«Стоп! А если попробовать использовать серое пламя? Это как раз тот самый случай, когда терять нечего».
Неожиданно тишину подступающей ночи нарушил какой-то звук. Вернее, звуки. Аскет, тут же вскинул голову, склоненую над бумагой, и повернулся в сторону звука. Следом за ним повернул голову Волдир. Они замерли, вслушиваясь.
— Тут что, недалеко темный родник?
Горожанин задумался на какое-то время, а затем ответил: — Есть. Отсюда часов шесть-восемь езды на лошади. А что?
— Скрыгги. Они несутся сейчас прямо к нам.
— Истинные боги, спасите и помогите, — негромко забормотал пожилой мужчина. — Не откажите в своей милости. Не допустите….
— Заткнись, тварь. Ты не того боишься. Меня надо бояться!
Аскет ожег злым и презрительным взглядом разом съежившегося горожанина, а затем, отвернувшись от него, сделал пару шагов в направлении нарастающих звуков и замер. Напряжение нарастало с каждой секундой. Я не знал, что нас ожидает, но судя по напряженной, словно струна, фигуре горожанина и тому, что работа в разрытой могиле прекратилась, нас ожидало нешуточное приключение. Чуть повернув голову, я стал наблюдать за непонятным для меня незнакомцем. Сначала ничего не происходило, но в какой-то момент мне почудилось, что в воздухе за его спиной возникло нечто-то вроде расплывчататой фигуры, которая уже спустя минуту сформировалась в хищного зверя, наподобие волка. Чуть вытянутая голова со стоячими ушами и длинной пастью, полной острых зубов. В больших желтых глазах светилась холодная жестокость. Когда тварь потянулась, словно готовясь прыгнуть, я увидел ее лапы с длинными и острыми когтями. Только зверь успел полностью сформироваться, как из сумрака появились более десятка странных существ, несущихся в нашу сторону большими, неровными скачками. На их панцирях играли лунные блики. Когда они приблизились настолько близко, что их можно было рассмотреть, то стало видно, что они больше похожи на блох, увеличенных до размеров крупной собаки. Закованные в панцири, они имели по шесть тонких ног, а на месте пасти у них болтался пучок щупалец. До этого неподвижно стоявший аскетического сложения мужчина вдруг вскинул руки, а затем резко бросил их вниз. Где-то в середине этого движения с кончиков его пальцев сорвалась волна ослепительного огня. Первую пятерку тварей она просто превратила в пепел, еще две или три из них, упали и задергались среди могильных плит. При этом они издавали противный скрежет, который издает гвоздь, если водить им по стеклу. В следующий миг из-за спины колдуна, в этом у меня уже не было сомнений, выскочил волк, и в три прыжка преодолев расстояние, накинулся на скрыггов. Магический зверь, не только ловко уворачивался от атак, но и сам нападал, с хрустом разрывая панцири своими длинными когтями. Не успел он прикончить предпоследнюю тварь, как тело колдуна передернуло судорогой и псевдоволк, разом потерял в скорости и силе, с трудом отбивал атаки наседающей на него последней твари. Насколько я мог понять, маг боролся с каким-то невидимым врагом, но видно когда он почувствовал, что схватка завершается не в его пользу, он прохрипел сиплым и слабым голосом:
— Кин-чу. Быстрее. Убейте мага.
«Еще один маг? Тут?!».
Лязг доспехов и удаляющийся топот ног за моей спиной сказали мне, что нечего думать, а надо действовать. Быстрый взгляд на выпученные глаза и судорожные движения рук мага, ясно дали мне понять, что тому сейчас не до меня. Вскочив на ноги, я бросился бежать, провожаемый растерянным взглядом Волдира. Какое-то время я довольно быстро бежал, огибая и перепрыгивая препятствия, в виде разрушенных могил и обломков гранитных плит, наполовину вросших в землю, но после того, как зацепился и только чудом удержался на ногах, понял, что следующий раз может закончиться переломом или пробитой головой и тут же перешел на быстрый шаг.
Звон клинков я услышал в тот самый миг, когда заметил в траве тусклый металлический отблеск. Я пригнулся и замер, оценивая величину возможной опасности, а когда понял, что схватка идет где-то в тридцати — тридцати пяти метрах от меня, поднялся во весь рост и подошел к тому месту, где видел отблеск. Передо мной лежала лопата, с пятнами ржавчины и обломанной ручкой. Неожиданно звуки схватки стали перемещаться в мою сторону, мои пальцы тут же автоматически обхватили обломанный черенок лопаты. Я резко выпрямился и стал вглядываться в темноту. Внезапная вспышка высветила на мгновение несколько темных фигур, затем раздался крик — агония умирающего человека, после чего я услышал громкий топот и тяжелое, прерывистое дыхание бегущего в мою сторону человека. Спустя несколько секунд стало видно бледное, размытое пятно лица беглеца, которого преследовал воин, судя по искрящейся в лунном свете кольчуге. Это был один из воинов мага. Быстро оглянувшись по сторонам, я увидел в трех шагах разбитую статую, изображавшую человека в полный рост. Разобрать, кто это был при жизни, не представлялось возможным, так как она была сильно повреждена, но укрыться за ней вполне было можно. Пригнувшись и прижавшись к холодному полированному камню, я стал ждать. Спустя какое-то время беглец достиг того места, на котором я только что стоял. Если до этого он удачно лавировал между надгробиями и памятниками, то сейчас удача отвернулась от него. Он споткнулся и с негромким вскриком полетел на землю. Его преследователь, резко затормозив, занес меч над беглецом, но опустить не успел, получив рубящий удар лопатой по шее. Беглец, пытавшийся в этот самый момент вскочить на ноги, снова рухнул с глухим стоном на землю, придавленный трупом своего несостоявшегося убийцы. Все эти события на заброшенном кладбище проходили настолько быстро, одно за другим, что разобраться в происходящем мне было просто не под силу. Приходилось полагаться на поговорку, что враги моих врагов — мои друзья. Основываясь на ней, я скинул труп в сторону и наклонился над мужчиной. Тот был ранен и сейчас находился в беспамятстве. Не успел я выпрямиться, как услышал, что лязг мечей на месте схватки сменился на короткий крик — стон умирающего человека. Вот только кому досталась победа? Спустя какое-то время я снова услышал торопливые шаги чьих-то сапог, а заметил лунные блики на кольчуге и оружии приближающегося воина. Я выбрал позицию так, чтобы в случае возможного нападения иметь возможность отскочить за статую, при этом держа лопату так, чтобы можно было ее метнуть. Воин, подойдя, остановился, цепким взглядом пробежался по месту схватки, и, наконец, остановил его на мне. Несколько секунд оценивающе разглядывал меня, потом сказал: — Ты кто?
Выражение, которое сорвалось у меня с языка, было автоматическим и непроизвольным: — Конь в пальто!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
