очень боюсь этого виноватого выражения его глаз. Ведь такой взгляд, означает только одно. Он действительно предал меня. Но он хотя бы раскаивается в содеянном, раз чувствует за собой вину…
Руслан заходит следом и включает свет.
Я возвращаюсь в постель. Пары шагов было достаточно, чтобы почувствовать невероятную усталость.
Руслан берет стул и садится напротив. Он внимательно изучает меня взглядом. На его лице читается усталость, смятение и тоска.
— Руслан. Я жду. Или мне придется снова вставать и разыскивать мед сестру?
— Я даже не знаю с чего начать. — его бархатный голос звучит невероятно печально.
— Я упала в обморок? — подсказываю я ему правильное направление рассказа.
Он кивает.
— Врач сказал это от нервного срыва и голода.
— Голода?! — удивляюсь я. Можно подумать, что я не ела неделю! Что за глупости.
— Ты очень худенькая. Запас «прочности» у тебя итак небольшой, а ведь нужно было и дополнительные силы тратить.
— О чем ты? Какие еще силы? — все звучит так завуалированно, что уже начинает бесить.
— Ну как же, родная. Силы на малыша….
Я округляю глаза до размера Венеры. Малыша?! У нас будет малыш?!!!!
Я в палате, наркоз, кровь между ног….
Нет! Нет! Нет!
Я не смею задать этот самый страшный вопрос.
Измена Руслана теперь кажется просто шуткой.
Мой малыш….
— Прости, Арин. Я думал ты знала, но не сказала мне. Срок был маленький совсем.
Был….
Я стеклянным взглядом упираюсь себе в живот.
Мой маленький, долгожданный человечек. Ты был там. Ты пришел ко мне, чтобы осчастливить этот мир своим присутствием.
А я даже не знала о тебе. Не знала и не сберегла.
Руслан тянет ко мне руки, чтобы обнять.
— Убирайся.
Это мой голос? Он прозвучал так, будто на него наложили кучу фильтров в звуковой студии.
Это уже не голос милой, беззаботной женщины. Нет.
Так звучит скорбь.
Руслан замирает на месте.
Он не уходит, но и не приближается больше.
Я накрываюсь с головой покрывалом и свернувшись клубочком беззвучно плачу.
Глава 7
— Арина, ты хочешь чаю? Я заварила твой любимый, персиковый. — кричит мне мама из открытого окна кухни.
Она суетится надо мной уже третью неделю. С того самого момента, как я вернулась сюда, в отчий дом, после выписки из больницы.
Каждый день я думаю о том, что все могло быть не так. Что где-то, возможно в параллельной вселенной, есть точно такая же Арина, у которой все хорошо. Она все еще рядом с любимым человеком и у них растет прекрасный, пухленький, розовощекий малыш.
Быстро смахиваю слезу, пока не заметила мама. Она изо всех сил старается привести меня в чувства. Не буду ее разочаровывать.
Она как раз появляется с подносом в руках, подходя к столу на веранде.
— Ариша, иди сюда. Нужно подкрепиться. Помни, что сказал врач.
Она заботливо и слегка суетливо расставляет чашки. Чувствую запах яблочного пирога.
Я встаю с садовых качелей и иду к веранде, помогать маме заботиться о себе.
— Руслан звонил. Снова. — Мама косится на меня, без осуждения или упрека. Просто констатирует факт.
— Пускай звонит. Мое решение не изменится. — Я сдерживаю дрожь в голосе. Каждый раз, когда слышу его имя, ощущаю, что сердце будто падает к ногам и поднимается обратно.
— Поговорила бы ты с ним уже. Он весь извелся. Похудел даже. Разорится скоро на цветах и подарках.
Бедненький, думаю я с сарказмом.
— Мне ничего от него не нужно. — Я разрезаю пирог и кладу себе кусок побольше. Вряд ли я его съем целиком, но мама обрадуется, видя мой настрой на питание.
Она молчит, но я вижу немые вопросы в ее глазах и вздохнув поглубже просто объясняю:
— Мам, я поговорю с ним тогда, когда документы на квартиру будут готовы. И это будет наш последний разговор. Пусть забирает свою долю и катится к чертям. Все, прошла любовь.
Мама ставит чашку на блюдце и закатывает глаза будто я сказала несусветную чушь.
— Он категорически против развода. Ты же знаешь. Не подпишет он эти твои документы. — Вздыхает она. В который уже раз?
Мы оставили маму в блаженном неведении относительно предательства Руслана. Папа был в курсе, так как сам все у него выпытал, пока я была под наркозом. А мама… после прошлогоднего инсульта, лучше ей не нервничать лишний раз. Хватило и того, что она видела меня на больничной койке, потерявшей ребенка.
Руслан
Эти три недели стали настоящим кошмаром для меня. Мне пришлось взять незапланированный отпуск на работе, перепоручив все дела моему заму — Теймуру.
Я слонялся дома из комнаты в комнату, не зная куда себя деть и как все исправить. Без нее здесь было пусто. Будто она унесла с собой тот самый огонь семейного очага, о котором нам говорили на свадьбе, как бы глупо это не звучало.
Я мучился днем от того, что ее нет рядом. Мне не хватало этой беззаботной улыбки. Этого прямого носика, который она хмурила, когда ей что-то не нравилось. Не хватало ее рук, ее разговоров ни о чем, смеха и обсуждения всяких пустяков.
А ночью…
Боже, это было даже хуже, чем днем.
Она являлась ко мне во снах, как настоящая нимфа, с разметавшимися по подушке волосами и ногами, обхватившими мои бедра в момент, когда я с наслаждением вхожу в нее…
Я во снах вспоминал чуть ли не каждую ночь, что мы провели вместе. Вспоминал каждую черточку ее лица, каждый изгиб ее тела. Каждый ее стон, когда я целовал ее шею и грудь. Каждый отклик на мои прикосновения и ласки.
А теперь у меня нет возможности даже просто услышать ее голос…
В тот день, когда она узнала, что потеряла ребенка я буквально видел, как умерла любовь в ее глазах.
Быть матерью — это самая большая ее мечта.
Ира доставала меня звонками и сообщениями. Я не перевел деньги, и она сыпала угрозы, что отправит Арине фото с поцелуем.
Но разве уже не все равно?
Отправь ей хоть видео с этим чертовым поцелуем, зараза! Я все равно ее потерял.
И вот теперь я сижу здесь и тупо пялюсь на конверт с документами о разделе имущества.
Да, Арина времени даром не теряет.
Документы составлены очень грамотно. Не придраться. Видимо, она наняла хорошего адвоката.
И тут меня одолела дикая злость.
Она готова поставить жирную точку в наших отношениях, доверившись лишь одному фото и слову «подруги». Она не дала мне ничего объяснить, отгородившись от меня стеной. Неужели
