— Вы меня не услышали? Или я случайно обратилась к вам на другом языке?
— Услышала. Я жду руководителя, — отвечаю я.
Весело будет, если выяснится, что я снова ошиблась и Давыдов ждет меня в другом месте. Но тут он входит в переговорную, и рыжая растекается от удовольствия.
— Олег, здравствуй, ты сегодня рано.
Он не обращает на нее внимания и обращается ко мне:
— Вы готовы? Начнем?
Глава 5
Переговорная заполняется людьми.
Их немного — шестеро, включая Давыдова. Женщина только одна — рыжая красотка, не считая двух секретарш, которые рассаживаются рядом со своими руководителями. Но мы подчиненные, а за овальным столом наравне с мужчинами только она, и рыжая показывает это всем видом. Мой отпор, скорее всего, задел ее.
— Времени мало, — полный мужчина кидает перед помощницей стопку бумаг, и та раскладывает их перед руководителями, по одному на каждого.
Давыдов бросает скользящий взгляд, а мне интересно. Я смотрю дольше. Это список фамилий и должностей, Давыдов среди них тоже. Всего десять имен.
— Ознакомьтесь, со списком все согласны?
— Да, — рыжая отвечает первой.
Женщин в списке нет.
Она сидит напротив нас. У нее расстегнута верхняя пуговка блузки, всем корпусом она развернута к Давыдову. От нее исходит такая волна женской энергетики, что я непроизвольно обращаю внимание на безымянный палец Олега Владимировича. Обручального кольца нет. Улыбки рыжей становятся понятны. Если бы не одно «но»: до этого она спокойно обсуждала с коллегой, как бы сподручнее прокатить его с голосами.
— Согласен, — отвечает Давыдов.
Он сидит небрежно, смотрит в окно, словно происходящее его не волнует.
Толстяк усмехается.
— Не ожидал, что ты согласишься, Олег.
Тот вежливо, но холодно улыбается.
— Я понимаю, что это только формальность, Виктор.
Что это — список на публичную казнь? Почему все себя так ведут? Еще мало что понятно, я просто смотрю и внимательно слушаю. Готова в любой момент подключиться, если Давыдов попросит.
Пока изучаю присутствующих: большинство молчат и рассматривают Давыдова. Я восхищаюсь его невозмутимостью, он и бровью не ведет… Кажется, из тех, кто сидит за столом, только он попал в список. Я понимаю, что причина для совещания — именно он.
— Второй вопрос. Кому ты передашь дела?
— Я еще здесь, — напоминает он. — И не факт, что это изменится. Не забегай вперед, Виктор. Осторожнее.
Похоже, что его увольняют, но вряд ли — он бы не искал себе помощницу, тем более, официально, ведь вакансия была на сайте. Тогда, о чем речь? О переводе? Нужно покопаться в новостях, когда приду домой и разобраться, что о нем трепали в новостях.
— Кроме меня есть еще что-то на повестке дня? — спрашивает Олег.
Они углубляются в финансовые отчеты отделов. Давыдов слушает вполуха, крутит ручку в пальцах. Складывается впечатление, что он выше присутствующих по статусу в компании. Из-за этого еще непонятнее. Тайком проверяю сайт. В списке топ-менеджеров нет никого, кого вижу здесь, и все понимаю. Это главы отделов, его подчиненные.
Когда они заканчивают, Давыдов кидает:
— Соберите отчеты, — и направляется к двери.
Я с заминкой понимаю, что это мне он сказал, настолько обезличенными были слова, быстро собираю их в стопку и иду за ним.
Руководитель уходит первым, остальные собираются. Только рыжая, как лисица, умудряется крутиться под ногами и оказывается там, где и Давыдов.
— У тебя новый секретарь? — с улыбкой спрашивает она. — Не знала, что ты кого-то взял.
— Займись работой, Анжелика. Мне не нравятся твои показатели.
Б-р-р, и здесь Анжелика!
Давыдов стремительно проходит мимо, направляясь в свой кабинет.
— Принесите кофе, Камилла, — просит он. — Черный, ложка сахара.
В руках отчеты, я не знаю, что лучше — сначала отнести их или сейчас зайти за кофе. У меня ни черта нет опыта работы секретарем или помощницей, тем более, на таком уровне, и я безумно жалею об этом и боюсь налажать. Еще хорошо, что Давыдов меня не грузит. Решаю в пользу кофе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
К счастью, на этот раз дорогу спрашивать не придется. Кухню замечаю, проходя мимо и сворачиваю туда. Здесь уютно. Есть несколько столиков, диван, небольшая кухня с холодником, шкафами, и крутой кофемашиной. Несколько девушек пялятся, как я, спихнув стопку отчетов, пытаюсь разобраться с хромированным монстром.
— Ты откуда? — мне помогает симпатичная блондинка с бейджиком «Виктория Павловна. Отдел маркетинга». Она окидывает меня взглядом, у меня бейджика нет. — Новенькая?
— Да.
Благодаря ей я получаю чашку американо. Взгляд останавливается на отчетах.
— О.. — выдыхает она. — Ты от Давыдова? Новая помощница?
— Первый день? — заинтересовывается девушка, сидящая на диване в компании сослуживиц. — Можно тебя на минутку?
— Извините, я очень тороплюсь…
— Пожалуйста, мы не задержим.
Оставив на столе горячий кофе, подхожу к девушкам. Ловлю любопытные взгляды.
— Ты была на совещании? Сильно ругал? Кого-нибудь выделил? — вопросы летят со всех сторон. — Что сказал про финансовый отдел?
— Извините, не могу это обсуждать, — сообразив, что меня используют как источник слухов, собираю отчеты, кладу в кофе ложку сахара, строго ее отмерив, и иду в кабинет.
Давыдов уже там.
Говорит по телефон. Рукой показывает — поставь кофе, положи отчеты, и выметайся отсюда. Чашку я ставлю слева, чтобы не задел локтем — он, как всегда, в пол-оборота к столу, смотрит в окно. Любимая поза. Отчеты кладу на край стола и выхожу.
Боже, как я хочу здесь работать…
В первый день всегда сложно на новой работе. А мне, которой вечером вполне могут указать на дверь, еще сложнее. От запаха дорогого и ароматного кофе разыгрывается аппетит. С утра я не поела на нервах. Я же не знала, что на работу придется выйти сразу же. Но я счастлива… От этой атмосферы, деловой суеты и Давыдова.
Если меня возьмут, это будет исполнение мечты.
— Камилла, зайдите! — требовательно зовет Олег.
Разговор закончен, он свободно сидит в кресле и показывает кончиком стального пера на чашку кофе, которую уже пригубил.
— Попробуйте, пожалуйста.
— Что? — теряюсь я.
— Попробуйте кофе.
Не смею перечить, аккуратно беру и стараясь не пролить, несу к губам. У дорогого кофе привкус… соли. И сахара. Пить это невозможно. Стараясь не кривиться, ставлю на место.
— Прошу прощения… Я немедленно переделаю. Не понимаю, как это произошло, — и осекаюсь.
Виктория Павловна сыпанула ложку соли, пока отвлекали девчонки.
— Думаю, понимаете, — кивает он моим мыслям. — Я делаю вам скидку за неопытность. Но впредь не будьте настолько беспечны, Камилла.
Расстроенная своей доверчивостью, иду в кухню, переделывать кофе. Повела себя, как глупая провинциалка, потерявшая голову от великолепия вокруг. А по сути — угодила в банку с пауками.
Девушек в кухне уже нет. Зато парень из отдела маркетинга делает себе кофе. После встречи с Викторией Павловной маркетологам я больше не доверяю.
Кошусь на него и жду своей очереди.
Парень тоже замечает отсутствие бейджика. Вежливо улыбается, но не задает вопросов. По возрасту он как Игорь, только выглядит в сто раз лучше и настолько симпатичный, что его ожидаешь увидеть на обложке модного журнала, а не в отделе маркетинга. Костюм не такой дорогой, как у Давыдова, но тоже ничего.
К счастью, я уже умею пользоваться кофемашиной, и возвращаюсь к шефу с чашкой кофе. Он снова не обращает на меня внимания. Ставлю кофе на край стола, и только перед дверью меня догоняет его глубокий голос:
— Зайдите к Анжелике Анатольевне, передайте документы для подписи. Пусть подпишет немедленно.
— А где они?
— На вашем столе, — оторвавшись от бумаг, Давыдов смотрит мне в глаза, и я решаю больше не задавать дурацких вопросов.
Мой стол прячется в нише за кабинетом.
Здесь чисто, даже в какой-то мере уютно и кроме меня больше никого нет. Хорошо. После близкого знакомства с сотрудниками не хочется попадаться на глаза. Забрасываю сумку на стул. На краю стола лежит кожаная папка с несколькими листами внутри.
