Читаем без скачивания Случайный любовник - Юлия Солфитова

«Нет – сказал он сам себе. – Даже если у нас и будут отношения, то я сразу расставлю всё по своим местам, то есть скажу, что в доме главный я – сказало за него самолюбие. И вообще, как я уйду сейчас? Брошу её одну? Ведь она ждёт меня – вторила ему похоть. Да-да, Лёня не мог сам себе признаться, но он хотел Катю. Он уже представлял, как расстегнёт её платье, как поцелует шею и всё остальное, что откроется ему».

Наконец, убедив себя, что он не совершает ошибку, возвращаясь назад, Лёня поднялся на десятый этаж и открыл дверь. В квартире по-прежнему звучала музыка, медленная, томная. Лёня вошёл и направился по коридору прямо, в гостиную, где, по его мнению, должна была ждать Катя, но там, увы, никого не оказалось. На столе стояли два бокала с недопитым шампанским, и откупоренная бутылка.

– Катя – позвал он. Ответом была тишина. Лёня покинул гостиную и направился прямо по коридору, открывая комнату за комнатой. Всего их в квартире оказалось шесть. Распахнув дверь в последнюю, он замер на пороге, и открыл рот в немом крике. На кровати, раскидав руки, лежала Катя. Он увидел кровавое пятно растекшееся от раны в голове, и лист бумаги, валяющийся рядом. Лёня подбежал к ней и попытался нащупать пульс, но его не было. Рука, которую он держал, упала на кровать. Он, закричал, громко, взахлёб.

–Как такое могло произойти? Как? – задавался Лёня вопросом, на который ему уже никто не мог ответить.

Он схватил записку, которая лежала здесь же, недалеко от Катиного тела. Белый лист бумаги, ранее свёрнутый вчетверо лежал рядом с ней на кровати, а на полу пистолет, который раньше он не заметил. Оружие Лёня трогать не стал, а вот записку, аккуратно развернул и пробежал по ней глазами.

«Я, Бибишева Екатерина Александровна, самостоятельно рассталась с жизнью. В моей смерти прошу никого не винить. Завещание, составленное мной, находится у нотариуса. Мои дети, Артём и Яков, простите меня, я не смогла справиться с депрессией».

Лёня несколько раз перечитал послание, но не мог поверить в происходящее.

«Бред, да это же бред какой-то – билась в голове единственная мысль. – Катя не могла, она просто не могла так поступить! Ещё сегодня днём она говорила мне о том, как ценит и любит жизнь! Но если это не она, то кто? Кто убил её? Вот так запросто, хладнокровно и расчётливо, в тот момент, когда я ушёл, и она осталась одна. Лёня точно помнил, что когда они заходили в квартиру, то никого и близко не было видно, откуда взяться убийце? И ещё эта записка. Хотя, возможно её написал кто-то другой? Лёня не знал подчерка Екатерины. После череды этих мыслей, которые пролетели у него в голове в течение каких-то пяти минут, он задался следующим вопросом: «Что делать сейчас»?

– Что, что, вызывать полицию – ответил он сам себе и достал мобильник.

До приезда органов власти он сидел в гостиной. Хотел выпить шампанского для успокоения нервов, но увидел два бокала и передумал. Шариться по шкафам в поисках чего-то более крепкого у Лёни духа не хватило. Не такой он был человек, чтобы рыскать по чужой квартире. Просидев на диване в полной тишине добрых два часа, музыку он выключил, так как посчитал, что сейчас она здесь не к месту, Лёня, наконец, услышал голоса в прихожей. Там столпились не меньше пяти человек, все мужики, взрослые с портфелями и чемоданчиками.

– Вы вызывали? – спросил один из них, самый высокий и худой.

– Я – кивнул Лёня. – Екатерина там – он махнул рукой вглубь коридора. Они все отправились в дальнюю комнату, но вскоре один из них, тот самый высокий и худой вернулся назад и уточнил, доставая блокнот и ручку:

– Где мы можем поговорить?

– Пойдёмте сюда – Лёня кивнул в гостиную. Он чувствовал себя неуютно, распоряжаться в чужой квартире, было для него ново и некомфортно.

– Меня зовут Кондратенко Анатолий Николаевич – представился он. – Я следователь по особо важным делам. Покажите ваш паспорт.

Лёня кивнув, вытащил документ, и Анатолий Николаевич переписал с него все данные.

– Как я понимаю, вы не являетесь мужем убитой? – спросил он.

– Нет – Лёня покачал головой.

– Значит, сожитель? – предположил следователь.

– Нет – снова покачал головой Лёня.

– Тогда проясните характер ваших отношений, и то, как всё произошло?

– Мы познакомились абсолютно случайно, сегодня утром, и потом Екатерина пригласила меня в ресторан, а после мы поехали к ней домой. Я вышел на улицу, чтобы забрать пакеты с продуктами у водителя, а когда вернулся, она уже лежала там – он махнул рукой в сторону комнаты.

– В каком ресторане вы были?

– В «Жожоба».

– То есть вы, господин Синицын, являетесь любовником Екатерины Александровны, правильно я понимаю?

– Нет, не правильно. Мы не были любовниками, говорю же вам – он чувствовал, что начинает выходить из себя. – Мы познакомились только сегодня утром.

– Интересно, и познакомившись утром, к вечеру вы уже оказались в гостях у убитой?

Лёня дёрнулся от этого слова. Ему не хотелось думать, что Катя, та женщина, которую он, казалось бы, только, что нашёл, уже никогда больше не заговорит с ним, не обнимет его и не рассмеётся своим нежным, приятным смехом.

– Да – ответил он. – Так получилось.

– То есть ранее вы знакомы не были?

– Нет – покачал головой Лёня.

– И как же вы познакомились?

– Она отправила мне письмо по электронной почте, точнее она писала совсем не мне, а своему доктору, но ошиблась адресом и позже перезвонила, чтобы извинится.

– То есть вы были заинтересованы в общении с Екатериной Александровной? – уточнил Анатолий Николаевич.

– Нет, с чего вы взяли?

– Но ведь вы встретились с убитой.

– Да, но просто я хотел, чтобы ситуация прояснилось. Дело в том, что когда я прочитал её письмо, она так сильно разозлилась и оскорбила меня. А потом позвонила мне и попросила извинений и пригласила в ресторан.

– И вы поехали – скорее утвердительно произнёс следователь.

– Ну да, поехал. Катя, то есть Екатерина, очень просила и я не смог отказать.

– Хорошооо – протянул следователь. – Как долго вы пробыли в ресторане?

– Около тридцати минут.

– По чьей инициативе отправились в квартиру?

Лёня хотел сказать, что Катя сама его пригласила, но потом подумал, что этот мерзкий Анатолий Николаевич всё неправильно поймёт, а именно посчитает Катюшу легкодоступной женщиной и ответил: – Вместе. В ресторане было шумно, и мы решили уйти оттуда.

– Как долго вы находились в квартире?

– Так же около тридцати минут.

– Где вы были в момент убийства?

– Я выходил на улицу. Катя проголодалась, а всё, что мы купили по дороге, осталось в машине. Водитель всё не возвращался и я спустился вниз, чтобы узнать, в чём там дело.

– И в чём же?

– Он проколол колесо и менял покрышку.

– Сколько вас не было?

– Минут десять. Я дошёл до парковки, забрал пакеты, потом вернулся обратно, постоял пару минут возле подъезда и поднялся в квартиру.

– Кого-то подозрительного видели?

– Нет – Лёня покачал головой. – Никого.

– Что ж, пока вы можете идти, но завтра я, скорее всего, вызову вас для более подробной дачи показаний. И пожалуйста – он протянул паспорт. – Не покидайте пределов города.

– Ладно – кивнул Лёня. – Я, в общем-то, никуда и не собирался.

Он вышел из квартиры, вызвал лифт. Всё как будто на автоматизме, не воспринимая действительность. На первом этаже столкнулся с мужчиной в строгом сером пальто, который говорил по телефону.

– Да-да, говорю же, только приехал! Хватит мне звонить! – кричал он в трубку.

«Наверное, это какой-то Катин родственник» – подумал Лёня и наконец, оказался на улице.

Глава 4

Глубоко вздохнув полной грудью, и почувствовав, как морозный воздух проникает в лёгкие, Лёня немного пришёл в себя. Выйдя со двора, он поймал такси и прямиком направился к Вовчику, надеясь, что тот уже вернулся с концерта. Позвонить заранее и предупредить друга о скором визите, не получилось, потому, как Лёнин телефон неожиданно дал сбой и показал напрочь разрядившуюся батарейку.

Жил Вовчик недалеко от железнодорожного вокзала в новом доме, в просторной однокомнатной холостяцкой квартире, которую купил, разменяв бабушкину хрущёвку и взяв небольшую ссуду в банке.

Всё было прекрасно в его жилище за исключением одного, частенько оставаясь у друга, Лёня просыпался от едкого голоса дикторши, объявляющей о приходе или отбытии очередного поезда. Сам Вовка говорил, что уже давно привык к невидимой тётке и даже скучает за ней, если та долго молчит.

Надавив на звонок раз-другой, третий, Лёня, наконец, услышал приближающиеся шаги. Через мгновение дверь распахнулась, и перед ним предстал Вовка, во всей так сказать, своей красе. А именно с голым торсом, в боксёрских трусах известной фирмы и немного растрёпанный. Он с удивлением смотрел на друга, и несложно было догадаться, что в данный момент Вовчик в квартире не один, а с очередной пассией.