— Что вы здесь делаете, мисс Дэвидсон? — с неподдельным удивлением спросил он. — Набираетесь смелости перед тем, как войти в клетку льва?
Это было настолько точное определение ее состояния, что Корина откровенно призналась:
— Ничего удивительного. Вы так себя здесь поставили, что каждый вызов к вам воспринимается как чрезвычайное событие в жизни ваших сотрудников. Так что меня ждет? Увольнение или повышение?
Усмехнувшись, Гамбини жестом пригласил Корину войти.
— Немногие из моих коллег позволяют говорить со мной таким тоном, мисс Дэвидсон.
— Почему же? Кажется, вы говорили, что все служащие — одна большая семья. Все равны независимо от занимаемой должности. Если это действительно так, не вижу причин, почему бы мне не говорить то, что думаю, — выпалила Корина, решив, что вряд ли Гамбини уволит ее за такую дерзость, ведь он так добивался того, чтобы она перешла в его фирму.
— Ладно, садитесь. Какие у вас планы на ближайшее будущее?
Она удивленно посмотрела на него, не понимая, о чем он спрашивает.
— Я имею в виду ваши личные планы: отпуск или еще что-нибудь в этом роде, — спросил Гамбини сухим, деловым тоном, что сразу успокоило Корину.
— Нет, я ничего такого не планирую.
— Очень хорошо. Я хочу предложить вам поехать со мной на Корсику.
— Корсику? — изумилась Корина.
— Да, я оттуда родом.
— И это основание для того, чтобы я сопровождала вас?
Ее снова охватила тревога, и на этот раз, кажется, были серьезные основания.
— Разумеется, это будет чисто деловая поездка. У меня там серьезные рекламные проекты.
— Но мне-то зачем туда ехать?
— Неужели не ясно? — теряя терпение, повысил голос Гамбини. — Вы специалист сразу по двум направлениям рекламной деятельности, к тому же владеете французским и итальянским языками. На месте вы сможете обозначить проблемы и найти способы их решения, что сэкономит время и деньги.
— Вы именно это имели в виду, когда уговаривали меня перейти к вам на работу? — настороженно спросила Корина.
Гамбини молча кивнул головой.
— Тогда почему же вы сразу мне об этом не сказали?
— А вы согласились бы принять мое предложение, если бы знали, что я собираюсь тащить вас за собой через океан? — спросил Гамбини и, постукивая пальцем по столу, с улыбкой взглянул на Корину.
— Возможно, что не согласилась бы, — неуверенно улыбнулась она в ответ. — Хотя кто знает, может быть, наоборот, я увидела бы в этом интересную возможность реализовать свои задумки, а заодно и мир посмотреть.
— Значит, вы довольны, что отправитесь на Корсику?
Она понимала, что возражать бессмысленно. Все равно он настоял бы на своем.
— Я поеду при условии, что это будет чисто деловая командировка.
— Даю слово.
— Как долго мы там пробудем?
— День или пять, — пожал плечами Гамбини. — Ровно столько, сколько потребуется, чтобы закончить все дела.
На Корсике их ожидали комфортабельные номера лучшей гостиницы Бастии, второго по величине и значению города острова. За ужином, к ее удивлению, Гамбини пустился в воспоминания о детстве.
— Знаете, на нашем острове семья-это все. Мне было всего лишь четыре года, когда умерла мать, и я воспитывался ее родителями при самом активном участии моей прабабушки. И мой отец, и родители матери скончались, а прабабушка Бастелика еще жива. Впрочем, между собой мы никогда не зовем ее по имени. Для нас она просто Биснонна, что по-корсикански означает «прабабушка». В этом году ей исполнится девяносто три, и дай бог ей здоровья.
Гамбини говорил о своих родственниках с большой теплотой, и Корина с сожалением подумала, что ее дедушки и бабушки ушли из жизни, когда она была еще совсем маленькой, а Бланш еще даже не родилась.
— Меня направили учиться в Соединенные Штаты, в Оксфордский университет, — продолжал Гамбини. — Америка мне понравилась, и я решил здесь остаться. Но при этом несколько раз в году я приезжаю на Корсику. Мои многочисленные родственники не простили бы мне, если бы я стал забывать родину.
— У вас здесь, наверное, остались братья и сестры?
— Два брата и сестра, — кивнул он. — Маддален, младшая в семье, и братья — Брандолаччо и Винчителло. Завтра вы их увидите.
— Вы собираетесь навестить родных? — удивилась Корина.
— Разумеется. Как можно, приехать на Корсику и не повидать семью? — в свою очередь удивился Гамбини.
— Вы же уверяли меня, что поездка чисто деловая, — возмутилась Корина.
— Ну что же тут плохого, если мы соединим приятное с полезным, — усмехнулся Гамбини.
— Ладно, пусть будет так, — согласилась Корина. — Непонятно, почему вы меня не предупредили об этом. У них есть семьи?
— Да, братья-женаты, сестра — замужем.
— А что же вы до сих пор холостяк? — Сказав это, Корина тут же подумала, что ей не следовало задавать такой личный вопрос. В конце концов, он — ее босс, а она — всего лишь сотрудница фирмы. Кроме того, по нахмуренному лицу Гам-бини она поняла, что вопрос этот ему неприятен. — Извините, мне не следовало спрашивать вас об этом… Корсиканское блюдо удивительно вкусное.
— Так и должно быть. Корсиканская кухня славится во всем мире, но еще вкуснее нам покажутся блюда, приготовленные в моем доме.
На вид Гамбини можно было дать лет тридцать пять. Странно, что он до сих пор холост, размышляла про себя Корина. Чтобы на такого интересного мужчину да не нашлось желающих? Исключено. Дело, конечно, в нем самом. Может быть, он слишком занят своими делами и не имеет времени для личной жизни? Может быть, он разочарован в женщинах? Господи, да мало ли какие могут быть причины!
Ночью, лежа в соседнем с Гамбини номере, Корина не могла отделаться от мыслей о новом боссе. Никогда еще в своей жизни она не встречала мужчину с такими разносторонними достоинствами. Интересный внешне, ярко выраженная сексапильность, неприлично богат. Какая девушка устоит перед таким мужчиной?
Когда однажды обнаружилось, что Сидней Хат, которого все уже называли не иначе как ее женихом, встречается с другой женщиной, к тому же ее лучшей подругой, Корина твердо решила все свое время и силы отдавать карьере, на корню пресекая любые попытки окружавших ее мужчин к сближению. Впрочем, это было совсем не трудно, поскольку ни один из них по-настоящему не нравился ей. Сослуживцы даже окрестили Корину «ледяной и неприступной женщиной». И вот теперь при каждой встрече с Гамбини ее охватывало не подчиняющееся разуму волнение.
Перелет через Атлантический океан произвел на Корину неизгладимое впечатление. Во-первых, они летели на личном самолете Орсо. Самолет был оборудован по последнему слову техники и представлял собой не что иное, как ультрасовременный офис, находясь в котором можно решать все без исключения рабочие вопросы. Во-вторых, полет был таким длительным, что она еще раз убедилась в том, какое сильное воздействие оказывал на нее сам хозяин офиса. В каждом слове, даже жесте чувствовалась незаурядная личность.
