взорвалась спустя несколько секунд под ногами солдат врага.
Вскоре из туннелей выбежало подкрепление в виде пехоты Сената. Бой начался с новой силой. Неаболурианцы могли получить поражение. К старшему отряда элиты подбегает медик.
Медик (Старшему)
— Ранило? Контузило?
Старший.
— Все впорядке! Мы готовы к продолжению выполнения задания.
Медик.
— Если что, зовите.
Старший кивнул, но и он и медик знали, что этого не произойдет. Элита не зовет на помощь и не ждет медиков, они выше этого, они непобедимы и неубиваемы, хотя сегодня старший убедился в неправдоподобности этой фразы. Большая часть отряда полегла. Если они не выполнят задание, смерть остальных будет напрасной и они всего лишь пополнят список положенных на алтарь войны жизней.
Старший подозвал к себе остатки своего отряда. Его бойцы были готовы к еще одному бою. Он кивнул им.
Старший.
— За наших павших.
Остатки отряда элиты вступили в подходивший к концу бой. Неаболурианцев становилось меньше, а великан и вовсе был разрушен.
Космос.
На помощь крейсерам Сената прилетела последняя эскадрилья истребителей. Крейсеры, как могли, отбивались от напавших на них неаболурианских истребителей, но из-за их формы в виде круга, их маневрам уклонения и скорости двигателей, лазерным пушкам трудно было прицелиться и дать точный залп. Истребители X-z своими маневрами атаковали противника. Они стреляли по врагу лазерными пушками и отправляли в попавшие в середину прицельного устройства истребители ракеты.
Тем временем адмирал Кайто мог начать подготовку к празднованию будущей победы. "Действующий" нанес серию сокрушительных выстрелов по дредноуту противника. Самый ближайший к нему дредноут, которого на свою защиту переставил капитан флагмана, лишился щитов и держался на двигателях. Половина его ангаров и позиции для турболазерных пушек были уничтожены, мостик оказался задет выстрелом из пушек линкора Сената. "Действующий" сосредоточил свой огонь на раненом дредноуте. Щиты флагмана Сената держались на последних процентах, по нему открывали огни другие дредноуты, подставляя себя под удар остальных линкоров Сената.
Космос. "Действующий". Капитанский мостик.
Адмирал Кайто вышагивает по капитанскому мостику, находясь в волнении. Почему то на него накинулся пессимизм. Адмиралу стало казаться, что его план не сработает. К нему уже в который раз подбежал связист.
Связист (Адмиралу)
— Мы получили ообщение от крейсеров. Истребители дошли до них. Вместе они гонят противника прочь.
Адмирал.
— Передай им не сбавлять темпа. Пускай прорываются к планете.
Связист.
— Слушаюсь, сэр!
Связист возвращается на свое место и начинает передавать сообщение. Адмирал озирает взглядом мостик. Его офицеры стоят у голографических схем боя. В яме персонала за компьютерами и голотаблоидами сидят аналитики, связисты и главные карабинеры. Помимо этого рядом с ними следят за здоровьем линкора и главные механики и пилоты. Они, получив приказ адмирала, отправляют линкор в портал или выводят его из него. Адмирал возвращается взглядом к космическому бою впереди. Скоро он должен закончиться, но даже сейчас, когда победа практически поселилась у него в руках, адмирал не уверен, что сможет сделать все правильно и предотвратить гибель подчиненных.
Кайто (аналитикам)
— Сколько до уничтожения раненного дредноута?
Аналитик 7.
— Как минимум три прицельных попадания из турболазеров по его мостику или одному из реакторов. При условии, что мы пробьем их обшивку.
Адмирал.
— Сконцентрировать огонь на дредноуте. Мы уничтожим его и сможем пройти к планете.
Главный карабинер 3.
— Я передал приказ карабинерам, и лично настроил для них параметры прицеливания.
Кайто.
— Благодарю.
Космос. "Действующий". Позиции карабинеров.
На браслетах карабинеров замигал красный восклицательный знак. Этот знак означает получение приказа. Карабинеры столпились возле табло, на котором вы светились параметры прицеливания от главного карабинера 3. Внимательно изучив параметры и запомнив цифры, карабинеры принялись настраивать пушки. После настройки пушки повернулись в сторону раненного дредноута.
Космос.
"Действующий" выпустил заряды из 20 своих турболазерных пушек и окончательно разгромил раненный дредноут. Тот, получив различной степени пробоины, разорвался на куски. Его двигатели взорвались, поглотив десятки летевших рядом с ними истребителей. Один дредноут Неабулии вышел из сражения. Вслед за ними бой покинул последний Кирионский корабль, который был обстрелян и истребителями и одним из линкоров. Сенат взял верх в этом сражении, но полную победу из рук противника он так и не выбил.
Цезерес. Цакр. Здание Сената. Кабинет Верховного Сенатора. Вечер.
Сенатор Фалле постучал в двери кабинета Верховного Сенатора.
Голос Кирка.
— Войдите!
Фалле открыл дверь и вошел в кабинет. Закрыв за собой дверь, он подошел к Верховному Сенатору. Тот, увидев его, поднялся с кресла, предложил сенатору сесть и опустился в него обратно.
Кирк (Фалле)
— Как вам слушания, сенатор?
Фалле.
— Скорее это было новым приказом от монарха, не подлежащим обсуждению.
Кирк.
— Мне пришлось лишить Сенат власти. Вы помните, почему я это сделал?
Фалле.
— Предательство Рекса и ему подобных. Но вы сделали сенаторов ненужными для общества. Как они смогут выполнять свою работу, если все зависит от вас и без вашего участия в обсуждении не пройдет ни один закон? Мирам проще сразу идти к вам, чем обращаться к своим сенаторам.
Кирк.
— Эти меры временные. Пока идет война.
Фалле.
— Война может продолжаться до бесконечности. А поле войны вы снова скажете, что меры временные — нужно восстановить клейменные войной миры.
Кирк.
— После войны я думаю уйти в отставку.
Фалле.
— Кого вы оставите после себя?
Кирк.
— Пока не решил.
Фалле.
— А может, вы думаете на сенатора Пдиса?
Кирк.
— Возможно. Во многом он мне очень сильно помог.
Фалле.
— Вы могли бы попросить помощи у любого другого сенатора.
Кирк.
— Или даже у вас.
Фалле.
— Меня это не интересует.
Кирк.
— Тогда к чему такое беспокойство о сенаторе Падисе?
Фалле.
— Вы отдали ему кучу миссий, которые могли бы выполнить и другие сенаторы. Мою миссию с Муунией вы ему еще не отдали?
Кирк.
— Нет. Это ваша миссия.
Перед Кирком появляется голограмма 1/8 главного спикера.
Главный спикер (Кирку)
— Верховный Сенатор. Сенатор Падис желает аудиенции с вами.
Кирк.
— Впустите его.
Голограмма главного спикера исчезает и буквально через минуту дверь в кабинет Кирка открывается и к Верховному Сенатору подходит сенатор Падис. Он заметил Фалле и кивнул ему, тот ответил еле заметным кивком, не переставая буравить сенатора взглядом.
Падис.
— Я не помешал вашей беседе, господа?
Кирк.
— Не думаю, а вы как считаете, сенатор Фалле?
Фалле.
— Нет. Беседа только началась, и, быть может, достопочтенный сенатор поможет мне правильно выразить мнение и заботу.
Падис.
— С превеликим удовольствием.
Фалле.
— Сенаторы обеспокоены вашим поведением, Верховный Сенатор.
Падис.
— Об этом я говорил.
Фалле.
— Они боятся захвата власти.
Кирк.
— О невозможности подобного я говорил сегодня.
Фалле.
— Они хотят свои рабочие места.
Кирк.
— Мы
