Девушка не без труда протиснулась к стойке, за которой стоял мужчина лет шестидесяти, с морщинистым лицом и почти совсем седыми волосами, но все еще крепкий и прямой.
— Ты здесь хозяин? — громко и властно спросила Кассия.
Трактирщик улыбнулся и насмешливо прищурился, разглядывая девушку с высоты своего роста. Охотница недовольно сжала губы. В Святой Земле или в Трезеньеле любой содержатель таверны, увидев символы Церкви и Ордена, вышитые на ее одежде, стал бы извиваться перед ней червем, готовый исполнить каждое желание. А за взгляд, которым наградил ее трактирщик «Икающего бобра», любого из его собратьев из Калагурриса или Ариции жестоко выпороли бы на площади.
— Я, моя леди, — наконец, вполне учтиво ответил мужчина, слегка наклонив голову. — Чего бы ты желала?
Девушка протянула трактирщику портрет:
— Орден разыскивает этого человека. Видел его недавно?
Хозяин таверны взял у Кассии кусочек картона, всмотрелся в него внимательно и вернул, покачав головой:
— Нет, моя леди. Никак не могу припомнить. Тут столько людей бывает!
По его лицу пробежала насмешливая улыбка. Кассия смерила трактирщика взглядом и снова пожалела, что она не дома. Там, в Калагуррисе, людей, у которых Андри Мак Глейс, сбегая из тюрьмы, украл одежду, почти сразу же арестовали и уже вовсю допрашивали. Здесь себе такого позволить Кассия не могла.
Девушка нахмурилась, извлекла из кошелька золотую монету и протянула трактирщику:
— Это поможет тебе вспомнить?
Мужчина с довольной улыбкой забрал золотой и, подбросив его в воздух, ловко поймал:
— Вчера на рассвете он ушел с караваном в Эллон. Если отправитесь сейчас, успеете догнать по дороге.
— Прекрасно, — бросила Кассия, — Получишь еще столько же, если найдешь мне проводника.
Глава 2. Ловушка
Утром маг, умывшись и наскоро перекусив, поспешил на Караванную площадь, откуда должен был отправиться в Кови. На улицах было еще темно, догорали городские факелы и плясали тени. Но небо уже начинало светлеть, как это обычно бывает перед рассветом. Кови был укрыт легким туманом. В городе все еще царствовала оттепель. День обещал быть таким же сырым и промозглым, как вчерашний.
Прохожих в этот час на улицах тоже было немного — задержавшиеся в трактирах допоздна пьянчуги, нищие, которые не нашли на ночь укрытия, булочники, спешащие испечь свежий хлеб к утру, да редкие патрули городской стражи.
Андри вышел на площадь. Она была ярко освещенной и оживленной. Перекрикивались возчики, ржали лошади, суетились подручные торговцев, проверяя товар, — все находились в волнении от предстоящего им долгого путешествия. Маг не без труда разыскал караванщика — низкорослого и плотного мужчину лет пятидесяти. При своем небольшом росте хозяин каравана был настолько важным и степенным, что ухитрялся возвышаться над всей этой суматохой. Было сразу видно, что именно он тут главный.
— Яркого утра, мастер Мак Гил-Лиутар, — поздоровался Андри.
Караванщик с достоинством пожал протянутую руку мага:
— И тебе яркого утра, приятель. Видишь вон ту повозку? Садись туда. Эти парни просто поедут с нами за компанию, но возьмут и тебя, я договорился.
Андри посмотрел туда, куда показал ему караванщик, и замер. Чародея ожидал весьма неприятный сюрприз. На коричневой парусине, обтягивающей повозку, в которой ему предстояло ехать, красовалась желтая восьмиконечная звезда с извилистыми лучами. Рядом стояли еще две повозки с такими же символами.
Магу внезапно стало не по себе. Жрецы Церкви Единого были немногим лучше рыцарей. В конце концов, именно Церковь и благословила создание Вечного Ордена, вот уже тысячу с лишним лет безжалостно убивающего детей по всему Каэрону. Чародей призвал на помощь все свое самообладание.
— Церковники? — спросил Анlри самым небрежным тоном, на какой только был способен. — Что они вообще забыли в Эллоне?
— Какая-то экспедиция, говорят, прямиком из Святой земли, — пожал плечами караванщик. — Тебя это беспокоит?
— Ничуть, — отмахнулся Андри. — Просто скучные они, боюсь уснуть и пропустить свой поворот.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мастер Мак Гил-Лиутар хмыкнул и отвернулся, давая понять, что разговор окончен, а Андри отправился знакомиться с попутчиками. Он шел не спеша, чтобы выиграть время и обдумать ситуацию. Если держаться особняком и дать жрецам понять, что не настроен общаться, они могут насторожиться. А вызывать подозрения у кого бы то ни было маг не хотел. Только не сейчас. Поэтому чародей просто подошел к повозке и слегка постучал по борту:
— Яркого вам утра, святые братья! Мастер караванщик сказал, что вы милостиво согласились приютить меня на время путешествия.
Из повозки выглянуло добродушное круглое лицо мужчины лет сорока. Он улыбнулся Андри и откинул полог:
— Забирайся, друг мой, и располагайся.
Судя по акценту, жрец был астеллийцем, коренным уроженцем Святой Земли. Андри мысленно схватился за голову. Стоило бежать из Калагурриса почти через весь континент, чтобы здесь, на родине, снова встретить астеллийцев. К счастью, эти, видимо, ничего о нем не знали. Маг взял себя в руки и воспользовался приглашением. Уже через пару минут Андри сидел в уютной, надежно защищающей от ветра повозке в окружении десятка жрецов Единого.
— Спасибо, что нашли для меня место, — улыбнулся маг.
— И рек Единый: «Да поможете попутчикам своим, ибо жизнь ваша есть путь, а путь есть жизнь!» — раскатисто, как будто проповедовал как минимум в центральном соборе Трезеньеля, прогремел жрец, который впустил Андри в повозку. — Виталис Присциан. Лучше просто отец Виталис. Глава церковной экспедиции искателей. Церковь решила исследовать старые храмы самых отдаленных и труднодоступных уголков Марссонта и подробно описать их. Говорят, к вам в горы никто не забирался с тех самых пор, как Верный Фионн вернулся домой!
— У нас есть очень красивые горные храмы, — кивнул Андри. — Очень надеюсь, что вам понравится, как Верный Фионн тут все обустроил.
— По крайней мере то, что мы увидели в Кови, действительно поражает воображение. Отец Дидимус Гессий, — сухо представился сидящий рядом с Виталисом жрец. — Казначей и секретарь экспедиции.
Пока брат Виталис представлял Андри остальных членов экспедиции, маг хорошо успел рассмотреть обоих. Глава братьев-искателей был круглым и добродушным мужчиной лет сорока. Он обладал таким мощным голосом, что даже когда говорил тихо, казалось, что его бас разносится по каравану, как звук медной трубы. Круглое лицо брата Виталиса, красный нос и румяные тугие щеки выдавали в нем любителя совсем не духовных забав. Подтверждением этому была внушительных размеров фляга на поясе, к которой этот жизнерадостный служитель Церкви время от времени прикладывался.
Высокий и худой брат Дидимус, похожий на изображения подвижников ранней Церкви, лысый, с впалыми щеками и суровым взглядом, был полной противоположностью своему товарищу. Молчаливый и отстраненный, брат Дидимус почти все время пребывал в размышлениях.
— Я Андри, — назвал свое имя маг, как только ему всех представили. — Возвращаюсь домой.
— Дай, угадаю, — Виталис от души хлопнул попутчика по плечу и подмигнул ему. — Наверное, учился в университете? Одежда у тебя бедная, но ученый, сразу видно. Поди, не лодырничал, все отцовские денежки на книги спускал?
— Путешествовал, — улыбнулся в ответ чародей. — У нас на севере положено отправлять молодых людей на год-другой посмотреть мир. В Марссонте только те, кто как следует поездил по Каэрону, считаются по-настоящему взрослыми.
— Очень мудрый обычай, — кивнул брат Виталис. — А не закатить ли нам пирушку по случаю такого удачного знакомства?
Остальные члены экспедиции согласно закивали. Даже сухой и сдержанный брат Дидимус поддержал идею. Святые браться засуетились, доставая припасы и посуду. Андри, чтобы не отставать, тоже вытряхнул из мешка свою нехитрую еду.
Маг быстро нашел общий язык со жрецами. Они оказались вовсе не такими скучными и въедливыми, как он о них думал. Брат Виталис любил поесть, выпить и от души посмеяться. Тем веселым богохульствам, которые он изрыгал несмотря на свой церковный сан, завидовал даже сам Андри, который тоже любил ввернуть в речь бойкое словцо про Пророка.
