Читаем без скачивания Гад в сапогах - Татьяна Луганцева

– Итак, зачем я все это говорю вам, Зинаида? Ой, не могу я произносить ваше имя… Можно, я буду звать вас Руфина или Аида?

– Лучше Аида, – быстро согласилась Зина.

– Так вот, Аида… Да, так значительно лучше ложится на слух. Моя невестка – Аида, звучит? А как ваше отчество?

– Евгеньевна.

– Плохо… очень плохо. Да и у отца Рафика имечко подкачало – Олегович! Ужас! Никакой фантазии у людей! Никчемный и человек был, хорошо, что я рано с ним развелась и не дала ему сделать из моих сыновей тряпок. Ну, это опять небольшое отступление. Я недавно стала тормошить Рафика, чтобы он присмотрел себе жену. Он сначала был очень удивлен моим предложением, вроде как ему еще рано.

«Еще бы, – подумала Зина, – он, кроме математики, ни о чем вообще не думает».

– А когда я на него нажала как следует… на протяжении нескольких месяцев… – продолжила Руфь.

«Словно асфальтовый каток», – пронеслось в голове у Зинаиды.

– …Мой сын признался, что если бы он и женился, то только на Зине Жалейко.

– Только не говорите, что у меня плохая фамилия! – заранее предостерегла Зинаида, совершенно выбитая из колеи поведением танка под замечательным названием Руфь Рамзесовна.

– Фамилию-то сменишь! – заверила та Зину, резко перейдя на «ты».

– Когда? – не поняла Зинаида, хлопая ресницами.

– Когда поженитесь. Вот я и пришла оценить будущую невестку. Рафик-то стесняется. Чего он мне только о тебе не рассказывал! Что ты самая добрая, самая умная и самая красивая. Вот уж не знаю, не знаю… – скептически окинула ее критическим взглядом Руфь Рамзесовна.

В голове Зины зазвучал похоронный марш.

– Твоя квартира? – Будущая свекровь посмотрела по сторонам.

– Моя… – выдохнула Зинаида.

– Глупее интерьера я не видела… Живешь, как в планетарии. С ума сойти! Темные стены, окон нет и стеклянный потолок! Сама придумала? Ну, ничего, мы с Рафиком наведем здесь порядок, – заверила ее Руфь Рамзесовна.

Этого уже сознание Зинаиды вынести не смогло. Она представила в своей квартире эту мегеру-командиршу и похолодела. Мысленно увидела тряпку-Рафика с карандашом и чертежной бумагой, рассчитывающего, где возвести глухие перегородки, и себя, ползающую с тряпкой по полу на коленях под неодобрительные окрики свекрови.

Зинаида очнулась и тут же сказала, что она вовсе не собирается замуж.

– Ты не любишь моего Рафика?! – ахнула Руфь Рамзесовна, и Зина удивилась, как это небеса не разверзлись над ее грешной головой.

– Ваш Рафик – чудный, и мы очень хорошие друзья, но замуж я вообще не собираюсь, – попыталась оправдаться Зинаида.

– Это немыслимо, – поджала губы Руфь Рамзесовна. – Мы же готовы взять тебя в нашу семью и облагородить твой быт… А внучка моего назовем… Акакий. Как вам?

– Я бесплодна, – быстро среагировала Зинаида.

– Это мне не подходит, – согласилась с ней несостоявшаяся свекровь. – Мне нужны крепкие, умные потомки. Ну что ж… жаль, очень жаль, – засобиралась она домой.

Зине показалось, что в душе Руфь Рамзесовна рада, что Зинаида Жалейко не состоялась в качестве ее будущей невестки. В синих больших глазах Зины она прочла ослиное упорство, непослушание и упрямство.

С тех пор минуло два года. Зина набралась смелости и поговорила с Рафиком о странных притязаниях его матери. Рафик страшно смутился и долго просил у Зины прощения, все-таки признавшись, что действительно испытывает к ней нежные чувства. Рафик слезно умолял простить его мамочку за неподобающий визит. Зинаида конечно же простила, но при этом ощущала какую-то ответственность и неловкость за то, что вызвала любовные чувства у Рафика, хотя, честно говоря, этого не хотела. Это был высокий, худой и нескладный мужчина в круглых очках и с уже начинающейся лысеть головой. Брюки его, несмотря на заботы неукротимой мамаши, были вечно коротки, манжеты на рукавах обтрепаны, но голова этого человека варила как надо, и коллеги очень любили Рафика за доброту и безотказность. У Зины же к нему проявлялись исключительно сестринские чувства.

И вот сейчас этот чудо-человек звонил ей, чтобы поделиться своей радостью.

– Помнишь, Зина, этот балбес две недели мучил меня своими уравнениями? Мы просматривали все решения сто раз и никак не могли найти несоответствие. Ошибка затерялась в глубинах расчетов. И вот я ее нашел. Не поверишь, расхождение в одну сотую, которое дала машина, обобщая результат, привело к катастрофическим последствиям! Этот идиот считал на калькуляторе, представляешь?! – кричал Рафик.

Зина молча слушала его трескотню, время от времени прикладываясь к коньяку. Вдруг она вспомнила, что Рафик Олегович когда-то ходил у нее в женихах. Видимо, в тот вечер у нее все мысли были об одном.

– Рафик, погоди… А ты в чем сейчас?

– В смысле? Я сижу за столом с работой этого…

– Не где, а в чем? Ты обнажен? – допытывалась Зинаида, выводя пальцем по поверхности стола причудливые фигуры.

– А это… ну, я это… в тренировочных и майке… – Казалось, Рафик только сейчас обратил внимание на то, что на нем надето.

– Как это сексуально! Обтягивающие трико и белоснежная майка, как у Димы Билана на Евровидении, – закрыла глаза Зинаида. – Больше ничего и не надо…

– Ты не заболела? – встревожился Рафик. – Тянучки у меня далеко не в облипку, майка совсем не белоснежная, и я не Дима Билан, ты же меня знаешь…

– Вот что у тебя за манера всё портить?! – нахмурилась Зина, хлопнув ладошкой по столу.

– Я сказал правду.

– Кому она нужна, твоя правда? Иногда хочется немного пофантазировать… Полет мысли, понимаешь? Женщина хочет сказки… Ну же, Рафик! Будь изобретательным. На мне сейчас три маленьких черных треугольничка, соединенных тоненькими ниточками, как тебе? – промурлыкала Зинаида.

– А у меня в руках большая скалка, и сейчас я этой скалкой всыплю всем и разобью телефон! – раздался до жути неприятный, визгливый женский голос. То завопила Руфь Рамзесовна, которая, по всей видимости, успела отобрать трубку у сына, и последние подробности про треугольнички Зина сообщила уже ей. – Я сейчас тебе, шалава, покажу черные треугольники, нарисую синие круги под глазами и другие геометрические фигуры! А ты совсем с ума сошел? Еще по ночам в «Секс по телефону» будешь звонить?! Слышите, вы?! Не смейте нам присылать счет, иначе я с вами разберусь! Мой сын занимается научной деятельностью, а за это платят очень мало!

Зинаида в ужасе кинула телефонную трубку, словно ее ужалила змея, и сразу почувствовала, что успокоительное действие коньяка закончилось. Она тут же плеснула коричневатой жидкости себе в бокал и направилась к кровати. Выпив напиток одним махом, она стала смеяться как сумасшедшая. Еще бы! Принять их с Рафиком разговор за секс по телефону! Ну мамаша, ну дает! В два часа ночи она всё еще на посту! Ей бы наши границы охранять…

Смех внезапно сменили слезы, брызнувшие из глаз. Зине вдруг стало страшно от того, что она не знает, что такое обжигающая страсть и безграничная любовь…

«Как бы я хотела оказаться в объятиях сильного, умного, успешного мужчины!» – подумала Зина и, нащупав рядом на кровати мягкое кольцо, машинально пристегнула руку к спинке кровати.

Вот тут-то она и вскрикнула! Элитный напиток в приличном количестве способен выключить даже аналитический ум. Зина мгновенно осознала, что силой своих мышц она освободиться не может – нужен ключ, который остался в подарочной коробке далеко от ее кровати.

Вторым неприятным открытием Зинаиды стало то, что спасительный телефон остался лежать на барной стойке, тоже далеко от нее. К тому же Зина не могла добраться и до своей разбросанной по всей квартире одежды. Она судорожно билась в наручнике, покрываясь липким потом от ужаса. Сдвинуть кровать она тоже не могла, так как та была намертво прикручена к полу. В голову лезли мысли одна страшнее другой.

«Ой-ой-ой, что же мне делать? Вот дура! Идиотка! Расслабилась, ничего не скажешь! Мамочки! Какой позор! Как мне позвать на помощь?! Даже если мне позвонят, я не отвечу, решат, что меня нет… Лера не придет, она сейчас занята, да и как она ворвется, если я дверь не смогу открыть! Помогите! Боже, я попала в ловушку! Вскроют квартиру только тогда, когда пойдет запах… В каком виде меня обнаружат? Что подумают?» – Зина в панике дергала крепкий наручник, обдирая кожу в кровь, понимая, что можно на самом деле погибнуть. Главное, что все это она сделала исключительно своими собственными руками.

«Вот уж старая нимфоманка! Эротики мне захотелось внести в жизнь, вот и довносилась!»

От безысходности Зинаида была готова отрубить себе руку, но ни топора, ни пилы поблизости тоже не имелось. Кричать было бесполезно, рядом соседей не было, а под ней семья на полгода уехала за границу. К тому же Зинаида при ремонте своей квартиры позаботилась о полной звукоизоляции, зная, что любит слушать громкую музыку, а иногда и устраивать шумные вечеринки с безбашенными друзьями Валерии.