Он отвел меня в одну из палаток, стоящих немного в стороне. Видимо, его собственная. И, видимо, Адриан полностью доверял этому даргхарцу, раз не боялся, что я могу сбежать или воспользоваться магией. Обстановка здесь была менее аскетична, чем у его предводителя: хотя бы имелся небольшой столик и пара стульев, а еще стояла кушетка, а не просто пол, который устлан сплошным матрасом.
Мужчина протянул мне какую-то бутылочку с вязкой жидкостью, от которой пахло сахарной ватой, и порекомендовал выпить, сказав, что это восстановит силы. И я вдруг поняла, что мне действительно нужно прийти в себя хотя бы физически. До восполнения своей магии пока и речи не шло.
— В той палатке были мои вещи в рюкзаке… — мне действительно были нужны мои скромные пожитки, чтобы элементарно умыться и причесаться.
Пару секунд мужчина молча осматривал меня, видимо, анализируя, не опасно ли будет исполнить мою просьбу. Но в итоге согласно кивнул, на миг выглянул из палатки, дал кому-то команду и вернулся обратно.
— Не нужно его злить, — Файт пригласил меня присесть на стул и осторожным движением убрал с моего лица пряди волос за ухо. И сразу стало так неловко: и от проявленной заботы, и от унизительных воспоминаний, как меня ударили. А ведь щека до сих пор горела, и похоже даже слегка припухла.
— Я всего лишь пыталась защититься! — а сама подумала, что если выдастся возможность, то я с удовольствием разукрашу лица тех двоих весельчаков еще разок.
— Нельзя так бездумно тратить такую ценную Искру, тем более, у тебя все равно не было ни единого шанса, — мужчина еще разок коснулся пальцами щеки, и по коже побежали легкие мурашки, но болеть место удара тут же перестало.
— Мне стоит сохранить Искру, чтобы меня принесли в жертву вашему Источнику? — горький сарказм сам собой слетел с губ, и Файт не нашелся, что на это ответить. — Тогда я уверена, что действую правильно.
В палатку зашел один из воинов и принес мой рюкзак и еще достаточно большую чашу с водой. Это был совсем еще мальчишка — лет восемнадцати — не больше. Он еще даже не успел возмужать, как прочие ищейки. И был поразительно похож на самого Файта: русые волосы, аристократические черты лица, даже мимика напоминала старшего товарища. Неужто сын? Парень смотрел на меня с таким же интересом, как и я наблюдала за ним. Только вот Эбрахим, заметив это, быстро выгнал его прочь.
— Сын? — почему-то на мой вопрос мужчина сделался крайне угрюмым. Поставил на стол чашу с водой, а на соседний стул опустил рюкзак.
— Нет, — Файт развернулся и прошел к выходу. — У тебя пятнадцать минут, чтобы сделать все свои дела.
Мне не нужно было говорить об этом дважды: как только мужчина скрылся из вида, я вытащила полотенце и новое белье и постаралась максимально быстро привести себя в божеский вид. Надеюсь, Адриан не решит заявиться сюда, когда я буду переодеваться. Но, к счастью, мне дали даже чуть больше времени, и я спокойно смогла заплести себе косу, чтобы волосы не мешали в дороге. Жаль только, что тысячи попутных веток в зарослях мирцелл напрочь сорвут с меня ленту.
Затем все тот же Файт принес мне еды, и опять оставил одну в палатке. Просто невиданная щедрость с их стороны — впервые я смогла нормально поесть, не ощущая на себе ненужного внимания. Только вот совсем скоро лагерь пришлось свернуть, и я вновь оказалась посреди леса и группы даргхарцев. К слову сказать, двоих раненых быстро привели в порядок: они шли немного впереди, и я не заметила, чтобы они медлили или как-то показывали, что еще час назад корчились от боли.
В этот раз я шла рядом с Файтом и еще двумя молодыми ищейками — Тэри и Гиром. И, как оказалось, второй из них тоже очень сильно напоминал чертами своего старшего товарища. Адриан, к счастью, двигался довольно далеко от нас, как раз рядом с двумя покалеченными приятелями.
Чувствуя, что от Эбрахима не исходит угрозы в мою сторону, мне дико хотелось о чем-нибудь с ним поговорить. Хоть о чем-то, лишь бы не чувствовать себя ягненком, которого ведут на казнь.
— Вы получили ранение в бою? — не нашла ничего лучше, как поинтересоваться причиной его хромоты. Впрочем, его лицо и руки также были усыпаны старыми выбеленными шрамами, и говорили даже больше слов об их обладателе.
— Именно, — хотелось бы верить, что Адриан не услышит нашего разговора, но зато на мои слова встрепенулись два наших ближайших попутчика.
— Это был бой с лирийцами?
— Да, — и вроде бы эти события нисколько не должны были меня задевать, но сердце все равно неприятно сжалось.
— И вы вышли победителем?
— Можно сказать и так… — двое парней напряглись и как-то помрачнели от его слов.
— Вы кого-то потеряли в том бою?
Не знаю, почему вдруг взбрело в голову так бестактно спрашивать его об этом. Просто интуитивно показалось, что буду права в своих подозрениях. Файт не стал отвечать, слегка ускорил шаг, пытаясь меня проигнорировать.
— Наверно, это был ваш сын?
И когда я успела стать такой любопытной? Тэри и Гир озирались на меня, и по их округлившимся глазам было понятно, что я совершенно права. Вот только Эбрахим продолжал молчать, тяжело дышал и еще больше ускорился.
— И много лиросов вы убили за него? — Боже, Ева, замолчи! Тебя прибьют прямо на месте. Но слова сами срывались с губ. Было легко представить, как эти ищейки пришли в лесные города, убивали и похищали жителей, а потом на любой отпор зверели еще больше.
— Недостаточно, чтобы забыть, — Файт вдруг совершенно остановился и с такой горечью на меня посмотрел. Но, надо отдать ему должное, что ненависти ко мне он не показывал.
— Он принес не меньшее горе в другие семьи. И они тоже не забыли.
Отвернулась от Эбрахима, оставила его и двоих ищеек немного позади и побыстрее пошла вперед. Объясняла сама себе, что нелепо кусаться с этими мужчинами по поводу событий прошлых лет, что это не моя война. Но потом в памяти всплывали образы убитых Вивиан и Калида, как меня вышвырнули из этого мира, как потом повторно лишили семьи — и ненависть начинала бурлить все больше и больше.
Я даже поругала себя за то, что несмотря на мое прискорбное положение пленницы, я умудрилась увидеть в лице Файта намек на «человечность» и благородство. Хотя он, не задумываясь исполнит любой приказ своего хозяина, даже если придется убить меня здесь прямо на месте.
Хотела найти себе собеседника, а в итоге опять брела почти одна. Могло даже показаться, что один лишь шаг — и я легко сверну с общей тропы, а потом незаметно ускользну через заросли прочь, затаюсь в каком-нибудь укрытии и выйду к лиросам, но… Это только при первом взгляде никто не обращал на меня внимания: на самом деле, я постоянно чувствовала, как меня опаляет жаркое дыхание ищейки и окутывает слегка уловимый запах терпкого кофе. Хотя он шел далеко впереди и даже не оборачивался! Проклятая магия, которая может свести с ума!
Сильно затемно мы остановились на ужин и одновременно на ночлег. Я стояла в стороне, наблюдая, как ищейки готовят лагерь. Они не были такими искусными в бытовых делах, как лиросы, поэтому все выглядело достаточно просто и чопорно. В принципе так, как и должно быть в походе у военных.
Файт прошел мимо и вручил тарелку, полную разных непортящихся продуктов типа вяленого мяса, лепешек и пары непонятных шариков. Отошла на максимальное расстояние, чтобы оставаться в поле видимости, и села, облокотившись о дерево. Было сыро, зябко, и по ощущениям вот-вот должен был пойти снег. Слишком холодно для этого времени года, да и ребята говорили, что в этом мире только середина осени. Натянула пониже капюшон и подтянула ворот свитера, хотя теплее от этого не стало. И сил, чтобы создать хоть капельку магии тоже не было. Тут же напали мысли о доме — моем втором доме, где родители и Юра. Надеюсь, они еще смогут вспомнить меня, и есть время вернуться обратно. На душе стало совсем паршиво…
Рядышком с моим рукавом внезапно забрезжили маленькие огоньки. Мирры… Так давно их не видела. Миниатюрные фигурки всего в пару сантиметров, похожие на мультяшных феечек, устроились на моем колене, заглядывая мне в глаза.
