Наконец пение смолкло. По знаку жрицы, девушки опустились на колени перед богиней. Они смиренно опустили головы.
Соня не последовала их примеру. У рыжеволосой девушки всегда были весьма сложные, противоречивые отношения с богами. До сих пор Соня и в голову не приходило посвятить себя одному из них. А лицемерие было противно самой ее природе.
Послышался тихий шорох — паломницы поднялись и медленно направились к выходу из святилища. Их возглавляла жрица Кера с пылающим факелом в руке. Соня присоединилась к шествию. Эту ночь она проведет среди самых красивых и родовитых девушек Киммерии.
* * *
Среди ночи Соня неожиданно проснулась. Ей показалось, что она слышит какой-то странный звук… Словно кто-то бил тараном в ворота… Странно. Ведь сейчас в Киммерии, кажется, никто не воюет. Откуда же эти звуки, напоминающие о настоящей осаде?
Донесся треск, словно ворота подались, и сразу вслед за тем — хриплый торжествующий вопль. Кричали явно мужчины, но сколько их было, Соня затруднилась определить. Их вопль заглушил тихий стон. Однако каким бы тихим ни был этот стон, Соня его расслышала.
На соседнем ложе заворочалась другая девушка. Соня знала ее имя — Итарра. С другой стороны спальни донеслось сонное бормотание.
— Что это за шум? — тихо вскрикнула одна из паломниц, дочь богатого землевладельца Йори.— Что там за звуки?
Соня прислушивалась с напряженным вниманием. Теперь она отчетливо различала мужские голоса, грохот, треск дерева, звон оружия. Все предостережения Химьяра разом ожили в памяти.
— Разбойники! — громко крикнула она.— Работорговцы!
В спальне девушек началась паника.
Тем временем до их слуха донесся пронзительный женский вскрик. Хриплый мужской голос изрыгал проклятия. Похоже, захватчики нашли жриц и теперь развлекаются, наслаждаясь мучениями немолодых женщин.
Что ж. Кроме всего дурного, что несет в себе эта весть, есть в ней и кое-что хорошее — как ни кощунственно это звучит: пока работорговцы терзают служительниц богини, у девушек-паломниц есть время, чтобы спастись бегством.
Нужно только знать, в каком направлении бежать, чтобы не заблудиться в этих пещерных лабиринтах…
Соня схватила за руку одну из паломниц, в страхе метавшихся по спальне, прикрывая наготу скомканными ритуальными одеяниями.
— Как тебя зовут? — крикнула она.
— Что?! — Девушка замерла, уставившись на рыжеволосую чужестранку. Из ее широко раскрытых голубых глаз глядел почти животный ужас.
— Имя! — властно повторила Соня,— Ну!..
— Данелла,— машинально ответила девушка.
— Так, Данелла. А теперь возьми себя в руки. Когда я переступила порог этого храма, мне сообщили, что ты — дочь старинного киммерийского рода. Значит, в твоих жилах течет кровь верных жен и отважных воинов.— Соня возвысила голос и обвела глазами всех девушек, которые собрались теперь вокруг нее.— Я говорю это не для одной только Данеллы. Я говорю это для вас всех! Ваша страна дала миру великого государя и воина — киммерийца Конана! Вам не пристало трусить и метаться взад-вперед, подобно переполошенным курицам.
— Но что же нам делать? — в отчаянии воскликнула другая девушка, Ализа.— Разбойники уже здесь! Они хозяйничают в храме! Нас некому защитить!
— Бежать,— кратко ответила Соня.— Мы вряд ли сумеем одолеть в бою хорошо вооруженных и обученных бою мужчин. К тому же, я не знаю, сколько их.
— А жрицы…— жалобно простонала Ализа.— Они ведь погибнут!
— Они почти наверняка уже погибли,— мрачно отозвалась Соня.— И та же участь, если не худшая, ожидает всех нас, если мы не найдем способа незаметно выбраться отсюда. Тут должен быть еще один выход!
— Откуда ты знаешь? — прохныкала Ализа.— Ведь ты здесь впервые!
— В таких пещерах никогда не бывает по одному выходу,— сказала Соня. Она мучительно сожалела о том, что оставила свое оружие у жриц, как ей было велено. Теперь без кинжала и верного лука она чувствовала себя совершенно голой. А какую засаду можно было бы устроить! Соня перестреляла бы негодяев, как кроликов, будь у нее лук и стрелы. В этом у нее не было никаких сомнений.
Несмотря на острое напряжение, охватившее ее, Соня пыталась определить по звукам, что же происходит снаружи и насколько глубоко в пещеру продвинулись захватчики. Она поняла, что разбойники могут ворваться в девичью спальню в любое мгновение.
— Быстрее! — торопила Соня.— Кто знает про ход?
Бесполезно. Вокруг только заплаканные лица, молящие, полные страха глаза.
— Значит, мы умрем,— заявила Соня и уселась на свое ложе.— Хорошо. Это был ваш выбор, не мой.
Теперь доносились только подавленные всхлипывания девушек, в то время как снаружи гремел мужской хохот. Затем послышалось, как будто кто-то прошел, волоча за собой по полу что-то тяжелое.
Дверь спальни с треском распахнулась. Над белыми стенами девичьей опочивальни яростно заплясал зловещий багровый свет факелов.
Девушки с испуганными криками бросились в самый дальний угол и сбились там в кучу, кутаясь в покрывала.
Соня решила, что пока ей лучше не привлекать к себе особого внимания и, подавив свою гордость, быстро присоединилась к подругам. Да и что сейчас могла противопоставить Рыжая Соня вооруженным негодяям? Нет уж, пусть они думают, будто она перепугана до полусмерти, как и остальные. А там посмотрим… Что-то подсказывало Соне, что она найдет выход даже из этой, казалось бы, безвыходной ситуации.
— А, так вот что здесь прятали эти старые ведьмы! — крикнул один из ворвавшихся разбойников.— А я-то думал, тут у них сокровищница!
— Это кое-что получше,— проговорил второй голос, хриплый и низкий. В нем звучали жестокость и неприкрытая жадность.— Так вот они где, сладкие киммерийские девочки для нашего дорогого барона!
В дверь ворвались еще двое. Оба волоком тащили по полу жрицу Керу. Ее одежда была в крови. Соня поняла, что Кера без сознания. Разбойники тяжело ранили ее.
Другие жрицы, по-видимому, были уже мертвы. Разбойники не оставили бы у себя за спиной противников, пусть даже это слабые женщины. Ведь они — жрицы. А каждая жрица в этих горах может оказаться опасной колдуньей. И уж кто-кто, а местные грабители наверняка это знают.
Когда разбойники выпустили Керу, она тяжело упала на пол и ударилась головой о камень.
Это привело ее в сознание. Кера слегка приподнялась, опираясь на локоть. В ее глазах вспыхнул огонь звериной ярости.
— Будьте вы прокляты! — вскричала она.— Вы осквернили святыню! Вы нанесли оскорбление богине! Она покарает вас! Вы будете страшно наказаны, нечестивцы!
— Конечно,— не скрывая насмешки, проговорил один из разбойников. Он распустил завязки своих широких штанов, сшитых в подражание туранским, и непринужденно помочился у самой головы поверженной жрицы.
