Когда его губы сомкнулись вокруг ее левого соска, Скай непроизвольно выгнула тело от прилива желания.
– Пожалуйста…
Она сама не понимала до конца, о чем просит: чтобы Антон продолжал свои ласки или чтобы он остановился до того, как она потеряет сознание от удовольствия, которое уже граничило с болью.
Просьба Скай подхлестнула Тео. Он улыбнулся и уже в следующее мгновение помог ей освободиться от трусиков.
Боже! Скай думала, что умрет от смущения, когда это произойдет, но всякая застенчивость мгновенно улетучилась под натиском более сильных чувств. Тео был так нежен и осторожен, что она едва почувствовала боль, которую, впрочем, скоро сменили волны наслаждения, накатывавшие одна за другой. Дышать становилось все труднее и труднее…
Только на рассвете, когда уже оба были без сил, Тео погрузился в крепкий сон. Такой крепкий, что он не услышал, как Скай встала с кровати. Ей понадобились все ее силы, чтобы сделать это. В глазах у нее стояли слезы. Как же не хотелось уходить из этой комнаты! Там, за дверьми, ее ждал жестокий мир реальности, где ей останется только воспоминания о ночи абсолютной свободы и об этом удивительном мужчине. Они больше никогда не встретятся! Скай не могла спокойно смотреть на спящего мужчину. Как заставить себя покинуть того, кто за считанные часы стал тебе так дорог?!
Но надо было уйти прежде, чем он проснется.
Боясь разбудить Антона, Скай даже не осмелилась поцеловать его на прощание. Если он вдруг проснется, нахмурится и тихо, но требовательно поинтересуется, куда это она собирается, что ему ответить? Ну почему они встретились только сейчас, когда уже все решено и нет пути назад! Если бы это случилось раньше, у них, возможно, и могло бы быть общее будущее…
Нет! Скай покачала головой, прогоняя прочь подобные мысли. Нельзя об этом думать, надо поскорее убираться отсюда, пока она не потеряла еще контроль над собой.
Быстро одевшись, Скай подхватила сумочку и выскользнула из номера, осторожно прикрыв за собой дверь. Вздох облегчения вырвался у нее: она смогла это сделать! Вызвав лифт, Скай судорожно открыла сумочку, чтобы проверить, не оставила ли она в номере вещей, которые могли бы ее выдать, но нет – все было на месте. Осознание этого факта принесло Скай скорее разочарование и чувство опустошения, чем облегчение.
Она понимала: забрать свои вещи мало, она оставила в номере не только часть души, но и надежду на счастье.
Глава четвертая
– Мы приземлимся через пять минут, сэр.
– Благодарю, – Тео кивнул пилоту, но ему уже и так было понятно, что они подлетают к Геликосу, маленькому острову, принадлежащему его отцу.
Внизу можно было различить темное пятно суши посреди синего океана. По мере их приближения оно постепенно увеличивалось в размерах.
Когда-то этот остров был его домом. Здесь он провел все свое детство до того момента, как был отправлен отцом в Англию. Тот хотел сделать из сына настоящего джентльмена и потому определил его в частную престижную школу в Лондоне. Тео с первого дня возненавидел ее. Лондон показался ему хмурым и серым городом по сравнению с родным Геликосом. Мальчик с нетерпением ждал каникул, когда его забирали домой. Приникнув к иллюминатору, Тео всматривался вдаль, и когда впереди показывались знакомые очертания острова и утопающие в зелени крыши домов, из его груди вырывался крик радости: именно в этот момент для него начинались каникулы.
Теперь Тео подлетал к острову совершенно в другом расположении духа. Даже намека на улыбку и то нет!
Пять лет! Его не было здесь пять долгих лет. Уже давно Геликос перестал быть его домом, местом, куда его тянуло. После разрыва с отцом Тео предпочитал сюда не приезжать. Впрочем, и знакомиться со своей будущей мачехой у него не было ни малейшего желания.
Лицо Тео искривилось в мрачной гримасе, когда он услышал изменившийся звук мотора. Вертолет шел на посадку. Скоро ему предстояла масса неприятных встреч и разговоров. И зачем он, спрашивается, сюда едет? Никакого удовольствия эта поездка ему принести не могла. Познакомиться с новой мачехой? А какое ему дело до нее? Тем более что, по имевшимся у него сведениям, это был брак не по любви, а по расчету. Чистейшей воды деловое соглашение!
– Не думаю, что остров сильно изменился со времени вашего последнего приезда, – снова заговорил пилот, прервав размышления Тео.
– Боюсь, что там ничего не изменилось, – согласился с ним Тео, кивнув головой.
В наушниках разговаривать было трудно. Впрочем, у него и желания разговаривать особого не было. Вся эта церемония знакомства с будущей женой Кирилла Антонакоса представлялась ему обременительной и скучной обязанностью, семейным долгом. Придется быть вежливым и предупредительным с очередной кралей, которую подыскал себе отец. Тео по опыту знал, что отец предпочитает смазливых глупышек, падких на роскошь и драгоценности. Едва ли он сильно изменился за последние пять лет, так что ужин обещал стать испытанием для Тео на выдержку и терпение.
Взгляд мужчины был прикован к постоянно увеличивавшемуся в размерах острову, но мысли его блуждали совсем в другом месте.
Он рисовал в своем воображении сцену любовной встречи.
Они у него дома… Скай – в нарядном платье. Сначала они ужинают при свечах, потом танцуют и наконец как-то незаметно оказываются в спальне.
Как было бы хорошо оттянуть край ее платья и позволить грудкам выпрыгнуть из глубокого декольте. Увидеть, как от холода – или от возбуждения – заострятся нежные розовые сосочки. Пососать немножко сначала один, потом другой. Полизать их языком, покусать легонько зубами, пока они не станут ярко-красными на фоне белоснежной кожи. Потом расстегнуть быстренько ширинку и выпустить свою набухшую плоть полюбоваться этой красотой. Потом провести ею по соскам, чтобы выступившая смазка сделала их блестящими и скользкими на ощупь. Такой сосок приятно сжать пальцами и поиграть им, таким твердым и крупным и уже ставшим ярко-бордовым. Скай опустится перед мной на колени и сожмет мою тяжелую ноющую плоть жаркими грудками. Затем ляжет на спину и, задрав платье, приспустит трусики, чтобы теперь уже я полюбовался ее скрытыми прелестями. Я сдерну с нее клочок ткани, приникну к ее лону губами и буду долго терзать его поцелуями и лизать языком. Ее сок настолько возбудит меня, что я уже не смогу дольше сдерживаться и одним резким движением войду в нее. Скай вскрикнет не то от наслаждения, не то от боли, и я начну двигаться, глядя, как она закатывает от страсти глаза, как подпрыгивают от моих мощных ударов ее груди. И вот уже нет ни сил, ни желания сдерживаться, и я кричу, а она не выпускает меня из своих цепких тисков до тех пор, пока сладкие судороги не доставят ей наивысшее наслаждение…
