Мужчина закаменел, потом отступил подальше, шага на два. Марианна непроизвольно качнулась вслед за ним, сожалея о потере уютных объятий и вкусного запаха, но вовремя опомнилась и сделала вид, что очень увлечена попаданием след в след. Уши ее горели, и вовсе не от мороза.
Она с ума сошла, нюхать постороннего мужика? Мысленно девушка отвесила себе пару оплеух, чтобы очнуться. Что за неизвестно откуда взявшийся фетиш? Только этого ей еще не хватало.
Глава 4
К счастью, уже скоро они добрели до глубоко ушедшего в землю, так что наверху осталась только покатая крыша, здания. Внутри было тепло, даже жарко, и у Марианны от перепада температур заалели щеки.
— Тебе туда. — махнул рукой охранник в сторону еще одной двери. Сам он уселся на неудобный с виду стул у выхода и закрыл глаза, всем своим видом показывая, что готов сидеть так бесконечно. Марианна неохотно стянула нагретую куртку и неуверенно положила рядом с ним на свободный стул. Почему-то было неловко отдавать вещь прямо в руки. Она помялась пару секунд, поглядывая на безразлично пялящегося в стену мужчину, потом постучала в дверь.
— Заходите! — отозвался дребезжащий старческий голос по ту сторону.
Девушка послушалась и зашла. Дверь открылась без труда, что было даже удивительно для такой махины из цельного дерева.
— Проходи, деточка, не бойся! — благообразная старушенция за стойкой подскочила при виде Марианны, и засеменила к ней. Дама с классическим пучком на затылке оказалась еще меньше ростом, чем сама девушка, что компенсировала душевными объемами во всех местах. — Сейчас тебе подберем и одежку, и остальное. Что же деется-то, все моложе бедняжки становятся! Ужость!
Слегка растерявшись от наожиданного напора, Марианна безропотно позволила себя увлечь за стойку, где обнаружился крохотный, будто игрушечный, столик, чайный сервиз, и плед, в который ее тут же завернули прямо поверх подмокшего халата.
— Уж сколько я им говорю, извергам, чтобы в приемнике потеплее сделали. Нет, говорят, температура комфортная для всех разумных. Иначе дискриминация! — возмущалась старушка. — А что для большей части попаданцев там холодно до обморока, их не смущает!
Марианна осторожно отхлебнула из хрупкой фарфоровой чашечки обжигающий чай, и блаженно зажмурилась.
— Могли бы хоть одеяла потолще дать. — пробормотала она, вспомнив ледяную камеру. Чудо вообще, что она не заболела!
— Так они на свои эликсиры рассчитывают! — фыркнула пожилая дама, устраиваясь напротив. Столик, за которым еле поместились Марианнины ноги, оказался сделан специально под рост старушки. — Ты ешь печенье, ешь!
— Эликсиры? — переспросила девушка, утаскивая с блюда полупрозрачную полосочку хрустящего теста. Оно таяло во рту, оставляя после себя привкус карамели и грецких орехов. Марианна вспомнила, как доктор выдал ей целую батарею пузырьков, и как ее после них повело.
— Ну да, там сбор специальный, антипростудный. — пояснила старушка. — Ты же не заболела, хоть и промёрзла небось, аки цуцик. Ой, где же мои манеры! Можешь звать меня бабушка Кандуча, меня тут все так зовут. У нас с тобой где-то полчаса, пока следующую бедолагу не приведут. Подберём тебе одежду, а гигиенический набор стандартный, тут уж ничего не поделаешь. Вот тебе постельный комплект, в двух экземплярах. Все по списку — полотенца, простыни, наволочка, тапочки, халат. Раз в неделю приноси стирку сюда же, все почистим в лучшем виде. Здесь гигенические принадлежности.
Глаза Марианны раскрывались все шире, по мере того, как крохотный столик, на котором сервиз был безжалостно сдвинут к самому краю, заполнялся свертками самой разной формы и размера.
Гигиенических принадлежностей оказался целый мешок. Сверху царственно возлежала классическая двусторонняя хозяйственная губка. Марианна приподняла ее двумя пальцами.
— Этим мыться надо? — уточнила она, мысленно передергиваясь. Вот это экономия, нечего сказать!
— Что ты, милая! — всплеснула руками старушка, и кажется немного обиделась. — Это для посуды. Ты свои-то вещи в комнате держи, а то соседки мигом присвоят все, что плохо лежит!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Голова у Марианны чуть кружилась, то ли от неожиданного тепла и заботы, то ли от обилия информации, которую та не успевала фильтровать.
Значит, соседки. Стирка. И посуду мыть руками. Рано она радовалась местному прогрессу!
На дне мешка угадывалась кастрюля, небольшая, литра на три. Значит, готовить самой придется?
— Если разживешься продуктами, то можешь и дома еду делать. — заметив, как она внимательно изучает кастрюлю, пояснила старушка. — Но вообще питание трехразовое, на нем не экономят. Главное, не опаздывай к раздаче, и внимательно смотри на пометки. Ешь только то, что для людей!
На этом замечании мозг Марианны отказался соображать вообще.
— Как… для людей. А для кого еще? Сюда с животными пускают? — слабо пробормотала она. Бабушка Кандуча замахала на нее руками в непритворном испуге.
— Ты что, с ума сошла? При охране такого не ляпни! Какие животные, боги с тобой. Оборотни они! Ну, драконы периодически попадаются, но редко. Эльфы, дриады, гоблины, тролли, даже демоны, бывает, проваливаются…
Марианна потрясла головой. Не помогло. Старушка продолжала на полном серьезе пересказывать какую-то забористую книгу фэнтези.
Помилуйте, какие еще драконы и оборотни? Это же сказки!
Или нет?
Чай тем временем остыл, да и бабушка Кандуча вспомнила, наконец, зачем они собственно собрались.
— Голова моя дырявая! Тебе же одежду нужно подобрать, а мы сидим! — схватилась она за голову. — Скоро же следующая придёт, а у нас еще ничего не готово!
Марианна растерянно смерила взглядом два тюка на столе. Неужели ей нужно еще что-то? Как оказалось, очень даже да.
Собственно, самое главное. Одежда.
Старушка проводила Марианну вдоль бесконечных стеллажей позади ее стойки. Как оказалось, на них по размерам были разложены брюки, юбки, свитера прочие предметы первой зимней необходимости. Уточнив, что через два месяца можно будет прийти еще раз, и выбрать комплект по сезону, девушка выбрала две отличных толстых водолазки крупной вязки, из какого-то мягкого пушистого материала, напоминавшего кашемир. Слишком уж нежный он был для простой шерсти. Обе невнятно-бежевого цвета. Бабушка Кандуча только головой покачала, явно не одобряя выбор Марианны.
— Может, хоть юбку возьмёшь? — с надеждой предложила она, прикладывая к себе нечто цветастое, что с руками оторвала бы любая уважающая себя цыганка. Девушка вежливо отказалась, сославшись на плохую погоду, а про себя сделала пометку — брать только то, что старушка не одобрит. Вкусы их явно отличались диаметрально.
Подтверждая решение Марианны, с каждой следующей вещью, вроде шерстяных брюк в едва заметную коричневато-серую клетку, толстовки с невнятной абстракцией на груди, и еще одних широких брюк из жесткой парусины, напоминавших родные джинсы по образцу восьмидесятых, бабушка брезгливо поджимала губы все сильнее, пока они вовсе не слились в нитку.
Одежда была в приличном состоянии, но видно, что стираны не раз. Обычно Марианна брезговала заходить в секонд-хэнды, но в данном случае выбора у нее особого не было. Лучше носить стираные ношеные вещи с чужого плеча, чем гордо кутаться в линялый халат поверх шортиков.
В секции с обувью девушка, не раздумывая, ухватилась за угги. Ну, скорее всего, они назывались тут как-то по-другому, но полуботинки из овчины в любом мире самое то для зимы. Жаль, валенок не предлагали, Марианна бы не отказалась. На сапожки с каблучком длиной сантиметров десять она даже не взглянула, к пущему разочарованию старушки.
Но окончательный крест на ней бабушка Кандуча поставила в отделе белья. Марианна набрала гладких шортиков и плотных топов спортивного типа, хотя кружева и полупрозрачный шёлк игриво подмигивали ей со всех полок. Мелькнула даже мысль, что было бы неплохо прихватить вот этот игривый бордовый комплектик, а после ненароком продемонстрировать его этому вкусно пахнущему охраннику… на этом месте Марианна надавала себе мысленных оплеух с удвоенной силой. И для надежности, чтобы подобная дурь наверняка выветрилась, выбрала две пары тёплых носков в яркую клеточку и фланелевые пижамки, одну в розовых единорогов, а вторую в елочки.
