа с радугой звезд на рукаве. В нем за милю можно было узнать бывалого парня. Судя по разноцветным звездам, ему доводилось нести службу на дюжине различных планет. Ему было чуть больше пятидесяти, лицо покрывали шрамы. Он был огромен и, вероятно, очень силен. Губы на обветренном лице походили на узкую щелку.
Мне сразу понравился его взгляд. Мы пожали друг другу руки, и Форс сказал: - Это наш человек, Хендрикс, его зовут Джексон. Он эксперт по Следопытам. Джейсон, это Бак Хендрикс.
- Рад познакомиться, Джейсон.- Мне показалось, что Хендрикс смотрел на меня чуть больше, чем в этом была необходимость.- Вертолет готов. Влезайте, док, вам ведь до Карфона, не так ли?
Мы застегнули ветрозащитные куртки, и вертолет-бесшумно поднялся ввысь, в небо.
Я сел рядом с Форсом, посмотрел вниз сквозь бледно-сиреневые облака на рисунок поверхности Дарковера подо мной.
Херндрикс как-то странно смотрел на меня. Что его укусило?
- Он знает Джея Элисона уже восемь лет,- сказал Форс.- И он все еще не узнал вас.
К моей радости, он не стал развивать эту тему дальше, и больше мы не говорили об этом.
Так мы летели под тихое жужжание лопастей, оставляя за спиной заселенные участки, что лежали рядом с Трейдхити, который мы, собственно, называем Дарковером.
Форс, рассказывая мне о лихорадке Следопытов, подкинул кое-какую идею насчет кровяной фракции, и я понимал, почему необходимо склонить пятьдесят-шестьдесят гуманоидов отправиться со мной и дать кровь.
А вообще-то это будет просто неслыханно,- я имею в виду,-если я сумею довести это дело до конца. Большинство Следопытов за всю свою жизнь ни разу не касались земли.
За исключением тех случаев, когда они переходили перевалы снегов. Среди них не найдется и дюжины, всключая и моих приемных родителей, и тех, кто помог мне тогда, давно, проделать этот мучительный путь на ту сторону Чертовой Лестницы, кто бы вообще пересекал кольцо гор, отрезающих их от всего остального на планете. Люди иногда проникали внутрь нижним лесом в поисках Следопытов, но этот интерес был односторонним. Следопыты никогда не искали встреч с людьми.
Мы говорили также и о некоторых из этих людей, перешедших горы в страну Следопытов. Кстати, кто-то из тех, кто пытался перелететь через горы в чем-либо поменьше и помедленнее космического корабля, нечестиво окрестил эти горы Хеллерами.
- Что за команду вы мне подобрали? Они с Тгрры?
Форс тряхнул головой.
- Это было бы просто убийством посылать только терранцев в Хеллеры. Вы не знаете, как Следопыты чувствуют чужаков, попадающих в их страну.
Я знал.
Форс продолжал.
- Только некоторые. С вами будут двое.
- Они знают Джея Элисона? - Я не хотел быть обремененным кем-либо, кто бы узнал меня или стал ждать, что я поведу себя так, как и мой уже полузабытый собрат по телу.
- Хендрикс знает все,- сказал Форс.- Но буду с вами предельно откровенен. Я никогда не знал Элисона, разве что по работе. Но за последние два дня в ходе гипнотического сеанса всплыли такие вещи, которые он никогда бы я в мыслях не решился поведать мне или кому-нибудь еще, будь в своем уме. Но здесь я связан профессиональной тайной - даже для вас. Поэтому из знавших вас людей я послал только Хендрикса, и, учтите, шанс, что он узнает вас, есть. Это не Карфон там внизу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
