Что и говорить, печальная картина, пусть и не столь жуткая, как та, что была описана и в папской речи, и в как бы императорском письме. И определенное подтверждение мы находим в трудах арабских хронистов. Сирийский историк ал-Азими, писавший, правда, несколько десятков лет спустя после означенных событий, так обозначал причины крестовых походов: «Жители портов в Сирии не дали франкским и греческим паломникам пройти в Иерусалим. Те из них, кто выжил (значит, все-таки нападения были. – Д. Х. ), распространили известия об этом в своей стране. Поэтому они (франки. – Д. Х. ) стали готовиться к войне».
Но вот что интересно. После приведенных выше слов Гийома Тирского идет следующий абзац: «Таково было то жестокое рабство, которое приходилось испытывать народу Божьему в течение 490 лет». То есть архиепископ Тирский отсчитывает беды верных, как местных, так и европейских, на Святой Земле никак не от турецких завоеваний, а от времен, бывших на полтысячелетия раньше, когда мусульмане впервые пришли туда. Рассмотрим очень кратко, что же там происходило в то время.
История Святой Земли в VII—XI веках, или еще раз о едостаточности простых объяснений
Святая Земля была обильно полита кровью еще со времен Исхода евреев из Египта. Племена Израиля и Иудеи, филистимляне, древние египтяне, ассирийцы, вавилоняне, персы, греки времен Александра Македонского, его преемники, древние евреи эпохи Маккавеев, римляне – кто только не сражался в этих местах. Войны между христианами и мусульманами были там в самом начале исламских завоеваний, вскоре после кончины пророка Мухаммада, о чем я уже упоминал выше. Иерусалим (ал-Кудс, по-арабски «священный») являлся святым городом и для приверженцев ислама, о чем говорил и сам пророк. Ведь именно туда, на Святую Гору, на которой позднее в том же веке будет воздвигнута мечеть Куббат ал-Сахра, то есть Купол Скалы, был чудесным образом перенесен Мухаммад из Мекки, и оттуда, с этой скалы, с места, где опять же позднее будет поставлена мечеть ал-Акса, пророк вознесся, согласно его собственным словам, запечатленным в Коране, к престолу Аллаха [12] . Сирия и Палестина (также и Египет) вошли в государство, которое сами мусульмане называли «дар-ал-ислам» (то есть «область ислама») [13] . Позднейшие европейские ученые, а за ними и читающая публика называли его Арабским халифатом, что не совсем верно. Действительно, ислам распространялся из Аравии, языком Священного Писания мусульман – Корана и сунны (сборника речений пророка; слово буквально значит «предание») – был арабский, но держава эта к началу VIII в. распространялась от Атлантики до Северной Индии, от Каракумов до Сахары, и полноправным жителем ее являлся мусульманин, независимо от этнических корней. Поскольку, согласно исламской вере, после Мухаммада не могло быть истинных пророков, то руководитель этого государства, бывшего одновременно и религиозной общиной, мог быть только его заместителем на земле. По-арабски «заместитель», «наместник» – «халифб», слово, кстати сказать, женского рода, которое европейцы переделали в «халиф», мужского рода (о, этот мужской шовинизм!).
Мечеть Куббат-ас-Сахра (Купол Скалы). Иерусалим
Религиозно-политические распри в государстве, бывшем одновременно, как сказано, религиозной общиной ( араб. умма), начались довольно рано, но оказали огромное, как мы увидим, влияние на дальнейшую историю исламского мира, может быть, до сегодняшнего дня. Первоначально предполагалось, что халиф должен избираться всеми мусульманами, а толкование (аш-шарийа, то есть «правый путь» – отсюда «шариат») Корана, считавшегося источником всего (не только вероучения, но и морали, и права), являлось правильным, если было принято согласным мнением всей общины. Все это было возможно, когда все правоверные составляли относительно небольшую группу в святых городах ислама – Мекке и Медине, – а также среди аравийских племен. Но когда дар-ал-ислам стал разрастаться, начался кризис.
В 656 г. халифом был избран двоюродный брат Мухаммада Али, женатый на дочери пророка Фатиме (по тогдашним арабским обычаям, в таком браке не было ничего кровосмесительного). С этим согласились не все мусульмане; несогласные выдвинули кандидатуру наместника Сирии Муавия из рода Омейя. Началась междоусобная война, в которой был значительный религиозный, но и личный компонент. Сторонники Али («шия» Али, то есть партия Али – отсюда слово «шииты») заявляли, что в «доме пророка», то есть в роду Мухаммада, существует особая наследственная благодать, дающая право на власть и возможность правильно толковать Коран, только Али и его потомки могут быть руководителями общины верующих – имамами. Их противники именовали себя суннитами (от слова «сунна»; кстати сказать, вопреки весьма распространенному мнению, шииты не отвергали полностью сунну, у них была своя, несколько отличающаяся от суннитской) и настаивали на выборности халифов. Сунниты отрицали особую благодать, лежавшую на Али и Фатиме и их потомстве.
Члены племени курейшитов беседуют с пророком Мухаммадом
Среди противников Али была вдова Мухаммада, его любимая (третья) жена Аиша. В 622 г. пророк, которому было уже за 50, женился на дочери своего старого соратника Абу Бекра (впоследствии он станет первым халифом) Аише, десяти лет от роду. Новобрачная принесла в дом своего супруга множество игрушек, включая деревянную лошадку, которая особенно умиляла молодожена. Но в конце 626 г. или самом начале 627 г. случился скандал. Аиша сопровождала своего мужа в походе на врагов и во время возвращения воинов ислама с победой куда-то пропала (позднее она объясняла, что забыла на месте прежней стоянки любимое ожерелье и отправилась ее искать, а ее сопровождающие не заметили этого, подхватили пустые носилки, в которых она обычно передвигалась, и уехали). Вскоре она вернулась в сопровождении молодого воина-мусульманина, заявившего, что он искал жену пророка и нашел ее. Поползли слухи, что дело нечисто, что у нее было любовное свидание с этим молодым человеком. Многие советовали Мухаммаду развестись с неверной женой, и среди этих советчиков был и Али. В конце концов Мухаммад заявил, что Аллах послал ему откровение: Аиша неповинна в супружеской неверности. Но любимая жена пророка не забыла о роли кузена ее мужа в этой истории.
Во время наступившей смуты Аиша приняла сторону неприятелей Али. В начале декабря 656 г., вскоре после избрания, Али выступил против своих противников. Недалеко от Басры состоялось первое сражение суннитов и шиитов. Оно получило название «битва верблюда», потому что Аиша во время него сидела на верблюде, ибо сторонники Муавии именовали любимую жену пророка «матерью верующих», а посему она не могла уклониться от боя. Столкновение было проиграно, Аиша попала в плен, и Али отправил ее в Мекку, где она и провела остаток жизни в чем-то вроде почетного заточения. Других своих соперников Али отпустил.
Противники Али восприняли это как его слабость (историки спорят доныне, был ли Али «рыцарем без страха и упрека» или просто слабым руководителем). Через три месяца, то есть в начале 657 г., где-то в Месопотамии произошло еще одно сражение. Али уже побеждал, когда командующий войсками Муавии наместник Египта Амр сумел переломить ход битвы. Вдруг из рядов его воинов вышли старцы, державшие в руках копья, к которым были привязаны страницы из Корана. Идти атакой на них Али не решился и согласился на третейский суд исламских авторитетов. Из этого ничего не получилось, ибо неприятели его снова восприняли это как его неспособность к сопротивлению. Они начали занимать подвластные Али территории – Сирию, Египет.
Но враги обнаружились и среди друзей. Они полагали, что халифы изменили первоначальным идеям ислама (нередко бывает, что после смерти основателя учения его последователи начинают борьбу между собой, обвиняя друг друга в забвении заветов основателя). Эти радикалы (они назвали себя хариджиты, от араб. «харадж» – «восстать», «выйти», то есть «отделенные») утверждали, что все мусульмане равны, что равенство их должно быть и имущественным, что община (умма) выше халифа, ибо от него получает власть, а халиф может получать власть только избранием (почему-то их не смущали идеи шиитов об особой благодати в «доме пророка»), что если халиф не соблюдает заповедей ислама (в их интерпретации), то он может быть смещен и даже убит. Вообще истинный ислам может и должен распространяться силой, и не только среди язычников и даже людей писания, но и среди «неправильных» мусульман. И именно они сочли попытки примирения Али с его противниками той самой изменой делу ислама.
Али был убит как раз хариджитом. К власти пришел Муавия, основавший, несмотря на все заявления о выборности, халифскую династию Омейядов. Хариджиты не получили ничего, пытались основать свое государство, а в конечном итоге отказались от своих террористических устремлений, но не от коммунистических. Хариджиты существуют и сегодня в небольшом количестве в исламском мире, но не обладают уже серьезным влиянием.
